Герои и Злодеи. Ники (СИ)
— Обожаю это место! — Широко раскинув руки, Юлиус крутанулся на месте. Растрёпанные волосы, белый халат и счастливая улыбка придавали ему вид безумного гения.
— Надо бы сделать ремонт. После визита Шальной Пятёрки всё в хлам. — Лендер поставил ящик с Установкой возле трансформатора и ушёл за остальными вещами.
— Ну как тебе? — Юлиус повернулся ко мне с таким вдохновлённым лицом, что сказать правду язык не повернулся.
— Здорово! — кивнула я, а про себя добавила «что это здание ещё не рассыпалось». — По стенам стреляли из пушек?
— Ты про те дыры? Это котёл разлетелся. Очень вовремя, между прочим. Взрыв выкинул из окна Водяную Кэзэндру из Шальных. Неприятная особа с талантами к управлению водой. Закоротила мне Теслу и половину оборудования, дура.
Никогда не жила в развалинах. Я даже в лагере ни разу не была и в поход не ходила, поэтому необходимость прожить здесь больше, чем один день, меня откровенно пугала. Тут даже прибраться толком невозможно!
— Её соберём в первую очередь. — Юлиус открыл коробку с Лазерной ДНК-установкой. — Исследования не должны прекращаться даже на день. Ночью я выделил пригодную для телепортации ДНК из образцов Пернатого и Дымки. Уже кое-что. Жаль лишь Дымку придётся выбросить — её кровь заражена нанороботами и...
— Чудесно! — воскликнула я. — То есть нет, конечно, не чудесно, но нам нужны подопытные нанороботы для поиска решения проблемы потери способностей у героев.
Юлиус посмотрел на меня странным взглядом.
— Я не собираюсь тратить своё время на помощь выскочкам из Ассамблеи. У меня другие дела, так что...
— Скоро все герои могут быть заражены!
— Ники, если тебя это волнует, то в свободное время ты можешь искать решение, но я не хочу об этом слышать. Всё.
Где-то глубоко внутри я знала, что придётся заниматься этим самостоятельно. И ладно! Я справлюсь, и вот увидите, доктор Алерайо, мне ещё вручат медаль за спасение Ассамблеи Героев. Сам президент. Лично.
Со сборкой Установки пришлось помаяться. Особенно с компьютерными экранами и блоком для моделирования результата до испытаний на мышах. Она снова работает...
Хм, а ведь её можно приспособить для изучения нанороботов! Наверное, я бы даже сумела смоделировать их поведение при помощи её компьютера...
Пищащие мыши сбили с мысли, но направление я запомнила. Лендер не очень аккуратно поставил клетку со зверушками на один из столов, предварительно смахнув на плиты пола пробирки и колбы с засохшим содержимым, разбитый микроскоп и целую стопку чашек Петри. Конечно, тут же всё равно грязно, да, Ленд?
Бросив полный нежности взгляд на разорённую лабораторию, Юлиус застыл на месте рядом с трансформатором и закрыл глаза. Электричество забрал с собой в мир размышлений, однако помещение не утонуло во мраке. Сквозь огромные окна сюда проникал призрачный свет города.
— Док, в самом деле, шёл бы ты спать, — попросил Ленд.
— Я уже спал... Вроде бы совсем недавно.
Чиркнув зажигалкой, Лендер направился к дверям кабинетов, где раньше сидели офисные начальники, а я подошла к окну. Стоград невероятен! Высотки, мосты, башни и неоновая реклама, сияющая на многие километры. В больших городах есть своя магия, хлебнув которой, тяжело вернуться в провинцию.
— Что, если проблема отсутствия неустойчивости ДНК была в неправильной стабилизации изначального материала? — бормотал Юлиус. — Нет, я работаю с ДНК почти два года, тут нет моей ошибки. Тогда, в чём? Я сделал ставку на точечную телепортацию отдельных нуклеотидов, начисто исключив РНК из уравнения, но результат оказался не таким, какой был запланирован. Вообще-то, таким, но не в точности, а в генной инженерии нельзя ошибаться. Аптамеры? Хм... Это, конечно, сложнее, но безусловно повысит надёжность. Ники! Ты знакома с методологией селекции in vitro?
— Пятьдесят четыре лекционных часа, — кивнула я, — но гены «супериор» не поддаются селекции.
