Мои двенадцать увольнений (СИ)

— Ничего у меня не было в почте.
— Как это нет? — Андрео уставился в своей планшетник, — а, в черновиках застряло.
— А я там зачем? Я и рыбачить-то не умею.
— Игорь Львович очень просили, да и Мария тоже.
— У меня другие планы.
— Измените. Сколько Вам нужно времени, чтоб собрать вещи?
— А что хоть надо?
Ковин неопределенно пожал плечами, вот никакой от него помощи. Челе с недоумением смотрел за моими метаниями по комнате, Лада давала советы, а Слава внизу вовсю упражнялся в клаксонировании. Джинсы, спортивный костюм, платье на вечер, футболки, пижаму, кроссовки, туфли, носки, компас, больше ничего походного у меня в шкафу не было, утрамбовала в рюкзак, прихватила коврик для йоги, туристической пенки у меня не было, как и посуды на карабинах, которую так рекомендовали бывалые туристы на форумах, которые я пыталась читать в беготне и сборах. Да и что может быть опасного в рыбалке?
А ничего, после сплава на байдарках уже ничего страшного в рыбалке не было. Подумаешь, свалилась с лодки, ну с кем не бывает, не думала я, что рыба может так дернуть. Я заподозрила неладное, как только мне выдали спасательный жилет и защитный шлем, сразу поняла, что странная какая-то рыбалка. Я была уверена, что байдарка затонет от Самсонова, но она выдержала и Марию, и меня, и Ковина.
Давно я так не кричала от ужаса, мне казалось, что каждый уступ — последнее, что я увижу в этой жизни. Пару раз схлопотала веслом за то, что гребла в обратную сторону, к берегу я гребла. Через пару часов мне уже нравилось, но здесь уже не было порогов и резких поворотов, плавное течение реки и красивейшие леса по берегам, Мария фотографировала. Эта часть спуска мне понравилась. Может, когда-нибудь повторю.
Мы добрались до стоянки. Пара палаток, все для костра, еда. Хорошо, что Мария захватила вещи и для меня, вся моя одежда была пропитана речной водой, а кроссовки скорей всего высохнут к следующему увольнению. Ковин выдал мне шерстяные носки, это лучше чем мокрая обувь. Меня заставили выпить двойную дозу антипростудина — спирта, после чего я практически сразу пошла спать, дрыхла трупом, не шевелилась вообще, за что и поплатилась, комары трапезничали на мне всю ночь. Видок просто шикарный с утра, хотя и у остальных не лучше. Болело все, даже копчик. Мужчины собрали палатки, и пошли к следующей стоянке, к рыбалке.
Красивое озеро, природа вообще великолепна, а здесь она была просто восхитительна. Мои вещи досыхали на кустарниках, благо солнце припекало. Меня все же уговорили поучаствовать в медитативном сидении с удочкой в лодке посередине озера, и вот поплавок стал дергаться, я привстала в ожидании и в тот же миг рухнула за борт. Больше меня к удочкам не приглашали, зато я сварила великолепную уху. В принципе, я же собиралась поплавать, так что мои планы почти осуществились.
Вы знаете, как притягателен мужчина, глаза которого сияют азартом. Как же притягателен мужчина, который занимается любимым делом. В глазах таких мужчин горит огонь и прыгает лукавство, а еще они способны воспламенять окружающее пространство, все кто попадал в их зону поражения, становились зомби. Вот я теперь зомби, глаза шефа горели, а я могла только подбрасывать огонь в этот костер. Мой шеф всегда был увлечен своей работой, но то, что сейчас зажигало его глаза, было скорей за ее пределами. У нас было много благотворительных программы, мой шеф спонсировал обучение молодых спортсменов, в каждом регионе, где был филиал, брали шефство над несколькими детскими домами и разрабатывали социальные программы. Но сейчас мой шеф загорелся созданием большого спортивного комплекса, в его голове уже сложилось, как его подопечные будут там заниматься и развиваться. Нам предложили партнерство в таком проекте, с точки зрения финансов, он скорей бесперспективен, возвращаться деньги будут долго, а может и не вернутся вовсе. Но Ковина это не смущало, он хотел больше, чем деньги, он хотел дать шанс молодым и талантливым. В общем, мы плавились в огне увлечения Ковина. После окончания рабочего дня я с ним тащилась на совещания по этому проекту, там он заводил всех остальных, а мне потом пинать всех этих заведенных.
 
