Уроки Делвиля. Молчи о фэйри

– Прячьтесь! Быстро! – скомандовал он нам.
Как, еще не все? Я же…
Шаги и какое-то странное ощущение быстро вернули меня в реальность. Правда, место под лестницей было занято, младшие толком не проснулись, и мы просто не успевали добежать куда-то еще.
Прямо сквозь стены в дом скользнули тени и уже внутри сделались материальными. Мужчинами. Воинами. Облаченные в черные одежды с кожаными вставками, они скрывали верхние половины лиц масками и одним своим присутствием внушали легкий ужас, граничащий с желанием свалиться без чувств и прийти в себя, уже когда все закончится.
Я прижала перепуганных детей к себе.
Джайтелл принял какую-то стойку, и кончики его пальцев засияли через один: золото, серебро, золото, серебро…
Порыв ветра – явно же не природного – распахнул дверь. Откровенно наслаждаясь моментом, в дом вплыла женщина. Медленно. Немного красуясь. Может, даже много. Все присутствующие, включая даже меня и детей, откровенно любовались. Тонкий стан, идеально средний рост, наряд, будто состоящий целиком из магической дымки, струится и соблазнительно льнет к точеным формам. Совершенно прекрасное лицо и длинные волосы цветом чернее безлунной ночи. Обычно я не так щедра в описании других женщин, но тут… Если все дамы в окружении Джайтелла так же совершенны, нечего удивляться, что я для него всего лишь надоедливая младшая сестра лучшего друга.
Едкая досада заставила меня отвести взгляд от дивного явления… и вовремя, потому что получилось сделать два наблюдения сразу.
Джайтелл ею не любовался, на его лице застыло с трудом сдерживаемое отвращение.
Но главное и самое волшебное на сегодня, пожалуй, это появление Трэнта вверху лестницы. Самолюбование красотки сыграло с ней злую шутку. В том смысле, что некоторое время она тоже была занята исключительно своим эффектным появлением. Этого времени Трэнту хватило на небольшое колдовство – и на нас с младшими будто полинявшее покрывало опустилось.
Он нас спрятал.
А потом… я толком не поняла, как мы оказались вверху лестницы.
Жестом Трэнт приказал сдвинуться вправо и приложил палец к губам. Ясно. Надо сидеть тихо. Я обняла сжавшихся от страха младших еще крепче и постаралась сама не трястись. Что угодно. Все, что угодно, лишь бы это закончилось хорошо.
– Глупо было подставлять алэ, не находишь? – Да-да, голос красотки был именно таким, каким я слышала его еще до ее появления.
– Нелепо слышать советы, касающиеся отношений с людьми, от тебя, – презрительно бросил Джайтелл.
– Не смей мне дерзить!
– Иначе что? Поставишь меня в угол?
Как посмотрю, там высокие отношения.
Платье красотки жило какой-то своей отдельной жизнью. Вот сейчас клочок тьмы отделился от него и «прилип» к подобию короны с кривыми черными зубцами на ее голове. Дамочка что, с карнавала сбежала?
– Взять их! – прошипела она… и даже при этом ее голос звучал восхитительно. – Хоть кого-нибудь!
Ее воины растерянно обозрели опустевшую лестницу. Да, так, наверное, и бывает, когда в обязанности входит восхищаться госпожой.
Путь на второй этаж им отрезал Трэнт, спрыгнув с лестницы и осыпав врагов заклинаниями. Они, конечно, ответили, и… будет чудо, если к рассвету у нас все еще сохранится дом.
На Джайтелла напала сама коронованная красотка. Ее пальцы светились серебром и фиолетом, и она с первого же удара умудрилась разбить окно, но Джайтелл лишь рассмеялся. Будто считал, что она не может ему навредить, но зачем-то все время искал взглядом нас… Нет, он, конечно, дал ей сдачи. Ее отшвырнуло к стене, но даже не приложило толком. Зато в ответ она подловила момент, когда противник снова отвлечется, высматривая самых беззащитных, и… я не поняла, что она сделала, но Джайтелл выругался, и кровь из разбитой губы потекла по его подбородку.
Трэнту приходилось труднее. Удар – блок. Удар – разворот, перекат. Я не подозревала, что мой брат может быть таким, драться с четырьмя воинами и одного почти сразу вырубить, наносить удары, уворачиваться от нападений и одновременно творить заклинания.
