Сделай и живи спокойно 2 (СИ)
Следующая остановка тоже была короткой. Но на перон всё же вышло несколько человек. Ничего интересного для меня. Пассажиров не прибавилось. Ну и ладно. Пойду опять бродить по вагонам. Надеюсь, что все успокоились и не будут на меня бросаться без повода. Ещё раз внимательно изучил список всех остановок, чем опять удивил окружающих. Чего такого-то? Ну постоял, ну посмотрел. Чё не нравиться-то?
По моему проводник из соседнего вагона, что-то заподозрил. Он теперь, когда я появлялся в поле его зрения, не отводил от меня взгляд. Да и ладно — это прекрасно вписывалось в мою легенду. Мне бы неплохо с ним поскандалить, чтобы привлечь внимание. Но пока воздержусь. Сам поезд идёт в Одессу, а мне сходить в Киеве. Постараюсь дожать этого Цербера в Бахмаче. Там как раз последняя большая, по времени, остановка останется. Буду смотреть на реакцию. Мало надежды, что получиться обнаружить преступников с первого раза, но надо пробовать все методы, раз уж ввязался в эту историю. Скандал нужен чтобы расшевелить и собрать на перроне народ. Потому что все, какие-то замороченные сидят, как приклеенные и не сходят с места, а посмотреть надо всех кто тут едет. Меня аж потряхивать начало. Адреналинчика, скорее всего, переизбыток в крови. Надо бы успокоиться.
За последнее время, я более-менее привёл в порядок это тело, но конечно же до идеала ещё далековато. Но всё равно это лучше чем было, хотя сегодня это не помогло. Устал я страшно и даже не понять от чего. Такая душевная пустота накатила, что не хотелось ничего делать, кроме как сидеть и смотреть в окно. Ещё и внутренняя борьба самого с собой. На фига я ввязался в этот геморрой? Работал бы себе спокойно и в ус не дул, а вечером бы занялся подвальной дверью. Надо же, в конце концов, узнать куда она ведёт? Так нет же вписался в эту бодягу, теперь фиг соскочишь, даже если попытаться. Ответственность за данное слово, его никуда не денешь. Мне же помогают все и ничего от меня не требуют взамен. Фух! Полегчало. Период моральных терзаний закончился, можно и делом заняться.
В Брянске стоим сорок минут. Можно неплохо оглядеться и присмотреться. Прямо не сходя с места начинаю изображать восторг от такого приключения:
— Смотрите! Это же Брянск! Я о нём только в газетах читал! Ух ты! Вон дома разбомбленные! Охохонюшки… Какие же тут бои шли? А вон, вон смотрите уже построили новые! Красота какая!
На меня смотрели как на идиота — с сочувствием и снисходительно одновременно. А мне и ладно. Главное не переиграть. А то можно и по ушам схлопотать. За излишнюю бестолковость и шум, что я создаю. Но я решил, что надо ещё чего-нибудь добавить. Поэтому стал интересоваться ценами и всякой другой ерундой у всех подряд, потихоньку перемещаясь по вагону к выходу:
— Мне матушка, с собой в дорогу, сала положила с хлебом. А я не хочу сало. Мне пирожков охота. С картошкой. Или с яйцом и луком. Или с творогом. А сколько можно на рупь купить пирожков? А? А запить есть что купить? Молочка бы парного. Эх! У нас знаете какое молоко вкусное Мурка даёт?
Короче, достал я всех. Мне, как мне кажется, пассажиры даже хотели скинуться мелочью, все понемногу, чтобы я успокоился и где-нибудь потерялся вместе с пирожками и молоком. Или обожрался этими продуктами и не вылезал из туалета до самого Киева. Станиславский мной бы гордился! Аплодисментов не хватало, но я это переживу. Мне другое нужно.
На привокзальном рыночке Брянска, я развернулся во всей своей красе. Бегал как сумасшедший и восторженно орал по любому поводу. И деревья здесь чудные и пирожки не такие, а молоко слишком разбавленное. Паровозы вообще то появляются, то исчезают и все этого не видят. Градус моей заметности вырос до таких значений, что от меня стали прятаться. А мне это и нужно. При моём появлении все должны замолкать и думать только об одном — что я сейчас скажу такого необычного?! А в Киеве меня должны провожать все без исключения — кто-то с радостью и облегчением, а кто-то с сожалением и разными пожеланиями. Но до этого ещё не скоро, а пока меня только узнают, правда пока без фанатизма. Мне бы фотоаппарат, я б такого нафоткал, все журналюги бы обзавидывались. Каких только персонажей не было. У меня голова опухла запоминать каждого, а мозг отказывался работать, потому что не мог понять кто именно мне нужен.
