Гнёт Луны (СИ)

— О каком графике идет речь? — Ил подняла него недоуменный взгляд.
— Она уже все забыла, — охнул Ричард.
— Да о чем речь? — девушка подозрительно посмотрела на него.
Во ответ оборотень въелся в ее губы. Ил отпрянула от раскрасневшегося пьяненького Ричарда, и Феликс подтянул ее к себе. Не удержав равновесия на коленях, Ил с ойканьем завалилась вперед, и мужчина жадно поцеловал ее, требовательно проталкивая язык в мычащий рот. Девушка уперлась ему в грудь и охнула, возмущенно вглядываясь в его глаза:
— Вы чего творите?
— Нам уйти? — он вскинул бровь.
Сзади к Ил прижался Ричард и провел горячим языком по уху, запустив под ее футболку ласковые ладони.
— Не прогоняй нас, Пинки. Мы соскучились, — он нежно сжал чувствительные соски и слабо куснул за мочку.
Не успела Ил ответить, как Феликс заткнул ее рот наглым и влажным поцелуем. Жар от разгоряченных самцов перекинулся на девушку, и она со стоном обняла Феликса за шею, переплетая свой язык с его. Она ночами разглядывала развратные фотографии и мечтала о том, чтобы двое гнусных подлецов заявились к ней в гости и заключили в своих крепкие и алчные объятия. Не будет она отказываться от шанса познать ласки от двух мужчин и смело нырнет в круговорот разврата.
Ричард стянул с постанывающей Ил штаны, и уверенно провел пальцами по влажным складкам, вызвав в ее теле волну сильной дрожи. Когда парень коснулся сжатых мышц между ее ягодиц, Ил отпрянула от Феликса, который обхватил ее лицо ладонями и шепнул в губы, всматриваясь в ее испуганные глаза:
— Доверься нам, Пинки.
Палец Ричарда скользнул в крепкое колечко мышц, и Ил охнула, стыдливо утыкаясь лицом в грудь Феликса, который откинулся назад, ободряюще поглаживая ее по спине.
— Умница, Пинки, — Ричард поцеловал потерявшую от возбуждения рассудок между лопаток, протискивая в нее два пальца. — Расслабься.
Вдохнув терпкий запах тела Феликса, она повиновалась. Ричард выдавил несколько вязкой смазки и коснулся упругой головкой девственных и чувствительных мышц. Ил глухо охнула, когда оборотень над ней проник в узкую утробу, распирая ее изнутри.
— Не Торопись, Дикки.
Ричард скользнул глубже, Ил протестующе дернулась от волны боли, и Феликс поддался вперед, отнимая лицо девушки от своей груди, и голодно впился в ее рот, затягивая на новый виток возбуждения. Его рука нырнула между ее бедер, и надавила на клитор. Под глухой стон Илоны Ричард нетерпеливым рывком вторгнулся в девичью попу до основания. Феликс пальцами прошелся кругом по напряженной горошинке чувствительной плоти в такт движениям стонущего над девушкой супруга, и Ил захлебнулась в остром наслаждении, в безумии пожирая рот оборотня. Ричард навалился на нее, рваными толчками терзая утробу и в рыке присосался к губам Феликса, когда его жертва в крике сладострастия и боли уткнулась в мужскую шею. Она всеми внутренностями почувствовала, как член Дикки теплыми спазмами изливается в ее тело, и болезненно ойкнула, когда он с хриплым стоном выскользнул из нее.
Ил сползла на шкуру, не чувствую онемевшего от смазки зада и всхлипнула уже от слабого и какого-то робкого спазма внизу живота. Краем глаза девушка заметила, как Феликс с громким и судорожным стоном вжимает голову Ричарда к паху, зарывшись пятерней в его спутанные волосы.
Одно дело фантазировать о том, как самец заглатывает член второго самца, а другое — сидеть рядом и наблюдать за агрессивным и бесстыдным действом своими же глазами. Завораживающее и пугающее зрелище. Ил загипнотизированно следила за движениями чувственных губ Ричарда и его уверенного кулака и боялась моргнуть. Феликс с ревом дернул тазом, и парень пару раз медленно скользнул ртом, безропотно принимая семя мужа. Не сглатывая, Ричард отпрянул от опадающего члена стонущего мужчины и впечатался в грубом поцелуе к губам Ил, вместе со слюной выпуская в ее рот солоноватую и горчащую сперму Феликса. Ил от неожиданной выходки гостя непроизвольно сглотнула и испуганно прикрыла рот рукой, с непониманием глядя в лучистые и лукавые глаза парня.
