Серые Ангелы (СИ)
— А что на меня смотрите? Я подготовку в Европе именно для таких вещей и делал! Надо сделать чернейшую прессу в Европе по поводу происходящего в Ирландии по вине англичан? Да не проблема! — тут же подхватил тему Григорий. — Можно ещё используя вечную ненависть французов к англичанам поднять тему галльско-кельтского родства, в свете террора, проводимого в Ирландии уже который век.
— А… эти… В САСШ… — попытался что-то быстро сформулировать Василий, весьма так кстати вспомнив некоторые детали, из очень хорошего фильма «Святые из Бундока». Но Григорий его понял и без особых подсказок. Благо перед отъездом на Англо-бурскую войну как раз занимался созданием медиа-империи и распространению диких слухов по миру. Так что некоторые особенности этнических диаспор САСШ уже успел узнать.
— Распалить истерию с прицелом на ирландскую диаспору! Это очевидно!
— Таким образом, — заключила Натин, — в случае Ирландии у Британии образуется вилка: либо она получает враждебное государство прямо под боком, либо чернейшую прессу по всей Европе и САСШ, что также очень скверно отразится на их торговле и финансах. Кстати, уже запущенная вам подконтрольными журналистами тема по приписыванию успехов буров превосходству современного германского оружия над безнадежно отсталым английским, сработала. Германцы её с радостью подхватили. Но также хорошо эту тему распространить в САСШ, Голландии и Бельгии.
— А в Бельгии что, разве ещё не? — удивился Григорий.
— Пока слабо. — подтвердила Натин, недавно мотавшаяся в Европу.
— Ну я им!.. — злобно выпалил Григорий, но не стал продолжать.
— Эта тема приведёт к обострению отношений между Германией и Англией. Что также благо для наших целей. Ведь вы хотели отвлечь максимально внимание не только от Парагвая, но и от России?
— Так! — подтвердил Василий.
— Большие проблемы у Великобритании с колониями, поощрит всех крупнейших игроков к переделу мира. Но, что для нас важно, свара между ними будет в основном в Азии и, частично, в Африке. Судя по тому, на что вы толкаете буров, они быстро обрастут очень серьёзной армией. С самым передовым вооружением. И завоевать их будет не простой задачей уже не только для Британии. Таким образом, державы, увлечённые войнами в означенных регионах не обратят внимание на ма-аленькую заварушку в Южной Америке. А когда обратят — будет поздно.
Когда Натин закончила свою речь, от былой мрачности не осталось и следа. Теперь её лицо лучилось лукавством и злорадством.
— Да! Злая ты! — пошутил Григорий. — Так поиздеваться над бедной мелкобриташкой!
— Системно поиздевалась и поделом! — подхватила «поправив» Натин.
— Гм! Брат! Эта «мелкобриташка»… Классный термин! Надо бы раскрутить! — рассмеялся Василий.
— Да непременно!
— Так как вам мой план? — не сдалась Натин.
— А что? Мне нравится! План в нашем стиле! — подхватил Григорий. — Всё предусмотрено. А с мелочами разберёмся по ходу дела.
— Я согласен. — кивнул Василий.
— Так что принимаем…
Глядя вслед экипажа, увозящего Натин, Василий задумчиво произнёс.
— Что-то подобное я уже слышал. От одного из твоих.
— Ты о Ван Дамме? То есть о Едрихине [17]?
— О нём. Ты его вербовал?
— Естественно! Такими кадрами не разбрасываются. Но… Не вводил полностью в курс дела. Ведь, блин, разведка… Мне его ещё в Питере весьма так настоятельно навязали. Думал очередной болван из штабных крыс. Оказалось — приличный офицер. Воевал хорошо.
— И пишет тоже хорошо. — Добавил Василий.
— М-да! — ехидно ухмыльнулся Григорий резко меняя тему. — У меня такое впечатление, что нас уели.
Экипаж с Натин в это время как раз скрылся за поворотом. Прогрессорша ехала к своим девочкам из батальона имени Мэри Сью. Им сейчас очень сильно нужна была поддержка.
— Не «уели», а «уела». Признаю. — сообразив о ком, сказал Василий и полез чесать в затылке.
