Магическая академия Реймонфола (СИ)

Мое движение стало стремительным, я почувствовала, что меня тянет куда-то, но оторвать взгляд от мира, где остались мои любимые, не могла. Реймонфол отдалялся и вскоре превратился в незримую песчинку, вокруг меня осталась только темнота. Стало страшно, я всем своим маленьким облачком прочувствовала одиночество и потерянность. Я решила обернуться, чтобы видеть, куда меня несёт, но не успела. Я врезалась во что-то, это было похоже на плёнку, цвет которой я не могла разобрать из-за отсутствия света. Но мое облачко усердно рвалось сквозь эту пленку, я не чувствовала боли от столкновения, возможно только это и спасло меня от потрясения, когда я разделилась на маленькие частички и протиснулись сквозь незримую дырочку в непонятном барьере. Когда я снова собралась вместе, то смогла рассмотреть замок с садами и свисающими цветущими лианами, парящий в воздухе на земляном островке. Меня тянуло прямо туда, в этот замок и я никак не могла противиться, да и сомневалась, стоит ли это делать.
Меня затянуло в открытое витражное окно, я услышала знакомые голоса, этого следовало ожидать, все же, я умерла, а они хранители, следящие за душами в доверенных им мирах. Меня заметили сразу, но их реакция мне не понравилась. Хранитель Геродан замолчал на полуслове и округлил глаза, Николай, гневно что-то вычитывающий, скривился в гримасе боли, третий хранитель, которого я помнила по Олтгейну, развел руками, давая понять всю безнадежность ситуации. Остальных в замке не было, это было и хорошо, хватило мне наглядной демонстрации и от троих хранителей.
— Вера, как же…? — подбежал к моему облачка Николай.
— Хм, и здесь решила сделать по своему, — хмыкнул Геродан, — тебе оставалось ещё несколько дней, могла провести их в постели с любимым, а не лазить по переходам ища смерти.
Николай опять скривился от слов хранителя, в его глазах я тоже увидела боль и печаль. Странно, я и не думала, что этот хранитель так проникся к моей душе. Я чувствовала благодарность к нему за всю заботу и беспокойство, но не больше. Свое сердце я отдала Дэянару.
Хранители хотели мне сказать что-то ещё, но меня потянуло сквозь их тела к колодцу, где виднелись картинки, происходящие в мирах. Облачко зависло над этим зрелищем и понеслось вверх, к нарисованному на потолке глазу, который располагался строго над этим колодцем с картинами жизни существ. Меня всосало прямо в черный зрачок и веко закрылось.
Яркий свет и тихий голос привели меня в чувства:
— Здравствуй, моя искра, ты вернулась домой.
Когда глаза привыкли к свету, я увидела ректора магической академии Реймонфола.
— Лорд Амарок? — не смогла сдержать я возгласа, — Но как?
— Ох, тише, моя милая, — улыбнулся мужчина, — это всего лишь его облик. Я позаимствовал это лицо, чтобы тебе было комфортнее меня воспринимать. В твоём сознании с этим мужчиной связаны некие отцовские чувства. Не знаю, чем они вызваны, разум моих детей всегда оставался для меня загадкой.
Я вспомнила, как совсем недавно подумала о том, что ректор Амарок, как родной отец для всех студентов, заботится и оберегает, беспокоится об их безопасности и комфорте. Видимо, шлейф этих рассуждений и уловил мужчина. Но кто он? Ещё один хранитель?
— Я вижу твой вопрос, я на него отвечу. Я создатель нашей Вселенной Уларии с ее параллельными мирами, — мужчина развел руками, показывая все вокруг, — обычно я не встречаю души лично после смерти, этим занимаются хранители миров, это входит в их обязанности. Но твой случай особенный… ко мне тебя привела моя искра, которую я когда-то даровал своим созданиям. Пульсар попал точно в искру и ее сила, разрываясь, проникла во все твое тело и душу, тем самым, высвобождаясь из оков кулона. Без этих оков ее постоянно тянет ко мне, так ты и оказалась здесь, пройдя через сферы миров и замок хранителей. Представляю их ошарашенные лица, когда они увидели душу, спешащую к самому создателю. Я, ведь, давно никому из них не показывался, оставляя решение проблем без моей помощи. Я давно сделал вывод: если постоянно помогать детям, они сами ничему не научатся. Сколько было воин и неурядиц, геноцидов и истребления целых рас. Жизнь, которую ты видишь сейчас, историю, которую ты изучаешь, это уже пятая моя попытка… пятая попытка создания жизни в этих мирах. До этого я просто все стирал подчистую, оставляя только голый макет планет. Четыре неудачные попытки… А ведь тогда я вмешивался и помогал, решал проблемы своих детей, я чувствовал свое родство с ними, ведь я лепил их сам… первую сотню существ, которые потом расплодились в огромное население. Я сидел и вырисовывал каждую мелочь, менял любую ошибку своими руками. Но итог всегда оставался одним… смерть, война и крах миров. В этот раз, я ограждаю себя от этой ошибки и хранителей прошу не вмешиваться лишний раз, но они не слушают.
 
