Дракон, который меня похитил (СИ)

Надеемся, что ты в порядке и хорошо проводишь время в Дорне. Не знаем подробностей, но по словам её высочества Альбы, у тебя всё хорошо.
Надеемся на скорую встречу.
Эмилиэн Урсмар и Зетти Эм.
Я бросила письмо на пол, словно противного жука!
Мы с Эмилиэном делили дом, жизнь, обеды столько лет, а он пишет мне вот такое письмо?
И взгляд снова зацепился за дракона, парящего в небе.
Миг.
И Габриэль стремительно рухнул, будто подстреленный.
В небо взвился столб брызг.
А я сложилась пополам и горько-горько зарыдала.
Сил нет жить в мире, где всем заправляют мужчины. Я могла бы сколько угодно любить Эмиля, а всё равно ничего не зависит от моего желания.
Глупая девочка! Глупая…
Тело не слушалось, стремилось к животной форме, на Самуэль предупреждал, что нельзя. Я сжала пальцами перила, сосредоточившись на собственных ногтях и кольцах.
Меня предупредили, что оборот при таком сильном истощении чреват тем, что ослабевшее тело выберет животную форму. Нельзя…
— Габриэль! — шепнула, но он не мог слышать.
Он — дракон, а я человек. Чтобы докричаться нужен оборот, как ни крути.
Он не услышит и всё равно:
— Габриэль! — чуть громче крикнула я.
Вернулась в спальню, вцепившись в волосы и стала искать хоть что-то, чтобы удержаться на месте. Постель, где мы спали. Стол, где стоял графин с водой.
Ну же, Тур…
Зеркало!
Я уставилась на собственное отражение.
Растерянная, вцепилась себе в волосы. Бледная.
И тут же другая картинка ударила в голову: я и он.
Габриэль.
На постели. Его руки, пальцы, губы. Такие сухие, горячие. Язык. Влажный. Ощущения — острые.
— Нет, нет, нет…
Это было тоже сильно, не менее сильно, чем письмо от Эмилиэна и меня стало трясти.
— Габриэль!  —  я снова рванула на балкон, схватилась за перила, переваливаясь через них.
— ГАБРИЭЛЬ!
Дракон летел в мою сторону, а может мне это только казалось.
Его фигура на фоне садящегося алого солнца… такая прекрасная, умиротворяющая. То, что нужно.
Я сосредоточилась на взмахах его крыльев. Раз… раз… раз… раз…
Он приближается?
—  Габриэль…
Приближается.
Раз… раз… раз…
Пол стал уходить из-под ног, а мир меняться.
Держись, Тур, держись же…
Раз… раз…
Ты пережила эту ночь, а он у тебя сердце вырвал и задом наперёд обратно вставил! Ну же, Тур!
Раз… раз…
Я остановила начавшуюся было трансформацию и помотала головой. Крылья взбивали воздух, словно пуховую перину, или мне только казалось, что всё дрожит?
Дракон рядом, совсем рядом.
— Турсуаза!
Дракон в полёте обратился человеком и врезался в моё тело, подхватив.
— Удержи меня, я еле держусь… я превращаюсь. Поцелуй меня, скорее! — лихорадочно, из последних сил прошептала я, сама не понимая, чем это поможет.
Но Габриэля не нужно было просить дважды. Он прижался к моим губам так стремительно, будто верил, что это сработает. Тигрица дёрнулась и замерла, прижав уши к голове, она слушалась дракона!
«Тш-ш…» — это Габриэль. В моей. Голове.
А я человек! Наши звери могут общаться даже так?
Габриэль, это ты?
«Я, малышка… Тише… Сиди на месте! Потерпи. Сейчас восстановишь силы, и мы разомнём кости в лесу, хорошо? Ты вволю набегаешься по Дорну. Вспашешь тут всю землю своими лапищами, малышка! Потерпи. Не время!»
Спасибо, Габриэль.
Я терялась в его поцелуях и прикосновениях, захлёбывалась, втягивала воздух и не могла надышаться.
«Мне нравится способ, который ты придумала!» — он смеялся.
Молчи и целуй!
— В этом ещё есть необходимость? — это он уже шепнул мне в губы.
— Нет… наверное нет.
— Хорошо. Вот и хорошо. Давай поужинаем вместе? Я скучал, — он потянулся ко мне и поцеловал напоследок в лоб.
  
