Гнёт Луны (СИ)

Ил наклонилась к сыну и он тихо шепнул:
— Я думаю, что папам не стоит говорить, что мы встретили друга из твоего прошлого.
— Фери, — Ил ласково посмотрела в глаза мальчика. — Мне нечего скрывать от пап. Нечего. И у нас правило никогда не лгать.
Фериил кивнул и слабо улыбнулся. Мальчик немного пугал Илону сообразительностью и чутьем. Вот от него его будущие невесты или женихи точно ничего не смогут утаить.
— Дядя красивый, — фыркнул Лестер, запихивая в рот фрикадельку, — но плохой. И невкусный. Цветочками пахнет, фу.
— Зря ты ему палец не откусил, — Фериил присосался к трубочке и глотнул молочного коктейля. — Мама же разрешила.
Илона хохотнула, и мысленно согласилась, что она бы сама не прочь откусить Рене палец. И не один, а все его длинные изысканные пальцы с аккуратным маникюром. Почему судьба ее опять столкнула с ним и именно в тот момент, когда она решила вместе с Лестером сделать вылазку в город? Что же, ей следовало сидеть с младшим волчонком в лесу до конца своей и его жизни?
  
Глава 54. Пари
 
Феликс дождался, когда Рене выпорхнет из своей несуразной низкой, но очень дорогой машины и тенью двинулся за ним. Он свернет ему голову на пороге его уродливого фешенебельного муравейника и вновь скроется в ночи. Тихий шаг, и в его в шею укусила какая-то мошка. Мужчина мотнул головой и вырвал из плоти небольшой дротик, похожий на тонкий короткий шприц. В руку и плечо впилось еще несколько жалящих снарядов, и Феликс покачнулся.
— Давайте еще парочку, — цокнул Рене.
— Вот же сука… — прохрипел мужчина, падая на спину, парализованный ядом.
— И вы с ним понежнее, мальчики, — послышался сквозь туман ехидный голос Рене.
Феликса куда-то потащили. Мужчина попытался обернуться в монстра, но тело его не слушалось, и он мешком повис в чужих сильных руках.
— В гостиную и на диванчик, — проворковал Рене. — Он, случайно, не обделался? А то будет обидно замарать кенийский бархат дерьмом.
Феликса кинули на мягкие подушки и вновь что-то вкололи. Он никак не мог разглядеть лиц или различить человеческого запаха. Волчье чутье его покинуло.
— Насколько хватит? — спросил Рене в глубине растянутой во времени и пространстве гостиной с очень высокими потолками.
— На пару часов, — ответил мрачный мужской голос.
— Тогда давайте еще, — фыркнул Рене.
— У него сердце откажет.
— Не откажет, — хохотнул мужчина. — Колите. И оставьте мне парочку ампул.
Фелис нырнул в вязкую темноту, и со стоном выплыл из бездны. Перед глазами все расползалось в обрывки мутных видений.
— Ты как? — над ним навис Рене с бокалом вина и оскалился в улыбке, дружелюбно потрепав по щеке. — Можешь не отвечать, и так видно, что тебе не очень хорошо.
Феликс рыкнул, и послышался не зловещий рокот, а жалобное мычание.
— Собачий транквилизатор творит чудеса, — Рене сел в кресло напротив Феликса и улыбнулся. — На тебя истратили столько, сколько бы могло уйти на целую стаю бродячих собак. Ох, мой милый дикарь, не зря ты альфа, но любого альфу можно раздавить. Согласен?
— Я убью тебя… — проворчал Феликс, и вязкая слюна нитью упала ему на грудь.
— Обожаю пустые угрозы, — Рене покачала в руке бокал и бархатно рассмеялся.
— Моя стая…
— Твоя стая не знает, что ты здесь, — прошипел мужчина. — Никто не знает, что ты, ревнивый болван, решил убить бывшего любовника жены, потому что это глупо и низко. Не по-волчьи, а по-шакальи. Зайти сзади… — он хохотнул. — Хотя ты любишь всегда пристраиваться сзади, да? Прости пупсик, но я тоже предпочитаю быть в активной позиции.
Феликс не мог пошевелить даже пальцем. Лицо с ядовитой усмешкой расплывалось в уродливое пятно с горящими жестокостью глазами.
— Я хочу предложить твоей стае сделку, — Рене вытянул ноги и откинулся назад. — Я возвращаю им тебя, а они мне отдают моего сына и мою женщину. Как ты думаешь, согласятся?
— Она не твоя женщина, ублюдок…
— А я решил, что моя, — мужчина пожал плечами. — Стоило мне вновь увидеть ее глаза, так я понял, что моя жизнь не имеет смысла без нее.
 