Проект был совместным, мы всего лишь должны были дать денег, но Андрео это не устраивало, он хотел знать все и досконально, а значит, это я буду знать все и досконально.
Представитель партнера мне не нравился абсолютно, вот противненький хлыщ, я таких за жизнь перевидала море. Но приходилось терпеть, не могла я потушить огонь в глазах Андрея Владимировича, да и в себе я не могла потушить желания помочь и реализовать задумки шефа. Мне пришлось штудировать СНиПы по строительству и нормы по проектированию, выяснять, что такое геоподоснова и как ее получить, я люблю учиться, но не в аврале. Мне приходилось осваивать науку техзаказчика.
— Ерец!
Опять разнеслось по приемной и докатилось до моего кабинета. Вот что еще могло случиться?
Я боком вползала в кабинет почти любимого начальника, споткнулась об осколки и чуть не поскользнусь на разлитой жидкости. Уф, но за это он меня точно не уволит.
— И куда делся столик?
— У противоположной стены.
— Я просил его убирать?
— Нет. Но Вы всегда на нем документы забываете.
— Верните обратно.
— Хорошо. А что это было?
— Текила.
— Вы же ее не пьете.
— Это Вас и спасло.
— Ой, да ладно, у Вас столько подарочного алкоголя, что если я начну каждый день разбивать по бутылке, то через полгода только заметно будет.
— Хорошо хоть не распивать.
— У меня столько здоровья нет, а после рыбалки, его стало еще меньше.
Уборщица быстро уничтожила следы разбоя, а я в обед, пыхтя и обливаясь потом, перетащила столик на место. Только уже придвинув его к стене, додумалась, что могла попросить у административного директора пару мальчиков, как поступила в прошлый раз. Не думала я, что он такой тяжелый, а на вид хрупкий и воздушный.
Вик прислал приглашения на выставку. Всего лишь через месяц я увижу себя его глазами. Жаль, что его глазами я себя увидела только через месяц, меньше бы мучила себя глупыми вопросами.
А сейчас я порхала по конторе и раздавала приглашения на официальное открытие выставки дорогим коллегам. А Софья на портале разместила в новостях информацию о выставке. Вот лопните все от зависти! Все же я тщеславна иногда, как любая нормальная женщина.
На выставку я точно раза три схожу — на «продажку», на «официалку» с коллегами и камерно с родными и близкими, пусть гордятся. Себе сегодня позволила немного звездности, даже звезданутости. Ходила по конторе с гордо задранным носом, рискуя переломать ноги. Катя и Липа хохотали с моих проходов, кто-то уточнял, не продуло ли мне шею, кто-то желал, чтоб я ноги переломала. Правда к вечеру мне это надоело, и мой нос вернулся в привычное положение. Неделя пролетела без происшествий, а субботу я решила провести у матери.
От магазина до дома ровно десять минут галопа, проверено. Я опять набрала столько, что требовался небольшой грузовик для транспортировки, но денег на такси как всегда было жалко. Оценив вес, приняла решение о галопе, как обычно, и всегда добегала за десять минут с любым весом, проверено.
— Николь!
Вот черт, мой галоп остановил бывший одноклассник, а это значит, что до дома буду добираться под его нудное бормотание все сорок минут.
— А, Леха, ты как?
Он обстоятельно начал рассказывать как он, а мои руки стали ощущать каждый грамм веса. Да и сумки не поставишь на землю, мы же идем, разговариваем, очень медленно, но идем, а если я поставлю сумки, то Леха отнимет часов пять моей жизни. Зачем я взяла утку, курица легче, да и бутылка масла в стекле лишняя, можно было взять в пластике, рыбы тоже можно было взять меньше, а фрукты купить в палатке рядом с домом?
 
— А ты как? — после пятнадцати минут монолога, решил уточнить Леша.