Королева (СИ)

Банши вцепилась в мои волосы костлявыми пальцами и яростно дёрнула мою голову назад. Глаза защипало от слёз, когда я попыталась вырваться из её хватки и почувствовала, как рассыпался мой хвост. Проигнорировав боль, я потянулась за кандалами и подхватила их.
Меня поразила волна холодной тошноты, и я покачнулась, вдруг не в силах выдержать свой вес. Я упала на четвереньки, хватая ртом воздух в попытках не потерять сознание.
— Джесси!
Крик Трея проник сквозь гул, стоявший в моих ушах. Я подняла голову и увидела, что он таращится на меня, одновременно борясь с банши. Я попыталась оттолкнуться от пола, но казалось, будто меня притягивал мощный магнит.
И только когда я заметила пряди рыжих волос в кулаке банши, я поняла, что со мной не так. Когда она схватила меня за волосы, она вырвала вместе с ними камень богини, прямо как у меня было с келпи.
Ужасающая мысль пришла в голову. Камень богини был единственным, что защищало меня от железа этого мира. Что если камень теперь перейдёт к ней? Я не знала, как долго смогу продержаться без него.
Страх двигал мной, и я проползла несколько метров к Трею и банши. Пришлось приложить нереальное усилие, чтобы поднять руку и схватить кулак банши, но как только произошёл контакт с её рукой, в меня хлынула энергия, подобно тому, как дождевая вода пропитывает землю. Я заставила её разжать пальцы кулака, и увидела на её ладони камень, точно такого же рыжего оттенка, как и мои волосы. Я прикоснулась к камню, и он исчез. Сила наполнила моё тело, дав понять, что камень вернулся и занял своё место в моих волосах.
— Кандалы, — заорал Трей.
Я схватила кандалы с пола и быстро защёлкнула их на запястьях банши. Её сопротивление прекратилось, и она обмякла в руках Трея. Я скинула с плеч рюкзак и нашла намордник, который впихнула туда ранее. Трей убрал руку со рта банши, и я нацепила намордник, проигнорировав брошенный ею на меня ненавидящий взгляд. Она, может, и была пугающей, когда я впервые увидела её, но теперь она не представляла ни для кого опасности.
Сев на пол, я повела челюстью и поняла, что мои уши до сих пор болят от её завываний. Я пальцами прикоснулась к холодной голове молотка и резко одернула руку, словно металл обжёг меня. Меня бросило в озноб, и я попыталась не думать, каково было носить кандалы для банши.
Я встала.
— Последи за ней. Я проверю парней.
Трей схватил меня за руку раньше, чем я смогла уйти. Я встретилась взглядом с его глазами, которые были круглыми от потрясения.
— Ты… Ты фейри, — прошептал он. — Но как?
— Не дури, Трей.
Я выдернула руку из его хватки.
Он нахмурился.
— Я знаю, что не столь умён как ты, но я не идиот. Я видел, что с тобой только что произошло, и банши не влияла на тебя вовсе, когда ты смотрела на неё.
Я покачала головой, настроившись отрицать это, но посмотрев на его выражение лица, я поняла, что это не сработает. Любое объяснение, какое бы я ни придумала, будет звучать нелепо после того, что он увидел.
— Ты никому не можешь рассказать об этом, — сказала я.
Его глаза стали ещё шире.
— Ты, правда, фейри? Когда? Как? — он побледнел, когда сложил дважды два. — Тебя застрелили. Ох, Джесси…
Один из близнецов застонал где-то слева от нас.
— Да, — я зашипела на Трея. — Мы можем поговорить об этом где-то в другом месте?
Вид у него был скептический.
— Ты не сможешь сохранить это в тайне.
— Я хочу сохранить это в тайне как можно дольше. А ты никому не скажешь, даже своему отцу.
— Но…
Я наклонилась к нему и прошептала:
— Если хоть словом обмолвишься, я расскажу всей «Плазе» о том моменте, когда ты испугался клоуна на вечеринке у соседа в Хэллоуин и описался.
Он в ужасе уставился на меня.
— Я бы маленьким ребёнком, а он был наряжен как Пеннивайз.
— Тебе было четырнадцать, — я одарила его дьявольской улыбкой. — У меня даже есть фотографии.
