Королева (СИ)

Аедна, пожалуйста, я беззвучно закричала, потому что мои обугленные губы больше не могли произносить слова.
Её прохладная рука коснулась моего лба, и огонь ослаб, как и в прошлый раз. Боль всё ещё ощущалась, но была сносной, и я могла набрать воздух в легкие.
Так же внезапно, как и начался, огонь исчез. Я висела на кандалах, упираясь подбородком в грудь, и слёзы текли по моим щекам. Руки болели от напряжения, но я не могла собраться с силами, чтобы встать во весь рост и снять с них тяжесть своего веса.
Рука обхватила мой подбородок и подняла мою голову. Я открыла глаза и встретилась с холодным взглядом королевы. Она выглядела в равной степени сердитой и любопытной, изучая моё лицо, прежде чем позволила моей голове упасть вперёд.
— Увлекательно. Это действительно впечатляет, — она постукивала ногой по полу. — Я должна сказать тебе, что с каждым разом будет становиться только хуже. Ты можешь сейчас ответить на мой вопрос и спасти себя от боли. В конце концов, ты сломаешься, и я получу то, что хочу. Я всегда получаю.
В этот момент я поняла, что не выберусь отсюда живой. Даже если я дам ей то, что она хочет, она не отпустит меня после похищения и пыток. Хуже того, она может понять, как использовать меня и камень богини против людей, которых я люблю. Я не знала, какая у неё конечная цель, но я умру раньше, чем дам ей такую власть.
Потребовалось нечеловеческое усилие, чтобы поднять голову, и несколько попыток, прежде чем я смогла произнести:
— Ты не сможешь сломать меня.
Я получила небольшое удовлетворение, наблюдая, как самообладание Королевы Анвин пошатнулось, прежде чем она улыбнулась и сказала:
— Давай попробуем снова.
Затем я не ведала ничего, кроме боли.
* * *
Меня разбудил озноб. Я открыла воспалённые сухие глаза и уставилась в темноту, осторожно выпрямляя своё окоченевшее тело. Я спала в позе эмбриона на холодном полу. Болело всё, даже ресницы, а моё горло было таким саднящим и пересохшим, что я едва могла глотать.
Я застонала, когда наконец-то смогла перекатиться на спину. Ловя ртом воздух, я немного отдохнула, оценивания состояние своего тела. Одежда была пропитана потом, от чего она липла к телу, а в воздухе витал едкий запах мочи. Я скривила лицо, осознав, что обмочилась, и до сих пор была в перепачканных брюках.
Мои зубы стучали. В комнате было так холодно, что я могла бы увидеть пары своего дыхания, если бы тут был свет. Я заставила себя встать на четвереньки и поползла по комнате в поисках паллеты, на которой проснулась ранее. Мои пальцы задели грубую ткань, и я рухнула на убогий паллет. Тут не было защиты от холодного ветра, проникающего сквозь окна, но, по крайней мере, паллет создавал барьер между мной и ледяным полом.
Я свернулась в клубок и стала отвлекать себя мыслями о Лукасе. Я знала, что он ищет меня, но знал ли он где смотреть? Поверит ли он в ложь, что я сбежала, или он поймёт, что за моим исчезновением стоят Благие? И даже если он действительно подозревает Благих, что он сможет с этим поделать, не имея доказательств их причастности? Разве кража ки'тейна не сошла им с рук по той же причине?
Мои мысли переключились на менее приятные, и я непроизвольно всхлипнула от воспоминаний, которые преследовали меня. Я понятия не имела как долго Королева Анвин и её мужчины использовали даннакин на мне, и только прохладная рука Аедны не дала мне сойти с ума от боли. Вот чего я не понимала, так это почему Аедна позволила этому случиться со мной, ведь достаточно всего одного её появления и всё это было бы прекращено. Было ли это некого рода испытание, чтобы понять, смогут ли они сломать меня?
Они не смогли. Я никогда не забуду яростный вид королевы, когда она поняла, что никакое количество боли не заставит меня выдать секреты. Она орала на меня, слюна летела из её рта, когда она злопыхала и угрожала уничтожить всё, что было дорого мне. Даже два её стража таращились на неё, словно она сошла с ума.
 
Несмотря на дискомфорт, я снова уснула. Когда спустя некоторое время я открыла глаза, тонкая линия неба виднелась через окна. Я была там, где была, несчастная и замёрзшая, а день просыпался, и утренний свет начал медленно заполнять комнату.