Нежная двадцать пятая
 
Мы пили кофе, как обычно. На этот раз не в кабинете, а на крошечном балкончике, но это был всё тот же крепкий чёрный кофе из большого кофейника, и я чувствовала себя дома.
— Как прошёл твой день, помимо… этого, — он кивнул на письмо, которое по прежнему лежало на полу.
 
К нему никто не прикасался. Габриэль будто чувствовал, что я этого не хочу.
— Ко мне пришла Татта и принесла образцы тканей для платьев… — озадаченно ответила я. — Никогда не выбирала сама себе платья.
Я тоже скучала, — ответила я про себя на совершенно другие слова Габриэля.
— Всё когда-то бывает впервые.
— Никогда не носила никаких платьев, кроме голубых и… того чёрного.
— И как тебе чёрный?
— О, это был очень интересный опыт. Оно было прекрасно…
— Рад, — хитро улыбнулся он, а я ахнула:
— Это был ты? Ты подарил мне платье?
— Это было нетрудно устроить. Мне показалось, что оно тебе к лицу, — он пожал плечами. — Что ты выбрала?
— Ничего… я….
Как можно выбирать за чужой счёт? Своих денег у меня не было. Тут оставаться… кто знает суждено ли?
— Даже не думай. Выбери себе ткани. Это подарок от меня.
— Пока сошьют… уже…
— И что? Они будут всё-равно твои. Хочешь украшения? Туфли? Шляпки?
— Брось. Нельзя просто сказать мне, что я могу выбирать что угодно. Это неправильно.
Я помолчала.
— Но спасибо. Правда, спасибо.
Он молча пожал плечами.
— Зачем ты летаешь?
— Потому что люблю летать, — рассмеялся он.
— Нет, мне показалось… будто ты следишь за княжеством.
— Мне не за чем следить, — он покачал головой. — У нас нет вспышек преступности. Всё тихо, спокойно. Нет других драконов, кроме меня и брата…
— Брат? Но я думала у тебя нет братьев!
— Самуэль, — фыркнул Габриэль. — Кто же он ещё может быть.
— Но фамилия…
— Мы кузены.
Я присвистнула, как умела, а Габриэль потянулся и пихнул меня в бок, потом строго погрозил пальцем:
— Не смей засматриваться на этого оборванца! Даже не думай!
— Ты такой ревнивец, — ахнула я.
— Да. Очень страшный ревнивец! Очень! — а потом его взгляд застыл на моих губах и тело тут же отреагировало жаром, прилившим к щекам.
— Не смотри так…
— Почему? — тихо спросил Габриэль. — Ты смущаешься? — перевёл взгляд на мои щёки.
— Да.
— Почему? Тебе нравится…
Я прерывисто вдохнула и покачала головой, отворачиваясь и меняя тему:
— Что с погодой? Что за резкие смены?
— О, она зависит от меня.
— Что? — я подавилась кофе.
— Мне хорошо и небу хорошо, — пожал он плечами.
— Тебе было плохо?..
— Когда?
— Ну снег, — я неопределённо махнула рукой.
— А снег это плохо? Мне кажется, что волшебно, а ты странная, — весело ответил он. — Снег — волшебно!  —  и строго на меня посмотрел, будто я спорила.
Вовсе нет, всё верно. Я странная, снег волшебный. Признаю!
— А что плохо?
— Всё хорошо! Знаешь, как прекрасен дождь? А радугу видела? А молнию в небе?  —  перечислял он, с каждым словом увлекаясь всё больше.
— Брось… дождь — это сыро и холодно!
И тут же в глазах Габриэля будто сгустились тучи, а на пол балкончика упала капля.
Я ахнула. Над морем полыхнул такой сильный разряд, что небо осветилось ярчайшей вспышкой.
— Мамочки…
Подул ветер, обнимая меня за плечи. Было всё так же жарко и оттого ветер был горячим. Но небо строжилось, сверкало. Дождь стал капать сильнее, сильнее… а Габриэль неотрывно следил за мной.
Кап… кап… кап…
Я снова ахнула от очередной молнии и обняла обеими руками чашку. Зарядил ливень.
Нас скрывала крыша, так что капли долетали только до подола моей юбки, но дождь был таким сильным, что я его чувствовала, могла рукой потрогать.
— Невероятно…
— Посмотри, как это красиво,  —  шепнул Габриэль. Я чувствовала на себе его внимательный взгляд. — Небо освещают молнии. Стена дождя. Разве это не прекрасно?