Я оставила его возмущаться в одиночестве и пошла проверить Адриана и Арона. Тот случай с клоуном был самым постыдным секретом Трея, и так уж вышло, что я оказалась в нужное время в нужном месте, чтобы стать свидетелем этому. Я не соврала насчёт фотографий, но я никогда не унижу его подобным образом. Хотя он этого не знал.
 
Адриан был без сознания, а Арон только начал приходить в себя, когда я нашла их. Ушло полчаса, прежде чем они оба смогли стоять на ногах. Я предложила им поехать в больницу, но они и слышать не хотели. Никто из них не обрадовался, увидев связанную банши и самодовольный вид Трея. Мы все получим гонорар за поимку банши, но эта миссия ещё долго будет для них иметь горький привкус.
Мы собрали своё снаряжение и направились к лифту. Арон и Адриан вели банши. Это была их работа, так что у них было полное право выводить её из здания. Трей мямлил что-то себе под нос, пока я не бросила на него предостерегающий взгляд.
Пешеходы пялились на нас и обходили стороной. Охотники были делом привычным, но не каждый день увидишь настоящую живую банши.
— Наш фургон за углом, — сказал Арон. — Вы не хотите поехать с нами в «Плазу»?
— Нет, только если вам не нужна подмога, — ответила я за нас двоих: Трея и себя.
Адриан покачал головой.
— Мы справимся с ней. Мы оставим твои кандалы и намордник, как и чек с гонораром, у Силаса.
— Отлично.
Мы попрощались, и они захромали, потащив за собой банши. У Арона был такой вид, словно он провел несколько раундов с профессиональным боксёром. У Адриана дела обстояли ничуть не лучше, чем у брата. У Трея сиял фингал под глазом, но получил он его от меня, а не от банши. Он отделался меньшим, если сравнивать с нами. У меня не было синяков на лице, но рёбра болели так, словно по ним прошёлся келпи. Скоро я узнаю, исцеляются ли фейри столь быстро, как об этом говорят.
— Эй, смотри, это не один из тех фейри, что были у тебя в канун Рождества? — спросил Трей.
Мой желудок слегка встрепенулся, когда я проследила за его взглядом на другую сторону улицы, где у ресторана стояла одинокая фигура. Я выдохнула, увидев, что это был Фаолин, а не Лукас.
Фаолин медленно повернул голову, словно осматривал своё окружение. Наши взгляды встретились, и он нахмурился. Я не могла сказать, было ли это от недовольства или удивления.
Я дерзко ухмыльнулась ему и помахала, зная наверняка, что это выведет его из себя. Я была вознаграждена свирепым взглядом. Но перед ним остановилась большая чёрная машина. Он не стал садиться, и я слишком поздно осознала, что он кого-то ждал.
Дверь открылась, и из машины вышла пара. Мужчина был красивым, где-то около тридцати лет, и он показался мне немного знакомым. Наверное, знаменитость? Его компаньонка была блондинкой, красивой и фейри.
Позади них появился ещё один пассажир, и у меня стянуло все внутренности от вида Лукаса. Женщина-фейри повернулась и что-то ему сказала, и он рассмеялся.
На следующий день после визита Фаолина я собралась с духом и позвонила Лукасу, решив поблагодарить его за то, что он сделал для меня. Я попала на голосовую почту, и поэтому оставила ему короткое сбивчивое сообщение, на которое он так и не ответил. Я постоянно твердила себе, что не видела и не слышала его уже две недели из-за его занятости, что он занимался решением проблем с барьером. Видимо, я глубоко заблуждалась.
Фаолин наклонился и что-то сказал Лукасу. Секундой позже Лукас резко повернул голову в мою сторону, и наши взгляды встретились. Его улыбка тут же испарилась, но это не притормозило моё колотящееся сердце, как и физическую тягу к нему. Казалось, прошло уже много месяцев, а не недель с последнего раза, как я видела его, и я была рада, что интенсивное дорожное движение не дало мне поддаться страстному желанию пойти к нему.
Женщина-фейри что-то сказала ему, и когда он не ответил, она проследила за его взглядом. Она явно не обрадовалась, что кто-то другой украл его внимание, и я могла ощутить направленную на меня неприязнь. Если бы не улица между нами, её злобный взгляд мог бы испепелить меня.