Солдат Ордена (СИ)

Свят приземлился, навис надо мной, сгорбился. Его лицо было искажено гневом. Он вынул вапорит из ноги, превратил его в нож, занес. Я не растерялся. Сделал то, что первое пришло в голову: размахнулся и ударил его в лицо изо всех сил. Усиленный кругом тела удар вошел хорошо, Свят завалился набок.
Я с трудом забрался сверху, сел нему на грудь, дал в морду снова, еще и еще.
Страшная боль прострелила раненое плечо и кисть. Я успел ударить раза три, и Свят откинул меня силой. Я пролетел несколько метров, больно ударился об пол, покатился, застыл у стены. Увидел, что измазал кровью весь пол, от места падения до стенки.
Я чувствовал слабость и головокружение. Сказывалась потеря крови. Зараза… Как же тяжело. Я сжал кулаки. Ударил ими в землю. Казалось, это придало мне сил, с трудом я встал. Оперся о стену. Видел, как на ней остались кровавые разводы.
Свят тоже встала, с трудом. Лицо посинело и опухло. Он сплюнул кровь. Пошатнувшись, взял ксифос в руки.
–Сука... – пробубнил он, пошатнулся и упал на колени. Его вырвало.
Я не смог сдержаться и рассмеялся. Мой план сработал.
– Что ржешь! – крикнул Свят!
Не с первого раза, но Свят поднялся, пошатываясь, пошел ко мне.
– Мой план, – я сполз по стене, – сработал.
– Какой, на хуй план? – он рухнул рядом со мной.
– Истощить тебя, лишить маны, – с улыбкой проговорил я, – ты выложился на все сто, дружище.
– Что? – мы, бьемся насмерть!
– Только не я, – я с трудом поднял голову.
– Так ты все это время?.. – Свят широко раскрыл глаза.
– Ага, – я улыбнулся, – надеялся на ничью. Думал истощить твой запас маны, чтобы никому не пришлось никого убивать. Ты просто не смог бы продолжать, и с тебя все взятки гладки. А я на все плюнул бы. Но, как видишь, – боль прострелила, я скривился, – план оказался не идеален.
– Так ты… – Удивленно пробормотал Свят, – ты пытался спасти нас обоих…
Я не ответил, только улыбнулся.
– Эй, ксифомант, – крикнул вышедший на арену Дюраан, – прикончи его!
– Я не могу, – Свят обернулся, – я истощен. Мана кончилась.
– Боже, дубина, – всплеснул Дюраан руками, – у тебя ксифос в руках! Зарежь его!
– Нет! Ваша честь, – Свят обратился к судье, – Ответчик ранен, я истощен, мы не можем продолжать сраженье!
– Фельдшер-биомант, – судья взглянул куда-то в сторону, – прошу, осмотрите адвоката и ответчика. В каком они состоянии?
Биомант в белой униформе выскочил на арену. Быстро просканировал нас со Святом с помощью магии.
– Ваша честь, выпрямился он, – ответчик потерял много крови. У адвоката магическое истощение. Они не могут сражаться.
– Ну тогда, – Дюраан вскрикнул, – я сам его заколю! С дороги!
Он вышел на арену, извлек шпагу, решительно направился к нам.
– Не подходи, – проговорил Свят.
Дюраан шел. Свят с трудом встал, выпрямился, взглянул Дюраану прямо в глаза.
– Отойди! – крикнул Дюраан, – я его прикончу!
– Только попробуй, – холодно проговорил Свят и медленно поднял ксифос, – и я тебя прирежу, как ягненка, биомант.
– Ты спятил? – зло крикнул Дюраан, – ваша честь, – он обернулся к судье, – формально ответчик проиграл, у меня есть право добить его!
– Уважаемый адвокат, – прошу, отойдите. Истец прав, дайте ему защитить честь рода.
– У него нет чести! – Крикнул Свят, – противник изранен! Это не будет достойной смертью в бою! А если он хочет что-то там защищать, то пусть прикончит сначала меня!
– Не говорите глупости! – судья встал, – приставы, прошу вас, уберите адвоката с арены!
– Нет! Стас! Прошу вас! – я поднял взгляд на трибуну. Света истерически металась между рядами, не находя себе места, – Не надо! – она припала к защитным поручням. Казалось, вот-вот перелезет и спрыгнет прямо на арену.
Ксифомант-пристав подошел сзади, схватил, оттащил ее.
– Нет! Стас! – вырываясь, кричала она, – Стас! – ее утащили.
Ксифоманты в синей форме приставов, со значками золотых весов под гербом ордена, спустились на арену. Приблизились к Святу.
– Только попробуйте! – крикнул он, чуть не падая, – я перережу всех, кто попытается коснуться Стаса!
 
