Снежный пепел (СИ)

— Девушка, ваш заказ! — слышу за спиной, разворачиваюсь и беру высокий бокал с трубочкой и зонтиком, на засахаренном краю алеет ягода клубники, манит своим особым ароматом.
Отпиваю вкусный нектар и блаженно вздыхаю. Я в непривычной обстановке, и мне все нравится. Музыка заставляет двигаться, соблазняет отправиться на танцпол, размяться немного. Множество огней в сочетании с полумраком придают особые условия, при которых все негативные мысли вылетают из головы.
— Скучаешь? — вкрадчиво-меланхоличный голос заставляет вздрогнуть, поворачиваю голову, чтобы посмотреть на его обладателя и сталкиваюсь с ярко-синим взглядом.
Хм, я никогда еще не встречала человека с цветом глаз, как у меня. Блондин с синими глазами приятно улыбался мне, разглядывая мое лицо.
— Ого! Какие глаза, — удивленно восклицает.
— Ага, у тебя тоже ого, — смеюсь в ответ.
Так странно, я так легко еще ни с кем из парней не общалась. Только с Сашей. Но о нем не будем.
— Кирилл, — протягивает мне руку парень, — а тебя как зовут, синеглазка?
— Я Алёна, — не беру его руку, делаю вид, что не замечаю. Допиваю коктейль и ставлю пустой бокал на стойку.
— Повторить заказ? Или другой коктейль вам сделать? — бармен тут как тут. Я мотаю головой, упиться чтоль? Да и цены здесь, наверное, заоблачные.
— Я уже ухожу.
— Так рано? Давайте еще по коктейлю? И потанцуем? — суетится Кирилл, делая бармену знак за моей спиной. — Ник, сделай синеглазке «Крылья Ангела» за мой счет.
— Я с алкоголем не пью, — предупреждаю, а самой сбежать охота от такой учтивости.
— Конечно безалкогольный, иначе и быть не может. Учишься или работаешь?
— Работаю.
— А кем, если не секрет?
— Инструктор в фитнес-центре.
— Я восхищен! Такая девушка, инструктор! А адрес подскажешь? Запишусь к тебе.
— Я в отпуске. И вообще… мне пора.
Липкий тип, в голове генерируется чувство опасности.
— Ваш коктейль, — подвигает бармен бокал ко мне, — попробуйте, не пожалеете. Девушкам он нравится.
— Что там? — показываю на низкий широкий бокал, из которого лезет белоснежная пена.
— Там сливки, шоколад, кофе немного… а, вишня еще.
Пробую осторожно. Так вкусно, что решаю допить, потом уйти. Угощают же.
В грохоте музыки не сразу понимаю, что в кармане звонит мобильник, хорошо, что еще вибрирует. Катюха! Кстати, и мобильник ее, дала погонять свой старый, я пока себе не купила, взамен оставленного в той квартире.
— Ты где? — орет подруга в динамике, будто волнуется.
— Я в клубе. Тут классно.
— В каком?
Я сообщаю название, рассказывая про обстановку, про музыку и приветливого бармена, про напитки, которые успела попробовать.
— Что? «Крылья Ангела»? Ты много его выпила? — теперь точно волнуется подруга, а я смеюсь, так весело становится от ее тревоги. Да что мне сделается от безалкогольного коктейля?
— Од…дин, — почему-то заикаюсь я.
— Не пей его больше, уходи оттуда!
— Лучше ты приезжай, я тебя подожду… Здесь такие мальчики красивые, — несу чушь, на меня это совсем непохоже. — Я хочу танцевать, Катюха!
Мне жарко, снимаю джинсовую куртку и толстовку, и беру полный бокал с пенной шапкой. Как полный? Я же вроде допила, только глоток оставался. Смотрю на Кирилла, он салютует мне стаканом с янтарной жидкостью, улыбаясь.
— Допивай, потом потанцуем, — так ласково говорит он, кивая на танцпол, где двигаются фигуры.
Да, я хочу танцевать! Всю ночь!
  
Глава 33
 
Сашка
Увидел утром мою синеглазку и чуть с ума от счастья не сошел. Да, поговорить не удалось, убежала в истерике, потом подруга ее уговорила меня подождать до вечера. Сказала, что Алёнка ждала меня весь месяц напряженно, ей пока хватит переварить, что я появился. А еще рассказала все, что знает о стычке любимой с моей матерью.
Мать выставила Алёну из моей квартиры, наплела ей, что я женюсь через несколько дней, что знаю про ее диагноз и чувствую себя обязанным помочь ей, за то, что она спасла меня тогда. Ну теперь хоть понятно, о чем синеглазка говорила. Представляю, какая каша у нее в голове теперь. Ну мамаша, получит у меня сейчас!
 