— Ты не нужен Искорке, — Феликс шумно втянул слюну и злобно уставился на урода с аккуратными пшеничными локонами. — Она не откажется от нас и Фериила.
— Ладно, — всплеснул руками Рене. — Старшенького тоже заберу. Милый мальчик. Стану ему новым папой.
— Ты, мать твою, серьезно? — сквозь смех прохрипел Феликс.
— Я понимаю, что нельзя женщину разделять с детьми, — мужчина пожал плечами. — Мужья приходят и уходят, а дети остаются. Так что, я выбрасываю тебя и блондинчика из нашей истории любви и оставляю двух сыновей. Фериил и Лестер Дануа. Звучит хорошо, мне нравится. Вы себе новую жену найдите. Это не мои проблемы, а я уже свыкся с мыслью, что у меня два сына.
Феликс всхрапнул. Рене говорил серьезно и не видел в своих словах ничего глупого и нелепого.
— Это мои сыновья, тупой ты урод, — прорычал Феликс. — И моя жена! Моя, черт тебя дери, жена! И никто из нас друг от друга не откажется. Я не откажусь! Да хоть запытай меня здесь до смерти.
— Даже если я вырежу всю твою стаю? — Рене вскинул бровь. — И стаю твоего мужа? Знаешь, за деньги можно нанять таких уродов, которые и детей не пожалеют. Меня устраивает сценарий, в котором я развязываю войну с оборотнями. Возможно, во мне заговорила кровь моих предков. И мне даже не надо будет участвовать в кровавой бойне. Я укачу куда-нибудь на Бали под новым именем и буду пить шампанское под пальмами, пока оплаченные мной вооруженные наемники будут убивать оборотней в лесу. Сначала я, конечно, вскрою тебе глотку и дам отмашку пупсикам с оружием в руках. Я уверен, что у вас даже ружей нет, а с когтями и клыками лезть на автоматы — такое себе решение.
— Ты не посмеешь…
— Посмею, мой милый дикарь, — Рене прищурился. — Я хочу вытрахать твою жену во все щели, забрать у тебя детей и оставить ни с чем, чтобы ты почувствовал себя в моей шкуре. Вот так. И лично я не буду убивать пушистиков, которые ни в чем не виноваты передо мной. Я просто заплачу денег тем, кто это сделает.
— Какой же тупой обмудок, — Феликс повалился на бок. — И ты не мужчина, ты…
— А ты мужчина? Со спины подкрасться! — Рене обиженно опустошил бокал и процедил. — Я разочарован в тебе! Ты трусливая образина, которая боится посмотреть врагу в глаза. Это ты полез в бутылку, не я! Я планировал сегодня вызвать шлюх и утопить горе в вине, а теперь мне надо тебя убить и придумать, как после твоей смерти и всей этой кровавой вакханалии соблазнить Ил, которая точно догадается, что это я натравил на пушистиков мудаков с оружием. Ты все усложнил в разы.
— Просто можешь меня не убивать, например, — пробубнил в подушки Феликс. — Ну, я погорячился чуток. Ты меня, сука, бесишь.
— Ага, чтобы ты побежала и пожаловался на Лунном Воззвании, что бывший любовник твоей жены решил развязать войну? — Рене скрести ноги и цокнул.
— Да не буду я жаловаться, — просипел Феликс, сдерживая спазм дурноты. — Я сейчас сблевану.
— О, Господи! — Рене подскочил и кинулся к низкой пузатой вазе, из которой торчала уродливые сухие ветки. — Только не на новый ковер!
— Тогда точно сблевану, мудила.
Феликс сосредоточился на тошноте, и в момент, когда его вывернуло, Рене подставил фарфоровый горшок с цветными разводами ему под лицо.
— Я тебе твою же блевоту на голову вылью! — мужчина схватил оборотня за ворот рубашки, чтобы тот не упал. — Это ковер как твоя тачка стоит. Если кто и будет на него блевать, так это я!
— На хер пошел! — рявкнул Феликс и с утробным ревом исторгнул из себя желчь и полупереваренное мясо.
Когда оборотень сплюнул, Рене рывком усадил его на диван и отодвинул ногой вазу с бурой склизкой кашей в сторонку.
— Ладно, я не хочу убивать других оборотней, — мужчина тряхнул волосами и скрестил руки на груди. — Тогда сойдемся только на двух трупах. Твоем и Ричарда. Затем я выкраду Илону и наших детей и мы уедем на край света.