Я чувствовал, как медленно слабею. Как с каждой каплей крови, силы уходят. Казалось, становилось очень холодно.
– Свят, – позвал я.
– Отвянь! Я занят, – зло проговорил он.
– Да пошел ты к черту! – улыбнулся я, – не дури, пропусти их.
– Заткнись!
– Кажется, – я с трудом приподнялся, оперся на стену половиной корпуса, – мой план оказался такой себе, я тебя недооценил, Свят. Что ж, я попробовал и проиграл. Отойди, прошу, – серьезно и твердо сказал я, – не делай глупостей.
Он обернулся, взглянул мне в глаза. В его взгляде читались страх и настоящая горечь.
– Послушай Малинина, – проговорил Дюраан, – черт, – осекся он, почему стало так холодно?
– И правда… Холодно, – задумчиво проговорил Свят.
Я подул в воздух, облачко пара вырвалось изо рта.
– Это что, снег? – удивленно проговорил Дюраан, – в сентябре?
Я поднял взгляд. На стекло прозрачной крыши падал снег. За окном поднялся и завыл ветер. Снегопад быстро превратился в метель.
Внезапно погас свет. С трибун доносились растерянные голоса. Вспыхнул аварийный источник света, тускловато осветил помещение. Я с удивлением обнаружил, что ксифоманты-приставы лежат на арене мертвыми. Все ахнули. Свят с Дюрааном стояли, растерянно оглядываясь.
В центре зала стоял высокий широкоплечий и мощный мужчина. Одетый в белую броню из чего-то вроде кевлара, он казался футуристическим рыцарем.
Трибуны вскрикнули, тут же засуетились.
– Всем оставаться на местах! – прозвучал низкий голос мужчины, – здание под ледяным куполом. Помощи ждать неоткуда! Выполняйте наши требования, и все останутся живы!
 Глава 27. Под куполом 
 
Утро перед судом.
Нижний город, склад-терминал № 37
– Кто ты? И как нашел меня? – проговорил Юрий, – что тебе нужно?
– Я друг. Я всегда нахожу то, что мне нужно, В этот раз мне нужен был ты, и твои люди. – Голос звучал странно, приглушенно, но уверенно и жестко.
Незнакомец стоял в тени. Юрий смотрел и видел только высокую фигуру мужчины. Широкие плечи, длиннополая шинель, капюшон. Юрий чувствовал внутреннюю силу, исходящую от этого человека.
– У криомантов нет друзей, кроме других криомантов, – нахмурился Юрий.
– Криоманты ошибаются.
– Обычно, – холодно начал он, – те, кто так думает, живет недолго.
– Пока все говорит мне, – мужчина шагнул на свет, и Юрий увидел под капюшоном белую маску, – что не ошибся. Вольнин обвел вас вокруг пальца. Он хочет пожертвовать вами.
Юрий ничего не сказал, он пристально смотрел на мужчину исподлобья.
– Молчишь, – человек в маске стал, скрестил руки на груди, – потому что знаешь, что я прав.
– Ты ксифомант, – спокойным, твердым голосом проговорил Юрий, – стоишь, как ксифомант. Опираешься на правую ногу. Так проще извлекать ваши зубочистки из ножен.
– Я никогда не был ксифомантом, – Юрию показалось, что человек в маске произнес это с гордостью.
Юрий не ответил. Он привычным образом держался совершенно безэмоционально.
– Чего ты хочешь? – проговорил наконец он.
– Помочь.
– Лжешь.
– Ты вправе не верить, – Маска посмотрел на него как-то свысока, и Юрию это не нравилось, – уходи, если хочешь. Я не держу тебя. Но мы оба знаем, что сегодня вечером, после суда поединком, вы все до единого умрете. Вольнин разменяет вас, как пешки. Добьется своего, а к утру ты уже будешь кормить червей.
– У криомантов есть план. Мы выстоим.
– Позволь предложить тебе план получше. А еще помощь. Вы будете не одни. Вас не бросят.
– Я тебе не верю.
– Уходи, – серьезно сказал Маска. Повторяю, я не настаиваю.