За пазухой у дракона (СИ)
Я хотела заметить, что сладкое на ночь не слишком полезно пожилому сеньору, но не решилась, заметив, как он радостно расцвел от предложения. И даже то, что Лусия ведет себя порой как хозяйка замка, а не как гостья, пропустила мимо ушей.
После ужина мы перебрались в небольшую гостиную, заваленную обрывками ткани, лентами, образцами цветов, фарфора и свадебных украшений. Здесь даже стоял макет свадебной кареты, который Лусия для чего-то заказала. Словом, комната теперь больше напоминала подсобку театра, а не место для чаепитий. Один плюс — здесь мы с Антией славно играли в прятки. А еще сшили из обрезков платья тряпичную куклу, использовав разноцветные ленты в качестве волос.
Теперь же, кое-как расчистив центр комнаты, слуги установили здесь низкий столик. Принесли пузатый чайник с травяным чаем, ложки, тарелочки, салфетки и немыслимую гору коробок с пирожными.
— Если откусить от каждого даже по кусочку, мы умрем, — заметила я со вздохом. — Разве нельзя было выбрать пирожные по магфото и ингредиентам? И вообще, почему жених не должен участвовать в свадебных приготовлениях? Такими темпами я не влезу в свадебное платье, а Бэлтрен останется стройным и подтянутым. Это несправедливо, ну согласитесь же?
Лусия злорадно захихикала. Кажется, я только что раскусила еще один из ее далеко идущих планов.
— Традиции следует соблюдать, девочки, — с улыбкой сообщил сеньор Фабио и с кряхтением опустился на низкий стул. Вскрыл верхнюю коробку и взял в руку пирожное, черничное со взбитыми сливками и повидлом. — Обещаю взять самое сложное на себя и не дать вам располнеть.
И тут же откусил добрую половину пирожного и блаженно прикрыл глаза. А я достала из шкафа настойку трав, приготовленную матушкой Грэси специально для любителей объестся на ночь.
— Это только начало, — сообщила Лусия, тоже взяв пирожное и, не спеша откусывать, рассматривала со всех сторон. Ей досталось лимонное, украшенное мармеладом и засахаренными цветами флердоранжа. — Нам еще предстоит выбрать горячее и закуски. Кстати, я уже разослала лучшим поварам Арагосы предложение прислать нам образцы.
Я покосилась на бутыль со снадобьем — одной явно будет мало. И в узкое свадебное платье невеста точно не поместится. Что ж, еще один повод не идти к алтарю. Довольная этой мыслью, я откусила добрую половину изумрудно-зеленого мятного пирожного.
В самый разгар чаепития в комнату вошла Антия. В руках она держала несколько листов бумаги — кажется, собиралась показать мне рисунки. Но завидев посторонних, засмущалась. С Лусией мы ее не знакомили и вообще старались, чтобы они не встретились даже случайно из соображений безопасности. Да и к сеньору Фабио девочка так и не привыкла, даже не приближалась, несмотря на все его попытки понравиться малышке.
— Что же ты встала, проходи у нас тут еще много пирожных, — елейным тоном проговорила Лусия и призывно махнула рукой. — Ну же, присоединяйся.
Антия покачала головой, она выглядела испуганной. А когда Лусия поднялась, девочка и вовсе выронила рисунки из рук.
На верхнем листе были изображены удивительные цветы с зелеными стеблями. Белые соцветия формой напоминали клювы диковинных птиц. Антии удалось изобразить растения очень реалистично. Я была уверена, что это именно те цветы, что дарили вторую жизнь. Их никто не должен был увидеть. Потому я стрелой метнулась собирать рисунки, одновременно оживленно болтая с Антией.
— Мы посмотрим рисунки в твоей комнате, Антия. Если хочешь, я даже останусь с тобой на ночь. Давненько мы не болтали с тобой до полуночи.
— Как можно разговаривать с немой? — возмутилась Лусия, в очередной раз проявив дурной нрав. — А что за цветы были на рисунке? Я бы хотела такие… Для свадебного букета.
— Мы уже выбрали розы, — напомнила я. — А свои рисунки Антия показывает только близким людям. Простите нас, сеньор Фабио, Лусия… Мы вас покинем. Пирожные выберете сами, я полностью доверяю вашему вкусу.