Только когда я услышала скрип двери, я перевернулась, чтобы посмотреть, кто вошел в мою тюрьму. Я ожидала увидеть королеву и её охранников, но это была темноволосая женщина в простом платье, похожем на те, что носили эльфийки в Неблагом Дворе. Увидев, что я смотрю на неё, она резко обернулась, отчего сопровождавший её стражник врезался ей в спину.
— Я принесла тебе свежую одежду, — в руках она держала сверток.
— Спасибо, — я захрипела и тут же закашлялась.
Было ощущение, что я полоскала горло битым стеклом.
Она положила сверток на пол и скрылась без лишних слов. Стражник последовал за ней, и с громким щелчком дверь закрылась.
Я выдохнула, благодарная за то, что они оставили меня переодеваться без зрителей. Встав, я пошла за одеждой. Моё тело всё ещё болело, но я смогла раздеться без особого труда. Я скорчила гримасу, отбрасывая от себя влажные штаны, и вздохнула, надевая чистую, сухую одежду. Воздух в комнате был теплее, и это было небольшое облегчение — наконец-то перестать дрожать.
Дверь снова открылась, и я не могла не отпрянуть, когда вошел Бохан, неся пару кандалов. Королева Анвин с удовольствием рассказывала мне, как хорошо её глава службы безопасности умеет заставлять людей говорить, и как жаль, что ему пришлось остаться в Неблагом Дворе, чтобы поддерживать легенду.
— Протяни руки и не пытайся ничего сделать, — приказал он.
Что, по его мнению, я собиралась сделать? У меня не было оружия, а сил едва хватало, чтобы стоять не качаясь.
Я сделала, как он сказал, и он сковал мои руки передо мной. Взяв мою руку в свою сильную хватку, он вывел меня из комнаты и повел вниз по винтовой лестнице башни. Мы вышли из башни и прошли по лабиринту коридоров, которые показались мне одинаковыми. В каждом из них был белый пол, похожий на мрамор, белые стены и деревянные двери. Изредка мы проходили мимо маленького столика, на котором стояла ваза с белыми цветами. Единственным цветом были отблески неба и деревьев в окнах, мимо которых мы проходили.
Мы остановились у двойных дверей со стражником с каждой стороны. Бохан не удостоил стражников взглядом, открыв одну из дверей и толкнув меня внутрь. Это была большая гостиная, выполненная в основном в белых тонах с некоторыми вкраплениями цвета в гобеленах на стенах и коврах на полу. Большие окна открывали панорамный вид на реку и округу.
В комнате ощущала женственность, и мне не пришлось долго ждать, чтобы узнать, кто её владелец. Дверь открылась, и вошла Королева Анвин в длинном синем платье, шлейф которого тянулся по полу, и маленькой диадеме, украшенной драгоценными камнями, которая ловила свет, когда она двигалась. В отличие от меня, она выглядела отдохнувшей и свежей, а её лицо практически светилось здоровьем и красотой.
Она увидела меня и улыбнулась, как будто не провела вчера часы, пытая меня.
— Джесси, ты просто чудо. Любой другой после такого допроса превратился бы в безмозглый мешок, но ты всё ещё здесь.
Я не ответила. Если это тревожило её, она это не показала. Она откинулась на шезлонге и обратилась к Бохану, который толкнул меня вперёд и заставил опуститься в кресло напротив неё.
— Бохан привёз мне новости о том, что Король Озерон верит, что ты спряталась где-то в человеческом мире. Принц Ваэрик и его стража отправляются сегодня туда на твои поиски, — Королева Анвин сделала паузу, чтобы дать усвоить эту новость. — Никто не придёт спасти тебя. Чем скорее ты примешь это, тем скорее мы сможем перейти к более важным вещам.
Я сложила дрожащие руки на коленях.
— Например, к тому, как тебе снова украсть ки’тейн?
Во время моей пыточной сессии она сказала достаточно, чтобы стало понятно, для чего я здесь. Если я должна была подвергнуться ещё одному такому испытанию, я была полна решимости получить ответы на вопросы, которые мучили меня в течение нескольких месяцев. Каждый в мире фейри знал или к настоящему моменту подозревал, что она стояла за кражей, но ни у кого не было улик против нее.