Моя страна - прежде всего! (СИ)

— Ты врун, Гюнтер… — рассмеялась Ханна, пальцем рисуя на его животе какие-то узоры. — Но иногда так приятно обманываться. А вот я думала о тебе каждый день, и это правда! Представляешь, иногда сижу за своим столом, смотрю на документ и не понимаю что читаю… Потому что мысли о тебе.
— Ты что, правда влюбилась в меня? — спросил Гюнтер. Внутри него происходила какая-то странная борьба. С одной стороны, он похолодел, представив как в его гарем втиснется ещё одна особа и что произойдёт если об этом узнают другие его женщины. С другой… Чувство собственника и мужское эго радостно приветствовали такое предположение. Ещё бы, иметь возможность часто трахать такую роскошную женщину, которая будет выплёскивать всю свою сексуальность только на него одного! И это не считая того что Ханна занимала одну из высших должностей в далеко не последнем министерстве Рейха! Она имела огромное влияние на формирование умов и настроений немцев и даже сам колченогий болтун, её начальник, прислушивался к советам своей заместительницы! Было бы непростительной глупостью разорвать с ней связь. Да он и не собирался этого делать, чувствуя что Ханна, как-то незаметно, умудрилась тоже занять своё место в его огромном сердце. Поэтому он и ждал её ответа с таким волнением, ведь если она скажет что любит его то пути назад уже не будет…
— Знаешь, милый… — помолчав, ответила женщина, поглаживая волосы на его груди. — Раньше я думала что мы просто любовники. Но скоро поняла что не испытывала к другим даже половины чувств которые ты у меня вызываешь. Просто как-то проснулась утром и поняла что хватит себя обманывать, дурочка! Ты попалась, Ханна! Незаметно запуталась в липкой паутине и поняла что… — она глубоко вздохнула и продолжила… — что не хочу из неё освобождаться. Наоборот, хочу ещё сильнее запутаться, чтобы навсегда остаться в ней… Такое странное чувство! Мне так хорошо рядом с тобой, Гюнтер! Ты намного младше меня но рядом с тобой я чувствую полный покой и безопасность! Словно я очутилась под крылом могучей птицы! Раньше я считала что моя настоящая жизнь — это работа! Ведь мне нравится там работать, я знаю что нужна на своём месте и с удовольствием погружалась в неё, видя результаты на улицах, в речах на радио… А теперь ты открыл для меня новую радость! Кстати, есть ещё одна причина по которой я от тебя уже никуда не денусь… Но про неё скажу попозже, когда окончательно пойму кое-что. Так что да, милый… Я люблю тебя! — закончила она, приподняла голову и нежно поцеловала его в губы.
Гюнтер ответил, внутренне ликуя. Да, ему предстоят ещё большие сложности и разборки внутри своего гарема, но плюсов всё же было больше, по его мнению.
— Что ж, тогда и я тебе скажу… Я люблю тебя, моя Ханна! — с этими словами уже он поцеловал её и с радостью ощутил ответный порыв. — Но как быть с твоим мужем? Дело не в ревности, он мне не соперник, просто ты станешь себя компрометировать и твоя репутация быстро рухнет. Тебе это нужно? — риторически спросил Гюнтер.
— Муж… — горько усмехнулась она. — Ничтожество, которое треплет мне нервы уже долгое время… Раньше я терпела его но теперь хватит. Если ты захочешь, я могу подать на развод хоть завтра! Не думаю что будут большие трудности. Конечно, он попытается выжать из меня как можно больше денег но я это улажу. А ведь когда-то он был совсем другим… Даже в чём-то похожим на тебя… Но увы… Он опустился и превратился… в животное! — буквально выплюнула это слово женщина.
— А репутация? Знаешь, после того как я себя сегодня отпустила и целовалась с тобой у всех на глазах… Сплетни в министерстве всё равно пойдут, мне ли не знать болтливость своих сотрудниц? — фыркнула Ханна и поудобнее разлеглась на нём. — Ну и плевать! Завтра, перед отъездом, я ещё и не то покажу! Пусть все знают что я по настоящему счастлива и не намерена больше скрывать это! Вот так! — разошлась женщина.
Гюнтер тихо засмеялся и прижал её покрепче к себе.
— Какая ты у меня воинственная! Что ж, тогда нам надо основательно закрепить наш договор. Соединиться, так сказать, вплотную..
 
