Снежный пепел (СИ)

— Не буду!
— Не забудь, то, что обещал. А то я приду.
Аленка отпускает Слепнева, и тот сбегает так быстро, расталкивая толпу, а сама, складывает странную штуку и засовывает ее в карман джинсов. Я стою как истукан, все еще под впечатлением. Гордость заполняет грудь, моя девчонка себя в обиду не даст, теперь точно знаю и спокоен. Думаешь, она такая хрупкая и ранимая, а она вон запросто справляется с такими крупными индивидуумами.
Она подходит ко мне, устало откидывает назад пряди растрепавшихся волос и смотрит вверх, прямо в мои глаза.
— Можно один вопрос? — тихо говорит она. Я киваю. — Ты женишься через неделю?
— Нет. Всё, что тебе сказала моя мать, ложь. Я почти два года думал только о тебе.
Притягиваю Аленку к себе, двигаясь с ней под медленную музыку. Она прильнула к моей груди, изо всех сил стискивая ребра.
— Поехали домой, — кричу, перекрикивая громкую музыку.
Глажу шелковые волосы, любуясь любимыми синими глазами, в которых вспыхивают разноцветные огоньки. Она кивает с улыбкой, берет мою руку, и мы протискиваемся сквозь танцующую толпу, попутно прихватывая с собой Катю.
— Мы домой, а ты? — Алена натягивает кофту и куртку, благодарит бармена, что приглядел за вещами.
— Я потанцую еще, раз приехала. Рада, что все разрешилось, — обнимает подруга, что-то шепча на ухо моей синеглазке. Та смеется и смотрит на меня, лаская взглядом будто. — Ты завтра к деду поедешь?
— Теперь не знаю, посмотрим.
— Мы вместе поедем, у меня тоже выходные, — вклиниваюсь в разговор, давая понять, что не отпущу ее одну в деревню. Алена прижимается ко мне, будто и не было обид, обхватывает за пояс одной рукой, другой подхватывает сумочку со стойки.
Когда проходим мимо охраны, я вижу одобрительные взгляды, которые кидают парни на девушку. Они тоже ничего сделать не успели, стояли и наблюдали, как одна пигалица наводит справедливость.
— Здорово ты Слепня приложила, — хвалю ее, когда уже едем по городу. — Где так научилась?
— На «скорой». Иной раз приедешь к буйному или алкашу, а он не подпускает никого. Приходилось применять приемчики. Я на вольную борьбу стала ходить после того, как однажды мне фингал на пол-лица один неадекватный пациент поставил, — слышу ее смех, но мне вот невесело, досталось девчонке.
— А чем ты Слепня? Скальпель?
— Ручка! — вытаскивает из кармана небольшой цилиндр под металл, выдвигает часть, я вижу, что и правда ручка. — Привыкла таскать с собой, мало ли где чего выписать или записать нужно будет.
— Или трахео… как там… сделать. Напугала ты придурка. Как ты могла дать себя напоить? — все-таки выговариваю.
— Сама не знаю, — вздыхает Алена, отворачиваясь. Ей неловко, подлец смог провести. — Сначала глаза его синие привлекли…
— Линзы.
— Да, я поняла. Но я такая расстроенная была. Тебя нелегко терять, знаешь ли. Я так и не смогла смириться за месяц, что ты женишься на другой. А тут ты явился… такой родной…
— Если я и женюсь, то только на тебе. Пойдешь за меня? — вылетает вопрос. Идиот, кто же так предложение делает! Язык мой, враг.
— Пойду, — хитро прищуривается синеглазка. — Если бы ты не предложил сам, то я бы тебе трахеотомию сделала.
Мне приходится остановить машину, потому что представил ее металлическую ручку у своего горла и Алену, вынуждающую согласиться жениться на ней. Сложился пополам от хохота. До слез.
— Куда едем? В морг или домой? — меня снова пробивает на смех, ну надо же — в морг! Странно звучит, ей богу.
— Домой. В морг мы еще успеем…
  
Глава 35
 
Алёна
Вот позорище! Подралась с парнем, не понравилось, как меня назвал. Да и вообще прилип, как банный лист. Не люблю, когда меня трогают чужие руки, если это не руки моего Саши. Именно моего!
Мне было жарко и невыносимо тянуло танцевать. Я даже была почти счастлива, приняв решение, успокоилась.
Я весь день думала о нем, размышляла, и пришла к выводу, что он бы не поступил со мной так, как сказала его мать. Он бы не позвал жить с ним в его квартире, не стал бы возиться со мной. Так ласково смотреть не стал бы… Пью коктейль, который предложил незнакомец с синими глазами и решаю — поеду к Саше. У меня к нему всего один вопрос — его ли свадьба через неделю. Если ответ отрицательным будет, то его мать все наврала. А если он начнет мяться или увиливать, тогда я просто уйду. Навсегда.
 