Я не могла поверить услышанному. Сам создатель миров разговаривал со мной очень просто, без пренебрежения. Может быть и ему скучно быть одному, может он просто соскучился по обычным разговорам? В моей голове кружилось столько мыслей, что я не сразу расслышала вопрос.
— Дитя моё, ты решила, чего хочешь в дальнейшем?
— Простите за вопрос, но я не знаю какие у меня есть варианты? Я думала, что меня здесь будут судить за все поступки, совершенные за всю мою жизнь.
Создатель усмехнулся и, дотронувшись рукой до губ, продолжил:
— Такими делами занимаются хранители, когда им становится слишком скучно, обычно они знают уже заранее, какое создание, чего стоит и никакой суд им не требуется. Твой случай иной. Искра проникла в тебя, теперь она составляет часть твоей души, я с этим уже ничего не смогу сделать. Печать, поставленная Героданом, исчезла, благодаря ей же, но… это не избавит тебя от связи с Реймонфолом.
— Но как? Точнее, что это значит? Я смогу переродиться только в этом мире? — я металась от чувств и переживаний, меня успокоил только ответ создателя.
— Нет, это не совсем так.
Я выдохнула.
— Но… не все так просто, — участливо посмотрел на мое облачко мужчина, — когда я создавал миры, для их процветания и свободного существования, я наделил их своей искрой. Повернись, посмотри туда.
Создатель указал на своеобразное большое круглое окно в полу. Я медленно подплыла ближе и охнула. Внизу расположился цветок из сфер, это было необычайно красиво и завораживающе. В центре, в круглой сфере находился замок хранителей, а к нему прилегали овальные сферы-лепестки, в каждой из овальных сфер я увидела планету. Это были миры Уларии, пять отдельно существующих мира. Теперь я поняла, почему, для перехода через портал в другой мир, требуется разрешение хранителей. Ведь сначала ты попадаешь в замок хранителей, а уже потом тебя перенаправляют в тот мир, в который ты хотел, только ты этого не помнишь.
— Посмотри на Реймонфол, — прошептал создатель, указывая на планету, в которой преобладала зелень и водоемы, — она начинает чахнуть. Все от того, что искра покинула свое место. Если это не исправить, мир умрет, как и все его населяющие создания.
— Неужели искру так легко можно уничтожить? — не поняла я.
— Нет, просто так сложились обстоятельства. Если бы кулон просто разбили, высвобождая искру, она бы сама ко мне вернулась и я создал бы для нее новое ограничение в виде нового кулона. Никакая магия не способна ей навредить, но сейчас у нас немного другая ситуация. Твоя душа была вся в паутине смерти… не своей смерти, чужой. Ты приняла такую судьбу сознательно, а искра, распознав чужеродность, огородила твою душу, залечивая расколы своей сущностью… заполнила собой. Теперь вы одно целое и если я вас разделю, то твоя душа окончательно умрет и не сможет больше перерождаться, у нее не будет хватать большей части.
 
— Но что же делать? — ужас возобладал над моим разумом и я забыла с кем разговариваю.
— Тебе придется выбирать: или полностью умереть, или стать чем-то большим, чтобы заменить искру.
— Что это значит? Чем я должна буду заниматься? Меня поместят в кулон?
— Нет, дитя мое, — успокаивающе посмотрел на меня создатель, — твое сознание станет для нее ограничением. Но ты права, обязанности у тебя тоже будут. Ты не будешь человеком, ты не будешь магом… прожитые тобой года покажутся минутой, ты станешь бессмертной. Эта искра с Реймонфола, поэтому тебе придется помогать Геродану с душами. У тебя будут почти те же обязанности, как и у хранителей, но преимущества перед ними у тебя тоже будут, и самое главное — тебе будет разрешено вмешиваться во все, что тебе покажется не правильным.