 
— Зачем ты это сделал? — робко шепнула она.
— Захотелось, — Ричард смущенно улыбнулся.
— А еще я попу не чувствую, — она моргнула.
— Через минут пятнадцать отпустит, — отозвался с дивана Феликс.
— А почему так долго? — едва слышно прошелестела она и перевела взгляд на него.
Феликс с густой нежностью улыбнулся растерянной Ил и тихо ответил:
— Чтобы твоя попа немного обвыклась. Иначе мышцы из-за регенерации слишком быстро придут в тонус.
— Феликс, ты в меня не влезешь, — прохрипела Ил, улавливая в его словах тень предвкушения.
— Влезу, — мурлыкнул мужчина.
— Тебе попы Дикки не хватает? — голос Ил был таким тихим, что Ричард не дышал.
— У него замечательная попа, но мне хочется и с твоей побаловаться, — бархатно рассмеялся Феликс.
— А вот мне не хочется, — просипела девушка, не отрывая взгляда от лица мужчины.
Феликс сполз на шкуру и ласково притянул Ил к себе. Он пробежался пальцами по ее лицу, нежно и невесомо поцеловал и шепнул:
— Ты такая трогательная.
— Да я уже поняла, что вы хотите мне всячески трогать, — шмыгнула Ил.
— А тебе не нравится, когда мы тебя касаемся? — Феликс провел пальцем по ее губам и улыбнулся.
Ричард трепетно поцеловал Ил в ушко, и она шумно выдохнула:
— Нравится.
— Тогда в чем проблема? — мужчина изучающе посмотрел в ее глаза. — У нас есть шанс неторопливо насладиться друг другом. Здесь с тобой мы можем без оглядки предаться плотским удовольствиям.
— И без обязательств? Да? — Ил сощурилась на Феликса. — Дружеские тройничики на шкуре?
— Ты уловила суть, — мужчина кивнул и пригладил ее волосы. — Общая любовница.
Ил задумалась, разглядывая трещины на окне. Регулярный секс, милое общение, обнимашки и короткие свиданки ее вполне устраивали. Никто из оборотней не заикался о вечной любви, не тянул в семью, не навязывал обязательств. Все выглядело очень заманчиво.
— Ладно, — Ил кивнула. — Раз в неделю.
— Субботы тебя устроят? — Феликс поднялся и застегнул ширинку.
— Устроят, — Ил упала на спину и закинула руки за голову. — И не надо ко мне внезапно вламываться в другие дни. Это невежливо.
— Договорились, — Ричард встал и размялся.
Феликс приобнял довольного Дикки, и уже в дверях он оглянулся и сказал:
— Через три дня у Фериила небольшая театральная постановка с другими волчатами. Придешь?
— Приду! — Ил приподнялась на локтях. — А что в лесу есть какой-то оборотничий детский театр?
— Нет, в городе, — Феликс хохотнул. — Раз в неделю снимаем подвал в одном из центров, чтобы волчата из разных стай социализировались на нейтральной территории в играх и прочей ерунде.
— В лесу было бы интереснее, — разочарованно вздохнула Ил.
— Город дисциплинирует, — Феликс поправил галстук. — Мы все равно вынуждены сосуществовать с ним и пользоваться его благами.
Оборотни покинули логово Ил, и она почувствовала, как внизу копчика неприятно заныло. Она с кряхтением поднялась и заковыляла в ванную комнату, где у зеркала с изумлением застыла — в спутанной розовой шевелюре торчали пучки фиолетовых волос, которые шли двумя широкими линиями по вискам к затылку. Ил испуганно глянула на стриженый лобок — аккуратный треугольник делился надвое небольшой стрелочкой фиалковой поросли.
— Что это за ерунда такая? — она с ужасом посмотрела на свое отражение. — Как это понимать?
Она выскочила в подъезд и кинулась к развратникам, которые жадно целовались у лифта.
— Мои волосы!
— Что с ними не так? — Феликс лениво оглянулся на нее.
— Вот! — она ткнула пальцами в виски. — Откуда фиолетовый?! Его с утра не было!
— Не знаю, — мужчина пропустил пальцы сквозь короткие локоны Ил. — Мне кажется, фиолетовый уже был, когда мы пришли.
— Точно не было, — прошипела она и оттянула резинку штанов. — А еще вот!
Феликс и Ричард с любопытством заглянули под флисовое трико, и в этот момент из квартиры вышла молодая соседка Ил, которая медленно попятилась и спряталась за дверью с пунцовыми от неловкости щечками.