Баламут (СИ)

По магазинам я отправился на самом деле, так как брезговал спать на белье, купленном абы кем и абы когда. Пока приобретал все необходимое, успел обменяться с Ларисой Яковлевной четырьмя с лишним десятками сообщений разной степени игривости, а в предпоследнем получил фотографию кителя. Вернее, его стоячего воротника с провокационно расстегнутыми крючками.
«Издеваешься, да?» — спросил я, усевшись в машину и заведя движок.
«Неа! Напоминаю, что женщина у тебя уже есть. Надо лишь чуточку подождать… и не отвлекаться на всяких клуш, обретающихся на пляжах! В общем, будет все, что ты захочешь… Э-э-эх, мне пора. Жди!!!» — ответила она и, судя по всему, отвлеклась на службу. А я вернулся домой, загнал «Авантюру» в гараж, застелил обе кровати, занес в ванну бытовую химию, забил холодильник продуктами, натянул плавки и шорты, влез в резиновые шлепки и отправился к морю. Знакомиться с ним вживую…
…Море оказалось не таким ярким, как в роликах Сети, и не таким чистым, как вода в бассейне Базы, но я влюбился в него с первого взгляда. Вечер, довольно сильное волнение, прохладный ветерок? Ха!!! Я рванул к прибою еще до того, как затолкал в перстень снятую одежду, уплыл за буйки так, как будто за мной гналась мутировавшая щука, и затерялся среди белых пенных шапок до полной темноты!
Да, замерз, как цуцик, да, крайне неудачно подгадал момент выхода на берег, сделал пяток оборотов вместе с волной и был вынужден вырываться из «захвата» стихии волчьим скоком, но мне было здорово. Настолько, что, наскоро высушив волосы и растерев тело сухим полотенцем, я поделился своими эмоции с единственным человеком, который должен был понять мое состояние.
Ответ на мое восторженное сообщение прилетел секунд через двадцать и добавил к моим чувствам легкую грусть:
«Да, оно действительно великолепно. Только… Знаешь, много лет назад мы с моей покойной подругой летали в командировки в Дагомыс, как на праздник: после завершения каждого дежурства спускались к морю, уплывали к горизонту и выбирались из воды только для того, чтобы согреться или хоть немного позагорать. Увы, в какой-то момент это абсолютное счастье разбилось, как хрустальный бокал, упавший на мраморный пол: Оторва пропала без вести, и я, морально умерев вместе с нею, возненавидела такие поездки — не покидала дворец без особой необходимости, пряталась от солнца и врубала в спальне музыку, чтобы не слышать крики чаек. Слава богу, теперь этот кошмар позади: «воскреснув» с твоей помощью, я снова почувствовала вкус к жизни и уже полдня считаю минуты до вылета. А еще преисполнена безумной, запредельной благодарностью и обязательно отвечу добром за добро…» 
Намеки, спрятанные за описанием прошлого, читались влет, но понять, в каком именно она настроении, я не смог, поэтому задал уточняющий вопрос:
«Что, совсем плохо, да?» 
«Нет, что ты! Я, конечно, скучаю и вся извелась от ожидания, но знаю, что все худшее уже позади, и предвкушаю ВСТРЕЧУ. Вернее, ВСТРЕЧИ, ибо одной, двух и даже сотни мне будет слишком мало…»
Этот крик души однозначно намекал на желаемый визит на Базу, и я дал понять, что его можно устроить раньше, чем планировалось:
«Будут. Я же обещал. Кстати, девятого июля мне надо быть в родных местах. На награждении. И если ты сможешь составить компанию эдак, числа с восьмого по двенадцатое-тринадцатое, то я покажу тебе любимые места, свожу на экскурсию за Стену, дам пощекотать нервы боем с каким-нибудь зверем с Той Стороны или заплутавшими корхами… В общем, каким будет твой положительный ответ?» 
«Баламут, милый, я тебя обожаю!!! Я лягу костьми, но добьюсь такой возможности, и… почему я до сих пор ничего не знаю о твоих подвигах?» 