Собкин рассказал, что эти грабители работают только от Сухиничей до Бахмача. Дальше и раньше случаев нападения не было. Что это могло значить, я не в курсе. Вот поймают их — тогда умные люди спросят. Чего сейчас-то предполагать, коли данных не хватает? А мне, тем более, нечего на эту тему думать, своих забот невпроворот. Мне ещё проводников надо приручить, а то есть тут один вечно всем недовольный. Так и тянет ему глаз на одно место натянуть. Как не подойду, он на меня, как на кота какого-то фырчит:
— А ну, брысь отсель! Ишь разбегался тут!
Но я же не пёсик. Соображалка работает, как пень четыреста восемьдесят шестой(кто знает тот поймёт) в девяностые года. Быстренько, у других представителей этого вида служащих, узнал как его зовут и начал "укрощение строптивого":
— Василь Палыч пусти посмотреть как мужики молотками по колёсам бьют! А? Там же что-то интересное, да? А Палыч? Пусти, а я тебе пирожок с рыбой дам! А у вас в вагоне, тоже печка не работает? А почему? Дай посмотреть.
Еле дождался отправления. Так мне всё надоело, что о работе, я вспоминал с грустью и надеждой на возвращение. Зато мало-мальски всех увидел и наверное запомнил. Кажется. Может кого и упустил, но не думаю что это как-то повлияет на результат. Собкин обалдеет, когда я начну всех перечислять, кого удалось запечатлеть в памяти. Я понимаю, что много ненужных людей пришлось запомнить. Но вдруг?! А?
От Брянска до Конотопа, только две коротких остановки и расстояние километров двести — не больше. Меня предупреждал лейтенант Собкин, что именно на этом участке было больше всего ограбленных. Буду бдеть — дело ведь позднее. Можно сказать что ночь уже. Самое то, чтобы повылазили всякие бандиты с грабителями. Мне они нафиг не нужны, но… совесть Вилора толкает, всех поймать и не пущать. Комсомолец это надолго, пока в партию не примут. А там ещё интереснее будет.
Сижу и думаю о Рите, как она там? Что сейчас делает? Наверное уже ложиться спать. Как там ребята в общаге? Небось опять песни про вахтёра поют… И вдруг мысль пришла мне в голову, как раз во время одной из коротких остановок. Откуда не спрашивайте. Стоял, думал об одном, смотрел по сторонам на перроне, пытаясь увидеть хоть кого-то. И вдруг — оно! Которое не является фактом, но одной из причин это точно. Скорее всего бандиты нападают на этом промежутке железной дороги, потому что поезд пересекает границу РСФСР и Украинской ССР. Конечно же никакой видимой границы не существует. Даже табличек нету, что она вот тут. На карте может и есть какая-то линия. А тут только лес и маленькие полустанки, на которых поезда не останавливаются, а только притормаживают. Кстати, при известной доле умения, можно спрыгнуть в любой момент или наоборот забраться. Только как им тогда удаётся так быстро вычислить богатого клиента? И вытащить или как-то вывести, а может позвать человека. Да и ещё с деньгами в кармане. Не пойму.
Я еле смог усидеть на месте. Понимаю, что ничего сделать не могу, но посмотреть-то надо. Тут уже все встречные проводники начали меня успокаивать и провожать на место, согласно плац-карте. Типа народ спать ложится, нечего мешать. Им до Одессы ехать фиг знает сколько, а тут я со своими дурацкими вопросами лезу. Внутри рычу, а на деле хожу и улыбаюсь. Еле дождался отправления и следующей остановки.
Конотопский вокзал был обыкновенный. У нас наверное побольше и покрасивее. Хотя, о чём это я? Война недавно закончилась, какие тут красоты могут быть. Функционирует и слава богу. Сошли два человека и ни одного пассажира не прибавилось. А что я ожидал? Что приедет толпа бандитов с пулемётом? Так не было никого. Достоял на перроне до самого отправления. Ничего подозрительного не заметил. Полчаса, а может и чуть больше до Бахмача осталось. Зачем вообще надо было здесь, в Конотопе, останавливаться?