Двойник Его Высочества (СИ)

Тон Евгении звучал несколько высокомерно, но, в принципе она и на два ранга была сильнее. Несмотря на то что задачи победить нет, мне очень уж хотелось положить госпожу Веймарн «на лопатки».
Мы разошлись на десяток метров друг от друга и ждали сигнала.
Сейчас сложно было оценивать, с какой дистанции и как быстро она предпочтёт действовать. Самое главное — не упустить первую атаку, чтобы не давать девушке лишних преимуществ — лёд такое дело.
Каким бы сильным ты не был, но если она способна заморозить всю площадку, превратив её в каток, то справляться будет немного сложнее.
Через несколько долгих секунд, наконец, прозвучал длинный сигнал.
Моя первая мысль оказалась верной — Евгения хотела заморозить поверхность площадки, чтобы сделать её скользкой. Мне оставалось только оградить себя от распространяющейся во все стороны ледяной поверхности.
Девушке даже не пришлось касаться ладонью пола — стремительное ледяное зеркало распространялось от её ног.
Я сосредоточился, присел на корточки. Мне нужно было выиграть пару секунд, чтобы ноги не вмёрзли в лёд. Ледяная стена высотой сантиметров двадцать окружила меня. Пару секунд. Ко мне неслась ледяная корка.
Сбросив обувь, я рванул назад. Заметил, что Евгении уже почти не хватает радиуса для действия, она начала приближаться. Не скользит. Однако, она надела хорошую обувь. Нужно держать её на расстоянии.
У меня ещё не восстановились силы, но вырастить в ладони ледяное копьё получилось.
Я взглянул на ухмыляющуюся девушку — думает, в неё швырну. Нет.
Взяв размах помощнее, я швырнул копьё в её же ледяное зеркало, которое разлетелось на множество мелких осколков. Сейчас главное не упустить момент. Евгения ненадолго растерялась. Всего секунда и все осколки теперь огромным ледяным роем я бросил в её сторону. Уклонилась, но на коже появились пара десятком мелких царапин.
Она разозлилась — разогналась, огибая арену, и в меня полетели куски льда, размером с кулак. Один за одним.
Я выставлял небольшие ледяные щиты перед собой, но каждый разбивался вдребезги при ударе. Девушка набирала скорость, я еле успевал за ней. Один из таких кусков ударил прямо в челюсть.
Она пыталась дезориентировать меня — двигалась по кругу, только и наращивая скорость. Я не хотел сокращать дистанцию, но, похоже, придётся.
Собрался с силами, пошёл на неё, продолжая отбиваться небольшими щитами от летящих кусков. Быстра. Сильна. Ранг получила не так давно, иначе мне было бы ещё сложнее, но она пользуется чем-то одним, не может применить, например, такую же ледяную корку, одновременно швыряя в меня куски льда.
Слишком сосредоточена на скорости и технике, допускает меня ближе.
Сложно — я потратил много сил, но... Сосредоточившись на резонансе, я попробовал создать снег из того льда, что был разбросан по всей арене и начинал подтаивать.
Они этого не учли. Мне не дали дополнительного ресурса, но он появился сам. Лёд имеет свойство таять.
Влажности пока маловато, но хватит, чтобы не прекращать защищаться, создавая при этом снег и поднимая его в воздух, закручивая и разгоняя в локальную метель вокруг противницы.
Это ещё сложнее — два действия одновременно. Я почувствовал тошноту, на мгновение отвлёкся и не успел создать впереди себя щит. В грудь прилетел ледяной кусок. Болью прострелило грудь и по рёбрам будто прошёлся электрический разряд.
Я резко выдохнул, на секунду зажмурился, стараясь сосредоточиться на том, чтобы снега стало больше. Он всё сильнее закручивался вокруг соперницы, откуда-то сверху я услышал восторженные возгласы.
Евгения сообразила — мимо в плотной пурге носились острые ледяные глыбы, под голыми ступнями стало холодно и скользко, но я понял, что она плохо меня видит. У правого локтя я снова создал щит. По касательной его задела льдина, я пошатнулся на льду, укрепляющемся под ногами, но не вмёрз в него.
До девушки оставалась пара метров, уворачиваться от проносящихся льдин стало сложнее. Я нырнул вниз, пригибаясь, и почти сразу схватил Евгению за лодыжку, проделывая то, что делал с маньчжуром на допросе.