Таким злым я никогда не был еще!
— И верни Алёне телефон, она его в твоей квартире забыла, а там нужные контакты, — бросает напоследок Катя и скрывается в тренерской, откуда доносятся приглушенные рыдания.
Я стою у двери, хочу зайти и успокоить малышку, но сдерживаюсь, рискованно, можем поссориться еще больше. Лучше вечером приду, когда буря стихнет. А пока разберусь с матерью, и телефон найду. Ясно, кто мне смс-ку прислал, прощальную.
В квартире нет мобильника Алёны, мать забрала, наверное. Еду к ней в клинику, жду у дверей кабинета, пока выйдет пациентка. Вот за что мне такое?
— Ты чего наплела Аленке? Ты зачем в мою жизнь лезешь?! — ору, нависая над столом доктора, едва только добираюсь до той, которая возомнила себя всемогущей. — Какая нахрен свадьба? И какой, типа, долг у меня перед ней?
— Привет сынок, — прохладно здоровается женщина, которая считается моей матерью. Именно считается. — Что эта маленькая… что она придумала?
— Придумала ты, но вот зачем? Я люблю эту девушку, и не дам ее тебе обижать, это был первый и последний раз. Ключи верни. И Аленкин мобильник тоже. И даже не отпирайся, знаю, что он у тебя, — предупреждаю сразу, как только вижу, что мать хочет сказать что-то.
Она открывает ящик в столе, выкладывает из него телефон и ключи от моей квартиры. Делает обидчивый вид, поджимая губы и сводя нарисованные брови.
— Теперь говори, за что ты так взъелась на мою девушку?
— Твою девушку? Она нищая, вообще не нашего круга, деревенщина неотесанная! — мать заводится, значит сейчас в гневе выпалит всю правду. — И детей тебе не родит, да и наследственность… она бракованная!
— Ну, в таком случае и ты бракованная, — присаживаюсь на стул, чтобы быть на одном уровне с женщиной. — Ты же не родила моему отцу детей. Я знаю, что ты мне не родная. Да это и чувствовалось. Ты все мое детство и юность была далека, все время на работе, а я с бабкой и нянькой вырос. Ни поцелуя перед сном, ни улыбки. И вот теперь ты почувствовала себя моей матерью и решила влезть туда, куда тебя не просили?
— Ты… откуда ты знаешь? — такой растерянной я еще мать не видел, даже слезы заблестели в шоколадно-ледяных глазах.
— Уши есть. Ты выговаривала отцу за связь с моей родной матерью. Спустя двадцать лет, после ее смерти ты все еще пилила его и тыкала, что воспитала чужого ребенка, как своего. Чужого! Я не стал тебе родным.
— Это было восемь лет назад… и ты молчал? Почему не сказал, что знаешь?
— Не хотел отца расстраивать. Да и меня все устраивало. У нас была семья, как-никак. И вот теперь заруби себе на носу — еще раз ты влезешь в нашу с Алёной жизнь, я тебе устрою. Ты даже как мать не имеешь права совать нос в мои дела.
— Можно? — заглядывает в кабинет очередная пациентка, и я сразу ухожу. Мать сидит на стуле как статуя, наверное, переосмысливает свою жизнь.
А я ворчу про себя, спускаясь по лестнице. Надо же, назвать Алёну бракованной, когда сама бесплодна. У моей девочки хоть шанс есть стать матерью. Вижу регистратуру, и у меня мысль возникает. Заберу карту Алены и отвезу ее к другому доктору, хорошему.
— Девушка, — обращаюсь к регистраторше, — можно забрать карту моей невесты?
— Нам не положено… но вы же сын Галины Сергеевны? — вглядывается она в мое лицо. Я киваю. — Ладно, отдам.
Я не откладываю дело в долгий ящик, до вечера куча времени, дам малышке доработать день. Звоню Шуркиной Танюхе, она беременна, и по-любому есть хороший врач на примете. Получаю адрес и сразу еду.
 
— Здравствуйте, — приветствую врача, оглядываю кабинет. Да, в плохую клинику шеф свою женщину не отдаст, все стильно и дорого, хоть ремонт, хоть мебель. — У меня к вам дело. Вот карта девушки, моей невесты, я бы хотел знать, что нас ждет, в плане материнства. Понимаете, у нее диагноз неутешительный, ставила моя мать, Галина Сергеевна Колокольникова, она утверждает, что Алена не сможет родить. Но я ей не верю. У матери неприязненные отношения с моей невестой.