Но ехать не пришлось, он сам меня нашел, и я получила от него ответ. Не он жених! Сейчас мы поднимаемся с ним по лестнице, держась за руки, а мне хочется его остановить и рассказать, как скучала, пересыпая слова поцелуями. Но мы уже на месте, у его двери, из-за которой доносится визг Ромки, поэтому поцелуи оставляю на потом. Я и по милому Ромео соскучилась, по моему маленькому солнышку!
— Алёнка, я не верю, что ты со мной, — притягивает Саша меня к себе, втыкая ключ в замочную скважину.
Он нежно целует мое лицо, бросая возиться с дверью, за которой уже вовсю визжит пес. Но нам невтерпеж поздороваться друг с другом, наконец, по-настоящему. У меня дрожат пальцы, когда касаюсь любимого лица, прижимаюсь губами к шраму над бровью, я даже по нему истосковалась.
— Я больше не отпущу тебя, — шепчет Саша и я киваю, — завтра вещи твои перевезем ко мне, а потом распишемся.
Не верю ушам, все так быстро изменилось в моей жизни. Собачий визг перешел в лай с подвыванием, Ромке не терпелось тоже поздороваться со мной.
— Открывай уже, пока всех соседей не перебудили, — смеюсь, заглядывая в искристые серо-голубые глаза.
Пес едва не сбивает меня с ног, подскакивает так высоко, что чуть не достает мокрым носом до моего лица. Саша ругает его, ждет, пока мы наобнимаемся, потом ведет меня в кухню.
— Голодна? — спрашивает он, распахивая холодильник. А я даже не знаю, голодна или нет, эмоции от встречи перебивают все остальное.
— Голодна, — обнимаю парня со спины, он застывает, а потом поворачивается, прижимая меня к груди. — Только это другое… Давай всё потом, а?
— Ты уверена? — хрипловатый голос выдает возбуждение, смотрю на его кадык, который судорожно дергается.
Поднимаюсь на цыпочки и прижимаюсь губами к шее любимого мужчины, чувствуя, как он крепче стискивает мою талию. У Саши вырывается рык из горла, он подхватывает меня на руки и несет в спальню. Облегчение и радость обволакивают мое сознание. Все, что я хочу сейчас, это его ласки.
Он целует меня, торопясь расстегивая мою одежду, а я стягиваю его футболку, лаская пальцами обнажившийся торс. Мы полуобнажены, когда посторонний звук привлекает мое внимание, поворачиваю голову на него и зажмуриваюсь.
— Стой! Я так не могу… — упираюсь Саше в грудь ладонью.
— Что? Почему? — он ничего не слышит и не понимает. Киваю в сторону двери, там на пороге сидит Ромео и внимательно наблюдает за нашими действиями. — Он смотрит… мешает.
Саша смеется, оставляя меня на кровати, берет пса за ошейник и выставляет его за дверь, пригрозив пальцем.
— Не мешайся. Разрешаю сгрызть диван, только тихо, — он закрывает дверь плотнее и в один прыжок преодолевает расстояние до кровати.
Расстегивает ремень на джинсах, не сводя с меня горящего взгляда. Я тяну руки, хочу помочь, чтобы быстрее вернул мне тепло своего тела. Он очень красивый, любуюсь парнем. Я много тел перевидала, но Саша совершенен на мой взгляд. Да, у него нет четких кубиков пресса, и канатов мышц, но мне это вовсе не важно.
— Телефон, Алёна, — говорит почему-то Саша, я не сразу понимаю, при чем здесь телефон. — Твой телефон звонит, где-то.
 
Я знаю где. В заднем кармане джинсов, которые все еще на мне. Предчувствие липкой смолой разливается в душе. В такое время может только врач мамы звонить. Больше некому. Приподнимаю зад и вытаскиваю мобильник. Так и есть. Не хочу отвечать, это снова мама учудила что-то, не иначе. Она будто чувствует, когда может подпортить мне важное дело. Отталкиваю мобильник подальше от себя, он сразу замолкает. Тяну Сашу к себе, когда снова начинает трезвонить аппарат.