— Что ты имеешь в виду? — подозрительно спросила Ханна, когда он начал поворачивать её к себе задом. Внезапно её глаза расширились и она попыталась вырваться. — Нет! Гюнтер, пожалуйста! Давай не сейчас?
— Почему же нет? — пожал он плечами, пристраиваясь сзади. — Я отдохнул, ты тоже, у нас впереди вся ночь, нельзя зря терять такую возможность, верно?
— Хорошо, но только не туда! — умоляюще попросила женщина, глядя на него через плечо. — В тот раз там болело дня два..
— Это от непривычки! — "успокоил" её Гюнтер, предвкушая будущее удовольствие. — Чем чаще мы будем с тобой этим заниматься тем быстрее ты привыкнешь ко мне… и к Нему! Ты теперь полностью моя женщина, поэтому лучше прогнись и расслабься… Да и вообще, неужели забыла как потом сама извивалась и просила не останавливаться? Разведи их руками… — велел он, смазывая её отверстие своей слюной. Впрочем, женское влагалище, судя по его пальцам, снова начало увлажняться, значит, вопреки словам Ханна тоже этого хочет, просто немного боится… Или специально дразнит?
— Ох, Гюнтер, ты настоящий извращенец… — обречённо прошептала она, окончательно покоряясь. — Неужели тебе нравится когда мне больно?
— Мне нравится когда тебе хорошо! — поправил он, упёршись стоячим членом в нужное место. — Я не виноват в том что твоё удовольствие часто рождается из боли и даже унижений. Так что, шлюшка, хватит болтать! — командирским голосом рявкнул Гюнтер, ощущая как возбуждение снова захлёстывает его. — Сегодня ночью твоей роскошной заднице предстоит много чего пережить, а значит меньше слов больше дела!
Его член, наконец, начал движение, раздвигая сморщенное отверстие ануса и медленно стал погружаться внутрь попки Ханны.
— Аххх… осторожнее… — вскрикнула женщина, вся напрягшись. — Мне больно! Помоги мне..
Гюнтер, с трудом достигший почти полного проникновения в задницу Ханны, прикоснулся губами к её ушку и прошептал:
— Я люблю тебя, моя девочка… Я всегда буду любить тебя… Никогда не брошу и буду защищать даже ценой своей жизни… Ты моя и я никому тебя не отдам! Поняла? — одновременно его палец начал массировать мокрый клитор, отчего она вздрогнула от удовольствия и выгнулась ещё больше.
— Да!!! — закричала женщина. — Да-да-да-да!.. Я… люблю… тебя… Гюнтер! Делай со мной что хочешь!.. Всё!
И сама качнула попкой насаживаясь на его член. Погружаясь в пучину удовольствия Гюнтер успел подумать что в эту ночь спать им вряд ли суждено..
  
Глава 68
 
Москва.
8 мая 1940 года. Поздний вечер.
Залесский Алексей Дмитриевич.
Ещё! Ну же! Последнее усилие!..
Он поднатужился, обливаясь потом и, согнувшись, снова надавил на проклятую крышку люка которая уже несколько часов держала его взаперти. Усталое тело отдавало все свои силы чтобы вырваться на волю. Стоя на лестнице трудно было расположиться с комфортом, к тому же давали о себе знать ушибы полученные в драке с этим юнцом.
Тяжёлая крышка приподнялась и появился зазор межу нею и поверхностью пола. Уже хорошо… Долгое время Алексей бил, стучал снизу в люк с тех пор как понял что пленник окончательно сбежал, заперев его самого на своём месте. Какая ирония судьбы! Стиснув зубы от злости он снова начал толкать крышку. В результате тяжёлый шкаф, лежащий на люке и мешавший своим весом поднять его, начал смещаться в сторону. Да, это было медленно и муторно но ничего другого ему не оставалось. Время работало против него… Во что бы то ни стало Залесскому надо было вылезти из заточения и сбежать до того как чёртов Саша доберётся до своих любимых нквдшников и приведёт их сюда… А то что он это сделает, в этом у него сомнений не было.
Расстояние между люком и полом стало ещё больше, теперь можно было просунуть руку, если понадобится… Немного передохнув Алексей снова напрягся и стал давить на крышку, игнорируя боль в спине и руках. Осталось уже немного, надо постараться!.. Наконец, ещё через минут пятнадцать, шкаф передвинулся достаточно чтобы он мог вылезти из погреба и разлечься на полу, глубоко дыша. Сердце бешено стучало от нагрузок, во рту было сухо как будто Залесский побывал в Средней Азии.