Император (СИ)
— Сделал обход?
— Да, — ответил Миха, смущаясь, что мать привлекла его и поцеловала в щеку. Он уже взрослый, отец доверяет ему управление, а мать относится как к ребенку.
— Тогда мой руки и садись кушать. Урр, ты позвал Санчо?
— Сам придет, он без еды не может, — немного грубовато ответил Урр, второй сын Мии в свои восемь лет вымахавший размером с Нел.
— Иди и позови, — жестко отрезал Миха не терпевший, чтобы Нел кто-то возражал. Мальчик недовольно засопел, но противоречить старшему брату не решился. Он вернулся вместе с Санчо, когда все уже расселись. Оглядев стол, Урр несмотря на недовольный взгляд Алолихеп решительно скинул со стула Максхепа. Максхеп был всего на два года младше, но рядом с Урром смотрелся как карлик. Понимая, что ему не справиться с старшим братом, мальчуган скромно примостился рядом с матерью.
— Все собрались, не хватает только Макса Са, — Нел на правах старшей жены дала команду приступать к еде. Сразу заработали челюсти, послышалось чавканье и недовольные возгласы детей, которым не достались лучшие куски. Протягивая руку за куском мяса, Миха заметил, что Санчо не ест. Великан неандерталец сидел с потухшим взглядом, словно вслушиваясь во что-то.
— Санчо, ешь, — на слова Михи неандерталец мотнул головой, словно прогоняя наваждение.
— Макш, — произнес он грустным голосом не притрагиваясь к еде.
— Что Макс Са? — мгновенно отреагировала Нел.
— Макш нет, — Санчо не всегда можно было понять.
— Как нет? — всполошилась Нел, вскакивая с места.
— Макш нет, — повторил Санчо, уперев указательный палец в висок. Этот жест Нел, знавшая о необъяснимой связи мужа с неандертальцем, поняла.
— Он не может с ним поговорить на расстоянии, наверное, Макс Са далеко, — объяснила она Михе уже вскочившему со стула. Шел седьмой день после отплытия мужа, возможно, он уплыл далеко, и Санчо просто не чувствует его. Но Санчо вдруг вскочил:
— Макш есть, Макш беда! — Не произнеся больше ни слова, неандерталец выскочил из-за стола, побежав к себе в дом.
— Миха, с твоим отцом случилась беда, — Нел опустилась на стул, прижимая руки к груди.
— Может, он просто еще не вылечился? — Миха не понимал природы общения неандертальца с отцом на расстоянии и колебался.
— Макс Са много раз говорил, что они могут говорить на расстоянии. Пойдем к Санчо, попытаемся узнать в чем дело.
Под взглядами жен прекративших завтрак Нел и Миха прошли к Санчо, который метался по комнатам, вооружаясь. На все настойчивые просьбы Нел и Михи неандерталец повторял: «Макш, беда». Поняв, что от него больше ничего не добиться, Миха послал за Малом, следовало готовиться идти на выручку к отцу.
Когда Мал прибежал, Санчо уже облачился в доспехи из-за потери веса висевшие на нем как на огородном пугале.
— Мал, Санчо почувствовал или услышал отца, говорит, что он попал в беду. Нужно выступать к нему на помощь. Собери воинов, оставь немного для защиты города. «Акула» стоит в порту, а «Варяг» должен прийти из Максимена. Ты готовь воинов, отбери лучших, а я подготовлю корабли. Мы должны выйти в море еще до того, как солнце начнет клониться к закату.
— Я пойду с вами, — вклинилась в разговор Нел.
— Нет, — хором ответили оба сына Макс Са, — это мужское дело, мы справимся.
— Я пошел собирать воинов, — Мал двинулся к выходу, но Миха остановил его:
— Мал, пусть воины возьмут очень много стрел и много еды. Я пока займусь водой, едой и подготовкой кораблей. Мы не вернемся назад без отца, даже если придется искать до самой смерти.
— Я понял, — Мал убежал, оставив собравшихся в зале.
— Слушайте меня, — Миха оглядел всех, — пока не вернется Макс Са, вы все будете слушаться Нел. Урр, веди себя хорошо, Гора назначаю командовать воинами, что останутся для защиты города и дворца. Ты готов, Санчо?