«Это не совсем подвиги… Долгая история… Расскажу, как приедешь… Обещаю…» 
Шахова написала, что ловит меня на слове, а потом включила режим заботливой мамочки — спросила, когда я ел последний раз, получила честный ответ и возмутилась:
«Немедленно отправляйся в ближайший хороший ресторан и поешь! Повторяю еще раз — иди или езжай в ресторан: там можно взять и первое, и второе, а дома ты готовить поленишься. Ты меня понял?» 
 
Я понял. Более того, даже не подумал возражать. Поэтому по дороге к арендованному домику покопался в Сети, нашел «хороший ресторан» и забил в навигатор комма его адрес. А после того, как принял душ и оделся более-менее цивильно, спустился в гараж, выехал из гаража и вскоре въехал в никогда не спящую туристическую часть Дагомыса.
Забавно признаваться, но через пару минут неспешной езды по улицам, залитым яркими огнями и забитым веселящимся народом, я почувствовал себя странно. С одной стороны, управлять автомобилем здесь, на югах, мне было в разы комфортнее, чем в Великом Новгороде, так как тут никто никуда не торопился. С другой… во всех «увеселительным заведениям» Савватеевки, вместе взятых, по пятницам и субботам культурно отдыхало от силы человек двести, а тут на одной только первой линии буянили десятки тысяч. И это с непривычки дико напрягало. Настолько, что в какой-то момент в сознание закралась предательская мысль вернуться домой и перекусить, к примеру, мясной нарезкой, благо ею я затарился как бы не на месяц. Но отказываться от обещаний я не умел, поэтому постоял в пробке перед въездом в подземный гараж ресторана «Апельсин», не без труда нашел свободное место, прокатился на лифте, забитом изрядно поддатым народом, на третий этаж и попал в цепкие ручки администратора.
Отдельный кабинет, заказанный по Сети, был свободен, улыбающаяся официантка в сверхкороткой юбочке и футболке с вырезом персон на пять-шесть, нарисовалась возле меня чуть ли не до того, как я сел в довольно удобное кресло, а в меню не было, разве что, черта в ступе. Вот я и выпал из реальности, потерявшись в ярких фотографиях и красочных описаниях всевозможных блюд. А через какое-то время был вынужден вернуться обратно, так как чей-то силуэт заслонил потолочный светильник, а над ухом раздалось вежливое покашливание.
Мужчина, обнаружившийся в непосредственной близости, не только выглядел, но и ощущался весьма серьезным бойцом. А цепкий взгляд, манера держаться, умеренно свободный летний костюм, явно прячущий под собой огнестрел, и аура высокоуровнего мага не оставляли простора для фантазии при определении профессии. Благо, за время работы… хм… лучшим гидом «Девятки» я насмотрелся на его коллег лет на десять вперед. Причем в очень широком спектре ситуаций.
Кстати, этот не строил из себя героя, не пытался давить статусом хозяев и не считал их центром вселенной, поэтому я пожелал ему доброго вечера и спросил, чем могу помочь.
Он представился и описал создавшуюся проблему с неожиданного ракурса:
— Мне поручили обеспечить безопасность двух охраняемых персон. Они были в этом ресторане в прошлом году и изъявили желание посетить это место еще раз. К сожалению, имеющиеся протоколы в принципе не подразумевают возможности их размещения в общих залах или на верандах, забронировать отдельный кабинет не представилось возможности, а помещение, занятое не шумными компаниями, всего одно — ваше. Кроме того, вы, вне всякого сомнения, не местный, наверняка не горите желанием пуститься во все тяжкие, в отличной физической форме, трезвы и не под химией, а значит, с достаточно большой долей вероятности не создадите проблем. Само собой, если пойдете нам навстречу и позволите моим подзащитным провести вечер за соседним столиком. В свою очередь, могу гарантировать, что проблем не будет и с их стороны.
— Откровенно говоря, мне, по некоторым причинам, не до веселья, и я рассчитывал поужинать в одиночестве, но ваш подход к решению проблем заслуживает ответной любезности — второй столик в вашем распоряжении.
Телохранитель с достоинством склонил голову, но при этом не перестал контролировать мои телодвижения. Что, в общем-то, объяснялось обычной профдеформацией:
— Благодарю и за проявленное великодушие, и за оценку моих стараний. Мои подзащитные будут через три минуты. А я, если что, за дверью. Хорошего вечера…