— Три слова: Лазерная ДНК-установка. Тут нужны навыки не столько генетика, сколько инженера, — глаза босса сверкнули искрами. — И теперь у меня возникает только один вопрос: почему эта тень напоминает кошку?
Он ткнул пальцем в тёмное пятно, отбрасываемое перевёрнутой канистрой.
— Всё в порядке, док. — Ленд нёс оплавленную свечу на тарелочке; её свет превращал и без того сюрреалистическую картину в нечто фантастическое. — Твой гениальный мозг нуждается в отдыхе. Идём, я нашёл тебе целое одеяло.
С трудом оторвав взгляд от тени, Юлиус подчинился приспешнику.
— Что бы я без тебя делал, Ленд...
— Валялся бы мёртвым в какой-нибудь дыре.
— По факту, я спасал твою жизнь на шесть раз больше.
— О, так ты ещё и считаешь!
— Я не считаю, а просто ничего не забываю. Даже если чего-то забываю, то всё равно не забываю, а сознательно дистанцируюсь от неугодных воспоминаний. Улавливаешь разницу?
Юлиус скрылся за дверью одного из кабинетов. Надеюсь, до них Шальная Пятёрка не добралась, и там порядок. Этих ребят не зря назвали шальными: никогда нельзя предсказать, чем закончится спасение мира в их исполнении — взорванной бензоколонкой или дождём из денег в центре Стограда.
Время приближалось к полуночи, но я с радостью напомнила Лендеру о предложении перекусить где-нибудь, лишь бы хоть на час уйти из этого бардака. И даже то, что придётся спускаться тридцать один этаж на своих двоих, не казалось серьёзным препятствием. Мне остро необходим свежий воздух, хотя бы глоток.
Машину Лендер безбоязненно оставил прямо возле дома. У здешнего народа хватит мозгов не связываться с Электриком. Сунув руки в карманы, он шёл не очень быстро, а я старалась не отставать и вообще держаться к нему поближе.
— Куда мы идём?
— В кафе неподалёку. Оно работает круглосуточно.
— В Индустриальном? Ты уверен, что в такое время можно найти приличное место, где нас не грабанут?
— Не волнуйся. Со мной ты будешь в безопасности везде, крошка.
Охотно верю. Даже сейчас ни один из местных бродяг не рискнул подойти к нам ближе, чем на двадцать шагов. Я уже привыкла к ауре опасности вокруг внушительной фигуры Лендера, но иногда ловила себя на том, что он меня пугает. А кого бы не напугал двухметровый мужик с тяжёлым взглядом и двумя револьверами под курткой?
Кафе, куда мы пришли, принадлежало выходцам из Южного Царства, и выбор именно этого места для ужина не был случайным. По пути сюда я видела ещё одну точно такую же забегаловку, но её мы прошли стороной.
Место, смотрю, колоритное: колокольчик над дверью, бамбуковые жалюзи и красные бумажные фонарики на столах, покрытых сантиметровым слоем жира вместо скатерти.
— Почему именно это кафе? — поинтересовалась невинным тоном.
Мы сели за один из столиков в углу. Отсюда открывался отличный вид на прилавок и узкоглазого продавца-южанина.
— Тут готовят отличные клёцки в бульоне из рыбьих потрохов, — Ленд ответил не задумываясь.
— Ты понял, о чём я.
— Ага. Но клёцки тут реально хороши. Сиди здесь, принесу суп. С рисом или лапшой?
— Без разницы. Захвати ещё имбирного чаю, пожалуйста.
Лендер кивнул и отошёл к южанину. Понятия не имею, о чём они заговорили, но явно не о клёцках.
Тусклый свет красного фонарика отражался на маслянистой столешнице, отбивая последние крохи аппетита. Достав из кармана телефон, я уставилась на дисплей. Надо бы выполнить обещание и позвонить маме. Время позднее, но она никогда не укладывается раньше часа ночи.
Пальцы сами набрали знакомый номер.
— Привет, мам!
<Ники! Великий Шекспир, ты всё-таки решила мне позвонить. Проснулась совесть?>
— Ты тоже знаешь мой номер.
Быть может, идея позвонить ей прямо сейчас была не самой здравой.
<У тебя телефон постоянно недоступен. Дариус никак не может дозвониться,> — помимо раздражения, в голосе мамы звучали нотки особого предвкушения. Ох, не спроста!
— Именно о Дариусе я и хотела поговорить...
<Мы с Аугустой с ним уже поговорили, и он всё нам рассказал.>