 
По коже соперницы потянулась наледь, она попыталась дёрнуть ногой, чтобы меня пнуть, но второй рукой я уже сковывал льдом её кроссовки так сильно, чтобы она не могла пошевелиться.
Температура вокруг стремительно падал, снег уже и мне застилал глаза, в спину прилетела ледяная глыба, мне пришлось как-то влиять на боль саморегенерацией, в глазах на секунду потемнело, а нога соперницы всё сильнее промерзала.
Браслеты запищали, рядом с узкими дисплеями загорелась красные диоды. Ещё пара секунд и на голой раздался сигнал, приказывающий закончить.
Я глубоко вдохнул и выдохнул, отпуская резонанс и ослабляя хватку. У меня получилось контролировать силу и держать её мощность примерно на одном уровне.
Встав, я заметил, как раскраснелось лицо Евгении — она была зла и разочарована. Тяжело дышала. Лёд с её кроссовок почти сошёл.
Я натянуто улыбнулся и отвесил ей короткий поклон.
— Благодарю за поединок, Евгения Владимировна.
— Благодарю за поединок, Ваше Высочество, — процедила она сквозь зубы.
От улыбки, которая была у девушки на лице перед началом боя, не осталось и следа. Она думала, что второй ранг ей не годится и в подмётки, но, нужно отдать должное — она не стала помогать себе другими стихиями и техниками.
К нам подошёл дежурный медик, бегло осмотрел и предложил помощь, от которой я отказался. Евгения сухо со мной попрощалась и удалилась с ним, чтобы обработать мелкие порезы.
Я поднял голову и увидел, что комиссия тоже решила не задерживаться, а девушки и Игнат аплодируют, почти вжавшись в защитный экран балкона.
Похоже, я несколько задел самолюбие госпожи Веймарн, но всё же, важно было иное — достаточно ли было мной сделано? Хотелось думать, что да.
***
Хорошо, что среди помещений арены нашёлся душ. Спарринг с Евгенией выжал из меня все соки, но я был доволен. Прислонившись к стене душевой кабинки, я даже улыбался. Жаль, что соперница покинула арену так быстро — мне было бы интересно пообщаться с ней, тем более что девушка оказалась гвардейцем.
Это в принципе было редкостью, но я, в принципе, понял, чем она заслужила такую честь.
Комиссию я уже не увидел. Как сказала Евгения — результаты будут озвучены позже. В любом случае предчувствие было достаточно хорошим.
Моя прекрасная компания терпеливо дожидалась меня в холле у главного входа.
— Ох, было очень интересно понаблюдать за вами, Ваше Высочество, — щебетала Елена.
Подруга-компаньонка, похоже, на уговоры покинуть нас особо не поддалась, но теперь то я знал, что Арина — дочь вице-губернатора, а это более чем полезное знакомство.
Игнат шёл впереди и несколько раз коротко обернулся через плечо. Я видел, как он на нас смотрит, но честно сказать, пока что прекрасные барышни интересовали меня исключительно с позиции получения выгодных сведений и знакомств.
Я решил, что сейчас самое удачное время попробовать появиться в клубе Сигма, не дожидаясь, пока в Петербург приедет Ольга.
— А как барышни смотрят на то, чтобы не заканчивать на этом вечер?
Мы остановились на краю тротуара, вечер ещё и правда только-только начинался.
— А что же его Высочество изволит предложить? — с загадочной улыбкой спросила Арина Геннадьевна.
— Изволю предложить увеселительное заведение, — я широко улыбнулся и подыграл её манере разговаривать.
— Прилично ли это? — Арина театрально рассмеялась, прикрывая рот ладошкой.
Я покосился на Игната и увидел, как тот закатил глаза. Ну, не все девушки оставляют приятные впечатления, что поделать.
— Нас сопроводит Игнат Валерьевич, — я учтиво кивнул наставнику.
Тот сделал вид, что он лишь мой помощник и кивнул в ответ, пытаясь сохранить безмятежное выражение лица.
— Ну, тогда мы согласны, Елена? — она прищурено посмотрела на графиню.
— Да, думаю, развеяться не помешает. Только наш водитель и охрана будут рядом. Отец будет крайне недоволен, если что-то произойдёт.