Санчо мотнул головой так, что Миха испугался за его шею. Еще раз оглядев собравшуюся семью своего отца, Миха решительно вышел, сопровождаемый неандертальцем: он найдет отца любой ценой!
* * *
Еще двое суток прошли, растянувшись для меня на пару недель: так долго и мучительно шло время в яме. Кое-что в моем положении изменилось: мне дали вторую шкуру, еда стала лучше, и возле ямы постоянно находились трое воинов. Стоило мне показать знаками, что нужно по нужде, они спускали ствол, давая мне выбраться наверх. За эти двое суток меня практически не беспокоили: один раз навестил Пабло, рассказавший о себе и причинах, толкнувших его на внедрение к нам в качестве дикаря. С одной стороны, его можно понять, мы для них были угрозой, но я не мог простить ему смерть Лара и моих воинов, несмотря даже на попытки отговорить Джона Картера от силового решения.
Пабло рассказал, что в данный момент Картер немного увлекся местной травой, дающей галлюциногенный эффект. На мое прямое предложение перейти на мою сторону и помочь мне бежать, он покачал головой:
— Некуда бежать, Макс. Твой корабль мы не смогли снять с мели, а Медвежья Долина непроходима для двоих. Следует тянуть время, пока твои люди не начнут поиски, вот тогда я приму правильную сторону. Если мы сбежим сейчас, то просто погибнем, не достигнув Макселя. А мне еще необходимо думать о жене и троих детях, я же не могу их оставить здесь и взять с собой тоже опасно.
— Пабло, где мой пистолет? Сможешь его достать? И не нужно бояться, я бывал в худших условиях, даже в плену у неандертальцев-людоедов остался без оружия, но, как видишь, жив пока.
— Макс, прошу, не торопись. Картер сейчас пару дней как минимум будет в прострации, ему не до тебя. Я попросил его Иху подержать его на траве. Прошло пять дней, ты когда планировал вернуться в Максель? Когда они хватятся и выйдут на поиски?
— Я планировал обследовать Италийской побережье, так что меня хватятся не так быстро, — вынужден был я огорчить Пабло. — Через пару дней Картер отойдет от дурмана и захочет узнать, как я планирую ему передать Максель. И что мне ответить? Ведь сама идея передачи ему города обречена на провал. Мои никогда не поверят, что я готов на этот шаг: Урха просто исчезнут с лица Земли.
— Макс, но бежать тоже слишком большой риск. И за нами отправят погоню, у Картера есть «бешенные» подчиняющиеся только ему, это лучшие воины.
— Которых как куропаток перещелкали мои воины, — перебил я Пабло. — В честном бою у «бешенных» вообще не было бы и шанса. Подумай, Пабло, что лучше: ждать, пока сюда придут Русы, а они точно придут, или попытаться спастись, помочь мне и заслужить прощение?
— Макс, я помогу, но лучше подождать удобного момента. Тебя он еще может и оставит в живых, но меня точно убьет, как и мою семью, если поймает. Дай мне время.
Этот разговор произошел вчера вечером, сегодня наступило утро пятого дня моего плена. Скорчившись на дне ямы я молил Бога, чтобы Бер остался жив и смог продолжать путь. Несмотря на убедительные доказательства приведенные Пабло, сердце отказывалось верить, что Бер мертв. Бер прошел огонь и воду, его выносливость и ловкость была просто потрясающей. Такой человек не может просто так сдаться. И Бер мой сын, как и Санчо, которого пришлось оставить в Макселе из-за болезни.
Вспомнив про Санчо, в сердцах ударил себя по лбу: я потерял практически пять дней, даже не попытавшись с ним связаться. Никогда раньше я не пробовал мысленно поговорить с неандертальцем на таком расстоянии. Но все делается в первый раз: сосредоточившись, мысленно позвал Санчо, ожидая ментального удара.
Все мои попытки оказались тщетны: Санчо не откликнулся. Наверху послышались шаги, мне принесли поесть. На веревке из отрезков шкуры спустили пару лепешек и кусок мяса: однообразное питание начинало надоедать. Уже доедая поздний завтрак, почувствовал, словно кто-то смотрит на меня. Никого наверху не было, точнее дикари где-то рядом, я слышал их голоса, но в яму никто не заглядывал.
«Галлюцинации», — решил я, усаживаясь поудобнее, и в этот момент в голову ворвался крик Санчо: