Чёрное крыло (ЛП)

Когда я посмотрела на него, его глаза содержали лёгкое предупреждение.
— Я попросил Гранта прилететь в Нью-Мехико через несколько дней… чтобы взять у меня интервью там. Он был открыт для этого. Я сказал ему, что мы даже проведём ту штуку, пока он там, если сможем организовать всё на несколько недель раньше…
— Ту штуку? — Энджел невесело рассмеялась. — Ты имеешь в виду свою свадьбу, Квентин?
Ковбой, сидевший рядом и скрестивший руки на груди, буркнул:
— Не говоря уж о нашей свадьбе, дорогая.
Блэк мрачно глянул на них обоих.
— Мы с Мири уже женаты, — прорычал он. — Но да. Наша свадьба. Ваша свадьба. Я доставлю всех ваших людей самолётами пораньше, если вас устроят новые сроки. Но вы можете повременить или ускорить свою церемонию, если хотите.
Блэк глянул на меня, поджимая губы.
— Что касается нас, мы и так собирались устроить из этого публичное событие. Теперь мы просто сделаем его более публичным. Мы позволим Гранту привезти операторов и камеры. Это поможет немного нормализовать ситуацию.
— На какую дату ты хочешь перенести? — я скрестила руки, поудобнее устраиваясь на кожаном сиденье.
— Через три дня? Четыре? — Блэк бросил на меня слегка виноватый взгляд. — Я думал, на этих выходных. Если получится организовать.
— Почему ты решил, что нам это удастся? — я с неверием нахмурилась. — Ты же понимаешь, что надо позаботиться о гостях, угощении, цветах, освободить курорт на три недели ранее…
— У меня есть люди, которые могут позаботиться об организации, Мири, — он бросил на меня слегка напряжённый взгляд. — Мы можем обсудить этот вопрос позднее? Я хочу решить, что делать с этим засранцем. Желательно до того, как он сломает моё здание.
Помедлив, он обвел взглядом собравшихся за столом.
— Каковы наши рабочие теории на данный момент? Путешественник между измерениями. Явно какое-то проявление той драконьей штуки, которую Мири нашла разбросанной по множеству измерений. Но что он делает здесь? Почему сейчас?
Я кивнула, размышляя.
Мои плечи расслабились, когда я сосредоточилась на проблеме.
— Я подумала, что провалы в памяти — это другое проявление того, что происходит у тебя с Кореком, — сказала я мгновение спустя, посмотрев Блэку в глаза. — Ты не отключаешься… но ты также сказал, что не можешь контролировать ситуацию, когда Корек за главного. Ты сказал, что чувствовал себя каким-то «пассажиром», когда это впервые случилось с тобой в лабораториях Пентагона. Как будто у Корека даже имелись свои мотивы… нечто помимо тебя самого, и ты как будто даже не знал всего. Он определённо обладает собственной личностью, своей манерой реагировать на вещи. Он даже имеет свой aleimi-отпечаток, свои aleimi-структуры… а может, просто имеет доступ к другим твоим структурам.
Блэк медленно кивнул, его губы оставались хмуро поджатыми.
— Да, — сказал он. — Именно так и было. Он захватил части меня. Но у меня не было провалов в памяти. Я постоянно всё осознавал. Я даже мог говорить… по крайней мере, пока Корек не использовал меня, чтобы говорить. То же самое с моим светом. Я мог пользоваться теми частями, которые Корек в тот или иной момент не задействовал. Я пытался сказать это Чарльзу. Я пытался предупредить его, что во мне две личности… что я не могу контролировать ту штуку в своём свете, которая управляет моим телом и aleimi…
Вспомнив об этом, Блэк хмыкнул.
— …Он мне не поверил. Я практически уверен, что он решил, будто у меня крыша поехала. Он также пытался говорить с Кореком так, будто это был я, и Корек по большей части игнорировал его.
Истон, мускулистый и татуированный переселенец из Нью-Мехико, посмотрел на Киессу и Ковбоя, затем обратно на Блэка.
— Корек? — переспросил он, хмурясь. — Кто такой Корек, бл*дь?
Я видела, что другие за столом тоже подались вперед.
Честно говоря, я немного удивилась, когда Истон решил остаться в Сан-Франциско.
Большинство других выходцев из Нью-Мехико вернулись обратно в свой родной штат.
Они покинули Гнездо Раптора вскоре после того, как все мы вернулись с тайского острова Мангаан.
 
Фрэнк Блэкфут, с которым Блэк познакомился в федеральной тюрьме Луизианы, как и с Истоном, теперь управлял курортом «Белый Орел», элитным отелем Блэка в Санта-Фе.
Фрэнк нанял Девлина и назначил его помощником менеджера.
Другие индейцы из Нью-Мехико, которые приезжали с нами в Сан-Франциско, тоже вернулись на родину. Мэджик, девушка-подросток, к которой я особенно привязалась, и которая пугающе хорошо обращалась с луком ещё до того, как Даледжем начал её тренировать, поступила в университет Нью-Мехико и переехала в Альбукерке, чтобы изучать искусственный интеллект.
Джозеф, которому было уже за семьдесят, и его жена Джеральдин, которая была на несколько лет моложе, переехали обратно на свою территорию в резервации.
Несколько ребят помоложе снова начали посещать школу.
Я скучала по ним, но честно говоря, я испытала облегчение, когда они уехали.
Здесь для них было небезопасно.
Мне нравилось знать, что они живут своими жизнями, и им не угрожают нападения вампиров или драконов-видящих из других измерений.
Я так обрадовалась, когда Мэджик поступила в университет, что даже расплакалась.
Честно говоря, какая-то небольшая часть меня завидовала.
Может, не такая уж небольшая.
Я осознала, что грежу наяву о том, как сижу в джакузи возле великолепного бассейна на курорте «Белый Орел»…
…и тут до меня дошло, что собрание уже завершалось.
Я слышала, как люди отодвигают стулья и встают.
Глянув на Блэка, я слегка покраснела, когда он вскинул бровь, забавляясь.
Однако приятно было видеть, что он улыбается.
Я не видела, чтобы он по-настоящему улыбался с тех пор, как мы вернулись с Гавайев.
«Хочешь увидеть, как я улыбаюсь, док? — мягко послал он. — Дай мне убить этого засранца-дракона… а потом мы с тобой улетим на тот чёртов курорт. Заставим Фрэнка дать нам номер для молодоженов, поженимся прямо в том бассейне и будем трахаться как кролики шесть месяцев подряд».
Когда он позволил себе подумать об этом, боль выплеснулась из него облаком.
«Gaos. Я даже не шучу. Я твёрд просто от шутки об этом. Бл*дь, до боли твёрд, док. Я не испытывал такой боли разделения с самого острова Мангаан…»
Я почувствовала, как моё нутро тоже сжалось.
Если честно, план Блэка звучал вовсе не так уж плохо.
За минусом части с убийством-видящего-о-котором-мы-ничего-не-знаем.
— Давай поговорим с ним, — сказала я, заговорив вслух. — Может, и не придётся убивать его. Может, мы просто вежливо попросим его отвалить и отправиться домой.
Я подавила волну своей боли разделения, когда подумала об этом.
Остальное я постаралась послать очень тихо.
«…но gaos, gaos, gaos, муж… — выдохнула я в своём сознании. — Я целиком и полностью согласна со всем остальным…»
Заметив, как он пристально смотрит на меня, я честно не могла сказать, услышал ли он мою последнюю молитву-желание или нет.
Глава 21. Тот надоедливый голос
Что-то не давало мне покоя. Это постоянно и раздражающе надоедало мне в глубинах моего сознания, но я не могла облечь это в слова.
Я понятия не имела, чего это нечто хотело.
Я не имела ни малейшей чёртовой идеи, что ему от меня понадобилось.
Чем бы ни был этот голос, он постепенно становился всё громче.
 
Как червь, вгрызавшийся глубже в мой мозг, он раздражал меня, отвлекал, заставлял паниковать, но ничего не сообщал. Я не могла думать сквозь это… не могла думать легко или ясно… и не могла распознать, что же меня беспокоит.
То отвлекающее, вибрирующее предупреждение ни черта не сообщало мне, чего надо остерегаться — во всяком случае, в сознательной части моего разума.
Теперь это стало громче.