 
От страха за него сжималось горло.
И Джайтелл зачем-то постоянно контролировал взглядом его и нас.
Родители, наверное, одурманены каким-то сонным воздействием, но им же лучше. Главное, чтобы чужие не прорвались на второй этаж.
А вот мне чувствовать себя бесполезной было противно…
Я уже придумала, что именно могла бы сделать. Нечто такое, до чего не додумаются маги. Но для этого нужна свобода движений и увесистый предмет, и пока я сижу под «покрывалом», хитрость не осуществишь. Вылезу – выдам младших. Вот и сижу. Терплю. И молю Небеса, чтобы все поскорее закончилось, и закончилось хорошо.
Защита портит видимость, все как сквозь пелену. К тому же движения магов смазанные. Чистыми остаются лишь звуки: звон стекла, грохот, короткие переговаривания. Пол испорчен, два окна разбиты, старинные перила сломаны… Может, соседи услышат и вызовут патруль?
Надежды на это мало, но…
Пропустив удар, Трэнт закашлялся. И успел выставить щит, когда в него полетели сразу два заклинания, но один воин шагнул на лестницу.
Дико закричал и осыпался пеплом.
На лице Джайтелла мелькнула тень ухмылки.
А вот дамочка позволила себе потратить драгоценное мгновение на эмоции, за что и поплатилась. Теперь и у нее губы были в крови. Следующим ударом Джайтелл сбил с ее головы уродливую корону – ловко и обидно.
Корона заложила красивый вираж и упала рядом с моей ногой.
Да ладно?!
Айрина испуганно всхлипнула и спрятала лицо у меня на груди.
Я же, особенно не задумываясь о том, что делаю, затащила корону под «покрывало» и прикрыла подолом халата.
В следующий раз мне повезло через некоторое время. То есть внизу только так летали предметы, и к нам иногда прилетало что-нибудь, но все не то. Бронзовая статуэтка стала просто подарком судьбы.
Я вцепилась в нее… неловко передвинула ногу и оцарапалась о злосчастную корону, чувствую, до крови… но времени разбираться с этим не было.
– Леська, ты так улыбаешься… – зашептал Джонатан.
– Тихо! – шикнула на всех сразу я.
Размахнулась.
Бросила.
В этот раз немного промазала, да и магия защищала негодяйку… но, как выяснилось, не от того, что кто-нибудь ей заслуженно врежет. Мое оружие прилетело ей прямо в плечо. Может, я выдаю желаемое за действительное, но показалось, что там что-то хрустнуло.
О, как она взвыла! Половина ее нереальной красоты растаяла в одно мгновение.
Никогда и никто на меня не смотрел с такой ненавистью.
Джайтелл показал мне большой палец вверх, затем разделил свою магию по цветам: золотые кольца путами захватили женщину, оставив ей возможность разве что дергаться, а серебряные молнии ужалили мужчин, и они рухнули на пол.
Но расслабляться было рано.
– Будите родителей, – приказал Джайтелл. – Будите, пока они не проснутся.
Воздействие.
Ну, это было очевидно.
Младшие побежали выполнять приказ, а я на трясущихся ногах последовала за ними.
Папа чувствовал себя так, словно накануне много выпил и теперь страдал от похмелья, чего вообще-то с ним почти не бывало. Маму пришлось будить долго. Она открыла глаза, только когда Шон с Айриной расплакались. А наш старенький дворецкий, который служил в доме, сколько я себя помню, так больше и не очнулся. Сильное сонное воздействие оказалось для него смертельным.
Вот после этого решение Джайтелла оставить мерзавку с дружками прямо в саду, и пусть там валяются, пока не придумают, как выпутаться из его чар, уже не казалось мне жестоким… Будь моя воля, я бы ее еще и ногами попинала!
– Собирайтесь, – Джайтелл продолжал уверенно командовать. – Только самое необходимое. Времени в обрез.
Разгромленный дом и остатки сонного воздействия не оставляли сомнений в серьезности ситуации, но управлять взрослыми людьми с титулом все же посложнее, чем перепуганными детьми.
– Молодой человек, может, для начала вы попытаетесь объяснить, в какие неприятности вы нас втравили? – Не то чтобы у папы получилось убедительно, но он старался.