— И что делаем?
— Как что?! У нас есть альтернативные варианты? Да что она нам тут нарисовала — то и делаем!
— С другой стороны, как говорил Наполеон: «Главное ввязаться в драку, а там видно будет». — философски заключил Григорий.
* * *«Мы все ангелы, просто на метле быстрее!» — вспомнила Натин шутку, давно подслушанную у братьев. Они тогда обменивались мнениями о девочках из «батальона имени Мэри Сью», когда «батальон» ещё только создавался. Они и представить не могли насколько эта шутка понравилась прогрессорше.
А что? В Серые Ангелы — как бы записалась по ходу развития проекта прорессирования мира, и «метла» у неё есть — сверхзвуковая. Досталась от родного мира, от которого она отделена и кажется, весьма надолго.
Последняя мысль навеяла мимолётную грусть. Когда ещё увидит Родину? Когда этот мир снова откроется? Но… уже прижилась. И занимается любимым делом. Кропотливо, тщательно, настойчиво поворачивая этот мир прочь от воронки Инферно.
Да, бывали и неудачи, бывали срывы.
Она сама помнит какую бурю чувств вызвала гибель сразу трети её воспитанниц. Какую лютую ненависть она ощутила к Британии. И как возжаждала натуральной вендетты по отношению к этому государству.
Успокаиваться пришлось долго. И хоть жгла её боль по убитым, но рано или поздно на смену эмоциям приходит холодная ярость. И трезвый расчёт. Вот тогда она и поняла окончательно ту схему, что выводили братья. А следуя схеме легко было просчитать следующие шаги.
Ведь действительно, братья, добиваясь победы в войне здесь, на Юге Африки, вывели весь мир из равновесия. Выбили его из потока ведущего к казалось бы неизбежному концу. Теперь, можно было творить всё, что угодно. Потому, что выведенная из равновесия система исключительно податлива даже к малейшим воздействиям. И именно сейчас можно было окончательно обрубить для этой системы варианты ведущие к самым худшим и самым быстрым сценариям гибели. А это как ни как, но гигантский шаг прочь из Воронки.
Понадобится ещё много усилий, но уже за этот результат стоило сильно напрячься. И поспешить. Потому, что хаос в системе может долго не продлиться. Снова возобладают старые, гибельные тенденции и тогда придётся начинать почти с начала.
А это же означает, что смерть девочек из «Мэри Сью» была напрасной. Уже это сильно подхлёстывало Натин. Даже больше, чем рациональные соображения по плану, высказанные ранее братьям.
За бортом флаера — тьма ночи. Она специально подобрала так время, чтобы прибыть в точку назначения как раз к началу обряда, церемонии. Впереди было утро и Индия. Позади — Ирландия и… Гриффит.
До него был Мухаммад Икбал. Первый пункт её(!) плана! Да! Именно так! ЕЁ плана. Ведь она сама дошла до него. Не братья, в очередной раз ей разъяснили. Так что Натин имела право гордиться собой как хорошей ученицей у… совершенно бесшабашных учителей. Впрочем, именно такими и должны быть прогрессоры — смелыми до безрассудства, но следующими трезвому расчёту.
И этот первый пункт трезвого расчёта — ныне пока безвестный поэт и философ из Пакистана.
С ним вышло удивительно легко. Большей частью потому, что сама Натин, зная, к кому идёт, постаралась уже своим обликом создать нужное впечатление.
Сильно помогли традиции Востока. Так что вырядившись в небесно-голубые шелка, выведя на предплечьях и запястьях защитного костюма голограммы золотых украшений, Натин как само собой разумеющееся закрыла всю нижнюю часть лица платком, расшитым золотом.
А что? Всё как полагается! Женщина Востока, своего лица посторонним мужчинам показывать не должна! А раз «некая Натин Юсейхиме была убита при штурме госпиталя в окрестностях Йоханесбурга» то и «оживить» её никто тут не сможет. Ведь для последнего надо не только «срисовать» её лицо, но и опознать. А только по глазам опознать… Разве что по наглости поведения.
Остальное было просто.
Высадившись из кареты возле Тринити-колледжа, она гордо пересекла широченный двор и вошла в главные ворота.