Сделай и живи спокойно 2 (СИ)

Стороны не пришли к какому-то однозначному решению. Поэтому слово предоставили мне, а они типа некоторое время подумают. А я чё, крайний что ли? Хоть бы спросили сначала, что хотят услышать. Извините, мысли читать не умею и вообще — я им не нанимался лекции про ничего толкать. Хотя есть одна тема. В любом случае и компании будет поддержана — сто процентов. Ну балбес я, говорил уже и гормон в теле играет. Так и тянет на приключения. В общем…
— Иду я вчера, после работы, Ритку провожаю. А там, на берегу Оки, малышня рыбу ловит. И тут один пацан как заорёт не своим голосом: — "А-а-а! Покойник!", — все к нему смотреть. Побежали и мы. Не успели подбежать, а там уже толпа стоит…
— Хрясь-бууубм!!!
Удар кулака по столу, прервал мою речь. Зверское выражение лица Собкина, испуганная физиономия Шкато и побелевший прораб — картина которую я узрел, отвлёкшись от рассказа.
— Всё шутки шутишь? — взревел лейтенант, подскакивая со стула, — тут серьёзные вещи обсуждают, а ты комедию ломаешь? Отвечай на вопрос!
Если бы я ещё знал, что за вопрос мне задали. Блин… И чё делать? Придётся выкручиваться, каким-то образом. В голове, как назло, ни одной нормальной мысли, кроме как моя любимая импровизация.
— Товарищ Собкин, — я начал ворочать мозгами, пытатаясь выстроить свою речь, более менее грамотно, — не могу я кратко всё объяснить. Не умею. Не научили в детдоме правильно и в тоже время кратко излагать свои мысли.
— Нам твои размышления ни к чему, — уже более менее спокойно, произнёс лейтенант, — просто скажи, откуда ты умеешь обращаться с нивелиром? И всё. Про покойника и твою подружку не надо. Это может потерпеть. Здесь же вопрос стоит как? Стоит или нет доверять твоим умениям, или придётся всё заново мерить. Понял!
Бл…! А сразу не могли спросить? Или я опять прослушал? Да нет вроде… Но и говорить правду я не собираюсь. Тьфу, блин… Да пошли они все вместе и в одном направлении. Удивлю и победю — одним предложением.
— Доверять можете, но где научился — скажу только товарищу Собкину. Всё! Поехали товарищ лейтенант, нас уже давно ждут.
Прораб попытался, что-то там проблеять, но ему помешал бригадир каменщиков Шкато:
— Вот это правильно, — радостно басил здоровяк, разминая свои кулаки, — это по нашему. А ты фитюлька бумажная демагогию разводишь. Тебе надо — иди и проверь. Я за своего хлопца ручаюсь. Мы вместе всё мерили и отметки раздавали. Если он ошибся — я буду отвечать! А я коммунист и этим всё сказано.
Все стали собираться. Задвигали стульями, зашаркали ногами, а до меня только сейчас дошло, что теперь я буду "запасной вариант". Впрочем, меня это устраивает. Уф! Запарился основательно, а мне ещё где-то Риту искать. Блин… А с велосипедом что делать? Здесь оставить или опять разбирать, чтобы в машине поместился? Что-то я, как-то не подумал, на эту тему. Эти мысли крутились у меня в голове, пока мы шли к "Победе" с надписью "милиция".
Пришлось тормозить Собкина и объяснять ему суть проблемы. Лейтенант и так взбешенный общением с прорабом, чуть ли не зарычал когда услышал мои хотелки. Но так, как по моему мнению, он уже привык к жизненным перипетиям, в лице одного индивидуума, то сильно ругаться не стал. Так, всего-то минутку почитал морали, на отвлечённые темы. Зато я резвым сайгаком проскакал по территории стройки и успел всё-таки перехватить Риту. Проводил её до машины, а сам отправился в больницу на велосипеде. А что? Собкин сказал, чтобы я, с моим железным другом, даже рядом не появлялся с "Победой". Слишком свежи воспоминания о моём прибытии из Москвы.
Ха! Они думали, что самые быстрые и умные. Фиг вам! Я их обогнал по всем параметрам. Когда они только заворачивали во двор больницы, я уже разговаривал с медсёстрами. Велосипед это не машина. Ему широкая дорога не нужна, достаточно чтобы руль проходил. А таких мест до фига в старой Калуге. Зато я, через дворы и почти напрямую, выиграл несколько километров и пока они крутились по улицам, я спокойно пользовался узкими переулками. Встретились и я, даже, не стал злорадствовать, что приехал первым. Только, взяв за руку Риту, спросил:
 
— А где это вы столько пропадали? Я уже устал отдыхать.