Мне было только радостно покинуть компанию Лусии, она порядком надоела мне за последние дни. К тому же из-за приготовлений к свадьбе я теперь реже виделась с Антией. И сейчас, рассматривая ее рисунки, слушая отрывистые объяснения, по-настоящему наслаждалась. Разве может Лусия понять, что общение — это не только слова. Хотя, есть то важное, что хочется слышать почаще.
— Я люблю тебя, Антия, — проговорила я, целуя девочку в макушку. — Ты мое сокровище.
— И… а, — с трудом произнесла девочка. — О… О!
— Знаю, что очень, — проговорила я. — И я тебя очень-очень. А теперь давай-ка собирать рисунки, пора спать.
Антии снова приснился дурной сон, но ближе к полуночи она перестала вздрагивать и сладко засопела, прижавшись ко мне спиной.
Именно в этот момент в детскую вошла матушка Грэси.
— Что-то случилось?.. — шепотом спросила я. Только матушка, Тучка, Локо, я и Бэлтрен могли войти сюда, всех остальных не пропустила бы магическая защита. Но если Грэси решила нарушить наш сон, значит, дело не терпело отлагательств.
— Лусия… — так же шепотом подтвердила матушка Грэси. — Она вышла из своей спальни и направилась к хозяйским апартаментам. Я как раз шла на кухню… неважно зачем. И заметила ее. Но Лусия меня не видела, я спряталась в нише за высоким фикусом. Вот только куда она идет ночью…
Уж явно не на кухню, как матушка Грэси. Оставив ее присматривать за спящей Антией, я вышла в коридор. Надо проверить, что за ночное рандеву решила устроить Лусия Ортис. И почему направилась в хозяйское крыло, точно зная, что я ночую в детской с Антией.
Дверь в спальню Бэлтрена была открыта. Он всегда так делал, так что меня это нисколько не удивило. А вот то, что сейчас мой почти законный муж вжимал в матрац какую-то женщину…
— Да как ты?.. — шепнула я разъяренно.
Сделала три шага вперед и застыла в недоумении.
Той женщиной, была я.
Такие же светлые волосы, тот же рост и очертания фигуры. На звук моего голоса она повернула голову, и я заметила у нее фиалковые глаза.
— А вот и ты, Каталина! — воскликнул Бэлтрен, как будто ждал моего прихода. И вообще, валяться на постели с другой (с другой ли?) является делом вполне обыкновенным. — Пришла как раз вовремя. Присоединяйся!
— Что-о-о?.. — Я едва не потеряла дар речи от такого нахальства. Он серьезно думает, что если я отказалась разделить ложе с ним, то запросто соглашусь на утехи втроем? Пьян он, что ли?.. — Ты в своем уме, Бэлтрен? Кто эта?..
На ум просились только неприличные слова, но приличным сеньоритам произносить их не стоит даже в такой ситуации.
— Вот сейчас вместе и выясним, — спокойно проговорил Бэлтрен. — Хотя я и так подозреваю, кто это. Ну, Лусия, заканчивай маскарад.
Лусия Ортис!
Если увидев этих двоих в постели, я почувствовала себя так, словно на меня вылили ведро ледяной воды, то теперь как будто ошпарили кипятком. Лусия Ортис приняла мой облик? И Бэлтрен…
Он нет, он не занимался тем, о чем я подумала вначале. Бэлтрен Драко держал Лусию за шею, одновременно придавливая к месту.
— Как это возможно? — вопросила я. — Зачем?
Бэлтрен усмехнулся и, развернув лицо Лусии к себе, направил на нее прожигающий взгляд.
— Испортить нам свадьбу, зачем же еще. Заставить тебя отказаться от церемонии. Лусия, неужели ты думала, что я не почувствую подвоха? Дай угадаю, скопировала магию метаморфа? Ты ведь в курсе, что это запрещено? Я уже представляю, как твои родственники отказываются от тебя, лишают титула и наследства, а после вышвыривают из дома. А ты, Лусия, хорошо представляешь эту душераздирающую трагедию?
Судя по тому, как побледнела, она очень даже представляла. О чем она вообще думала, решаясь на такой рискованный шаг? На что надеялась? Поставила на кон все, что у нее было, но проиграла…
Но мне было ее не жаль, вот нисколечко. Тот, кто ставит свои низменные цели выше счастья других, достоин строгого наказания.