Кровавыми тропами (СИ)

Моя Ольга умирает. Самый близкий мне человек присмерти. Подступила истерика, но я не мог позволить ей взять верх. Любимая умирает, но еще не мертва. Нужно было, что то делать. Нужно было её как-то спасать. Без сознания она сама себя лечить не сможет, даже если рядом будет море свободного опыта. Других лекарей у нас нет. 
— Вы смотрели их карты? — я бросил по быстрому взгляду на всех троих. 
— Они все у меня. Не до дележа было, — ответил Константин. 
— Ты проверял их? Там есть хоть какое-то лечение? — спросил, искренне желая, чтобы там оказалась нужная карта и готовый отдать за нее практически все, что у меня было.
— Я для этого и собирал карты. У меня достаточно свободного опыта. Если бы было хоть что-то подходящее, то я бы уже изучил и постарался помочь. Там только карта Самолечение. Как издевательство, — спец агент стыдливо отвёл взгляд, словно был в чем-то передо мной виноват. 
А ведь был. У него оставался способ ей помочь. Пусть и сомнительный.
— Карта раба? — вспомнил я и почти прорычал.
— Дима, Гнеш нам нужен. Он может ещё очень много рассказать о внешних мирах, — попытался настоять на интересах общества оппонент. 
— Костя, это моя жена. Не дашь карту, тогда тебе придётся убить и меня, — я поднялся, не понимая, как нелепо выгляжу в висящем точно на вешалке бронежилете и придерживая спадающие без Боевой формы штаны. 
— Меня тоже, — ко мне присоединилась и Света. 
— Я тоже в стороне не останусь, — а вот от Дашки поддержки не ожидал, но в такой момент был ей безумно рад.
— Я не хочу драться с вами, — Блохин подобрался, показывая свою полную готовность к стычке. 
— Тогда карту Костя. Время дорого. Она умирает, — я протянул руку.
— Мы делаем это во вред всему человечеству, — агент протянул мне карту. 
— Это не последний пришелец. Уже завтра их тут будет столько, что все успрашиваемся, — я с картой в одной руке и, придерживая спадающие штаны второй, кинулся к Ольге, на ходу очищая пластинку от прежнего раба. 
Гнеш не соврал. Существовал 50% шанс потерять карту, но у меня получилось. Она очистилась и стала готовой к приёму нового раба. Гнеша не стало. Он был тяжело ранен, и требовалось больше 1000 жизненной силы для его лечения, но он был жив. Это уже в прошлом. Я убил его, но подумаю о своем поведении после. Теперь только бы сработало на Ольге. Тогда я смогу заливать в карту опыт для лечения жены. Пусть его нужно будет хоть миллион. Лишь бы она была ещё жива. Проверить дышит или нет? Нет. На это нет времени. Могу опоздать. Итак, из-за этого Константина много его потеряли. Супруга могла бы быть уже в карте, и ее жизнь была бы уже в полной безопасности. Но и его понять можно. Если при этом не находиться на месте полубезумного супруга.
Забыл, что карту придется заполнять. Она же опустела после очищения. Влил весь свой свободный опыт, но так как перед попаданием пули в голову я ничего не успел собрать, у меня его было с гулькин нос. На заполнение эпической карты, естественно не хватило. 
— Света опыт в карту, — потребовал, протянув девушке, находившейся ближе всех прочих пластинку. 
— Сейчас, — ответила она, уже вливая. — Не хватает, — подвела она итог и замерла, глядя на меня.
— Давай я, — Константин перехватил карту и залил ее до конца. — Полная. Давай сам, — карта вернулась ко мне, и я коснулся ей умирающей жены. 
Супруга исчезла из реальности, и я с облегчением опустился на пятую точку. Ведь раз исчезла, то значит, все получилось. Или нет? 
— Константин, Света, я ваш должник, — расслабился, но все равно решил посмотреть свойства карты, чтобы убедиться, что все вышло. 
Карта мёртвой рабыни. 
Карта подчинения разумного существа. 
Класс: эпическое. 
Описание: в карте содержится тело только что умершей молодой человеческой женщины. 