Среагировали сразу оба. Но Собкин фыркнул гораздо громче, зато у Риты был более сердитый взгляд. Ага! Значит переживают, что приехали позже. А то всё такие независимые и ни о чём не переживающие, аж до тошноты. А тут, хоть какая-то эмоция из них показалась. Так-то! Тут же пожалел о своей спешке и о том, что не заехал на рынок. Блин! Как же так? Пришёл к Катерине и без пирожков. Вот я балбес! Честное слово — завтра специально куплю целый рюкзак пирожков и привезу ей. Немного успокаивало, что лейтенант шёл с какой-то сумкой. Как отговорка, на сегодняшний день сойдёт. Но завтра обязательно приеду с угощением.
Поднялись наверх. Сначала, в палату к Катерине зашёл лейтенант, а уже потом, через несколько минут, мы с Ритой. Катя ничем не выдала своё удивление. А я предполагал, что так и будет. Кремень-девушка. Настоящая комсомолка. Остальные три девушки, что лежали на больничных кроватях, с любопытством смотрели на меня. Ну и на Риту то же, чего уж там скрывать. И у всех глаза такие внимательные-внимательные, как будто бы рентгеном меня просвечивают. Аж нехорошо стало. Но я справился с волнением и начал сходу всех веселить. Зачем мне грустные девушки?
Собкин нас скоро покинул, сославшись на работу. Я пытался рассказывать анекдоты и короткие истории по мотивам КВНа. Вроде и весело, но напряжение в воздухе ощущалось. Один раз пришлось покинуть женский коллектив. Это был стратегический ход. Пусть девчонки между собой пообщаются. Выяснят наконец кто и что, а заодно и с кем. Без моего присутствия это получится гораздо лучше. Вроде нормально прошло. По крайней мере, когда я пришёл, все общались довольно-таки живенько. Не ругались — точно.
На глаза попалась свежая газета "Правда". Взялся листать и просматривать, в поисках новостей из Москвы. Это всех привлекло, а я тут же заработал комсомольское поручение — прочитать газету вслух, для всех присутствующих. Пришлось читать так как умею. Но на долго меня не хватило. Язык стал заплетаться от перлов советской грамматики и коммунистической пропаганды. Я ничего не имею против лозунгов в газетах. Но… Слишком уж их много, по сравнению с моим временем. Прямо-таки перебор получается. Но делать нечего и я продолжил читать спокойным и ровным голосом.
— Они поженились. Жили долго и счастливо. У них родилось пятеро детей. Старость встретили вместе, окружённые внуками и правнучками. И такая любовь у них была, что умерли они тоже в один день. Потому что не могли себе представить жизни друг без друга…
Катерина и три пациентки, что лежали в палате, а так же Рита вместе с ними, посмотрели на меня. Что удивительно, но мне, на какое-то время, показалось, что я нахожусь в обществе пятерых Чебурашек. Очень уж они одинаково выглядели. Сразу на душе потеплело. Чем-то родным и до ужаса знакомым повеяло. Если к такому виду у Катерины я уже как-то привык, то с остальными это случилось в первый раз. Но всё равно приятно. Я, Катерина и четыре новые мультяшки.
— Это ты где такое прочитал? — удивлённо и одновременно с вызовом спросила Воронцова, — я что-то ничего подобного не помню. Хотя, ещё в обед, прочитала всю газету.
— Ну… тебе же неудобно было читать, — стараясь не рассмеяться и сохраняя самое серьёзное выражение лица ответил я, — вот ты и не разглядела.
— Да не было там такого! — пытаясь приподняться с кровати, громко возопила Катерина, — и ещё, у меня травма спины, а не головы — память работает нормально.
Я отвернулся в сторону. Шутка из моего времени не прошла. Это в мою молодость, во время службы в армии, на политинформациях мы так развлекались. Когда начальства рядом не наблюдалось, конечно. Здесь этого не понимают. Вроде бы мелочь, берёшь и читаешь первые строчки статей из газеты: «Доярка из совхоза "Путь Ильича" взяла повышенные обязательства в честь социалистического соревнования», «Бригадир комбайнёров из колхоза "Имени Интернационала" подключился к социалистическому соревнованию» и добавляешь, уже от себя: — «И жили они долго и счастливо». Вроде бы не смешно, но тогда нам это казалось верхом армейского юмора. Да и ладно.