Никакой строки с количеством опыта нужным для лечения. Мёртвое тело молодой человеческой женщины. Я поместил в карту труп. Не знаю нормально ли это для Жатвы, да и плевать мне. Главное, что Ольги больше нет. Лучше бы я все еще лежал с простреленной башкой и это был бы бред вызванный поражением мозга. Можно было разозлиться и начать всех обвинять, но на это не было сил. Даже на обвинения для Блохина не было сил. Ведь если разобраться, то его сомнения становились понятны. По факту очищая карту я совершил убийство разумного. Для агента моя супруга столь же чужая, как и пришелец. Да она человек и союзник. Но Гнеш тоже был союзником и носителем большого объема ценной информации. Если думать головой, а не сердцем, то спасать нужно было инопланетянина.
 
— Что-то не так? — Светлана по моему окаменевшему лицу поняла, что что-то определённо не в порядке. 
Я не ответил. Упал на спину глядя в небо. Глаза были сухими, а разум холоден. Это не может быть концом. Должно быть что-то. Обязательно найдётся умение способное воскресить мертвеца. Возможно, только нужно будет больше усилий. Больше опыта или специальное умение. Может быть, невозможно вернуть жизнь в разложившийся старый труп, но у меня свежее тело, помещенное в карту. Это само по себе очень жирный намек, на подобную возможность. Не может же Жатва меня просто троллить таким образом? Тем более есть множество примеров возвращения людей к жизни после клинической смерти. Можно даже просто найти лечение (у ментов на базе точно были лекари), превратить карту в Ольгу и попробовать вылечить. Никакое воскрешение может и не понадобиться.
— Там чужой! — закричал Константин, отвлекая меня от мыслей.
— Не стрелять! — завопил я, садясь, и готовый броситься на шпиона, чтобы тот не выстрелил из своего чудо-юдо револьвера.
Блохин хоть и знал о том, что у меня есть такой пет, но в живую его еще не видел. Он же, скорее всего, не понимал, что злобная космическая тварь несется не убить нас всех, а встать на мою защиту. Так погрузился в свои мысли, что не отвечал на запросы обеспокоенного Алика, и он накрутил себя до предела. Мог бы и порвать ФСБшника если бы тот его не разорвал каким-нибудь спец выстрелом из Ворчуна. 
— Это твой зверь? — спросил Константин, но оружие пока не убрал.
— Мой, но теперь скажите мне, почему опыта не хватило на нас двоих? — я решил, что самое время спросить.
— Ольга подняла несколько уровней, пока собирала опыт. Не выходило взять сколько нужно. Вообще она влила в тебя несколько тысяч. У тебя в голове была дыра такая, что черенок от лопаты можно было засунуть. Скажи, наконец, что с ней, — говорившая Светлана оказалась готова разрыдаться.
— Все хреново, — ответил я и пояснил в чем конкретно дело.
Лучница сначала поникла, но потом как я объяснил, на что надеюсь, воспряла духом. Константин же слушая наш разговор, продолжил реабилитироваться и, выйдя на связь с Кремлем уточнил, есть ли в группе, что уже неслась к нам на всех парах, лекарь. Ему сказали, что одного лекаря выделили, поскольку Блохин упоминал о раненых, когда вызывал подмогу. На текущий момент нас всех это устроило.
Пришлось собраться, чтобы не думать о том получится или нет, у кремлевского лекаря вылечить Ольгу, а заняться делом. В первую очередь привел себя в порядок. Убрал с головы кровь и остатки собственного черепа с мозгом, подтянул и затянул в поясе штаны. Боевую форму я из-за отсутствия опыта пока применить не мог, так что пришлось делать так. Превратил в карту и убрал болтающееся без биоброни как карандаш на стакане запястное лезвие хищника. Посмотрел, что стало с принявшим на себя несколько выстрелов бронежилетом, и подтянул его. 
Подтвердилось, что первое попадание земная защита усиленная пластинами Жатвы отлично пережил. Пуля повредила только внешнюю сторону кармашка. Карта, находившаяся в нем, даже не поцарапалась. Пуля сплющилась и оказалась неопознаваема. Попадание в грудь закончилось точно так же, только пуля куда-то отрикошетила и разорвала кармашек посильнее. Вот попадание в живот пробило и карту, и пластину, и Боевую форму. Это было определенно какое-то очень эффективное спец умение. Поврежденный бронежилет выкидывать не стал. Лучше такой, чем никакого.