Моя страна - прежде всего! (СИ)
Внезапно раздался стук в дверь и на пороге появился проводник, за которым стояла красивая женщина, одетая в воздушное платье чёрно-белого цвета, отделанное кружевами на зоне декольте и кистях. На голове её была широкая белая шляпа с большим павлиньим пером, в руке маленькая сумочка, покрытая блёстками.
— Ещё раз здравствуйте, фрау Грубер! — поприветствовала она женщину, пройдя мимо молчаливого проводника, который закрыл за ней дверь. — Надеюсь, вы не возражаете против моей компании?
Ханна мысленно поморщилась. Вот чего эту русскую сучку сюда принесло? Не сидится ей в своём купе? Но лицо женщины расплылось в радушной улыбке и она приветливо ответила:
— Что вы, Ольга, конечно нет! Я очень рада что вы заглянули ко мне! Присаживайтесь!
— Спасибо, фрау Грубер! — поблагодарила её известная актриса и присела напротив.
— Можете называть меня просто Ханна, я не возражаю… — предложила она, продолжая улыбаться.
Немецкая актриса русского происхождения Ольга Чехова была элегантной женщиной и, вдобавок, очень красивой. Вчера Клара доложила ей что в городе находится в числе прочих и она, удостоенная звания Государственной актрисы в 1936 году. Дважды побывав замужем и родив дочь, которая тоже была Ольгой и пошла по стопам матери, она до сих не растеряла своего очарования, умудряясь в свои 43 года великолепно выглядеть. Этот факт, неизвестно почему, раздражал Ханну, которая была всего на год её старше. Сделав выбор в её пользу и предложив Ольге поездку для поднятия духа воинов СС сейчас она уже начала жалеть об этом, так как почувствовала рядом невольную соперницу. Хотя, казалось бы, причём тут это?..
— Прекрасная погода, не так ли? — светски спросила киноактриса, вынув из сумочки небольшой веер и начиная обмахиваться.
Проследив взглядом дорогой и очень красиво украшенный аксессуар Ханна ответила:
— Вы правы, Ольга, сегодня довольно тепло… — решив сменить тему, она спросила: — Скажите, вы уже знаете что сказать нашим мальчикам при встрече?
— Думаю, да… Военные не слишком взыскательные в этом плане, поэтому я решила просто поговорить с ними, рассказать о себе. Сфотографироваться и дать автографы, если понадобится… — рассказала свою задумку актриса, закрыв глаза и плавно качая веером.
Ханна внимательно смотрела на неё. С самого детства ей внушали что русские — это варвары, грязные, косматые животные, которые только и могут что пить водку и плясать с медведями под балалайку. Сначала она в это верила но потом, повзрослев, к ней закрались некоторые сомнения… Ведь если так судить то как могла толпа пьяных варваров так долго сдерживать натиск армии кайзера? Да и Петербург с Москвой на фотографиях не были похожи на жилища недочеловеков. Хотя, может представители интеллигенции, такие как эта Ольга, выглядят как люди а простые русские совсем другие? В прошлом ей не доводилось разговаривать с русскими эмигрантами, почему бы сейчас этого не сделать? Всё равно в дороге делать нечего а так можно восполнить пробел в знаниях и удовлетворить своё любопытство. Естественно, мнение одного человека может быть пристрастным но что Ханна потеряет? Да ничего!
— Ольга, я совсем ничего не знаю о ваших соотечественниках… — начала она, усевшись с ногами поудобнее на своём сидении. — Может, вы расскажете кто такие русские на самом деле?
Актриса открыла глаза, медленно повернула голову и слегка улыбнулась. Её глаза, подведённые тушью, и накрашенные губы придавали ей вид женщины-вамп.
— Кто такие русские, спрашиваете вы? — повторила Ольга, отложив веер и задумчиво посмотрев в окно. — Что ж, я могу вам рассказать… Но моё повествование может быть долгим.
— А мы никуда не спешим! — парировала Ханна, усмехнувшись. — Ехать ещё несколько часов так что начинайте, я вас внимательно слушаю!
Глава 66
Германия.
8 мая 1940 года.
Ханна Грубер.
— Русские… это такая нация которую никто никогда не поймёт! — заговорила Ольга, не отрываясь от видов за окном. — Для того чтобы нас понять надо жить с нами. Долго жить. Разделять беды и горести, победы и успехи… Да и то не всегда получится. Наверное, любой иностранец сталкивается с этим. Например, я… Живу в Германии уже двадцать лет но всё равно не всегда могу понять вас, немцев. Точно так же и вы вряд ли сможете понять нас. Это нормально, просто у нас менталитет разный.
— Понимаете, Ханна, русские отличаются от всех остальных народов обострённым чувством справедливости! — продолжила женщина. — Бывает, что мы действуем даже вопреки не только элементарной логике но и собственной выгоде. Просто потому что считаем это правильным! Мы добрые если к нам с добром, готовы отдать последнюю рубашку с тела. И в то же время бываем очень жестоки, наплевав не только на чужую жизнь но и на свою. Да, у нас много неприятностей в жизни, всяких проблем, правители бывают слабые или жадные… Да, это так! Но.. — Ольга запнулась и замолчала на несколько секунд.
— Но всё это наши особенности! Хорошие или плохие, но они наши! — снова заговорила актриса и в её голосе появилось волнение. — В нашем народе спит великая сила, которая просыпается, к сожалению, только тогда когда стране угрожает смертельная опасность. А пока этого нет… мы терпим когда нас бьют, унижают, притесняют. Часто говорим что это всё ерунда, лишь бы не было войны. Вот наш самый главный страх! Мы миролюбивы когда нас не трогают, пока не пытаются прийти всякие Карлы, Наполеоны… И вот только тогда эта сила просыпается и объединяет нас! Правильно Россию сравнивают с медведем. Пока он спит, всё спокойно. Но не дай Бог какому-то охотнику начать его дразнить, думая что быстрые ноги или винтовка спасёт его… Нет, не спасёт! Даже раненый медведь смертельно опасен! Просто не надо лезть к нему, вот главный постулат для иностранцев! "Кто к нам придёт с мечом — тот от него и погибнет!" Это слова одного из наших древнерусских князей, который защищал северо-западные рубежи Руси от крестоносцев.
Ханна не была сильна в истории и не поняла как освободители гроба Господня могли оказаться на границе древней России, но решила не уточнять. Вместо этого просто кивнула, показав что вся во внимании.
— Я хочу сказать что не важно сколько будет врагов! Не важно чем они будут вооружены! Если Россия поднимется и пойдёт на врага то уж потери считать не будет, ни свои ни, тем более, чужие! Важна только победа, всё остальное второстепенно! — взволнованно сказала Ольга, неосознанно снова взяв в руки веер. — Жертвенность нашего народа всегда была очень высока. Просто когда на нашу землю приходят чужие то все русские на время откладывают всё менее важное, берут оружие и идут на врага.
— Скажите, что вы испытываете к большевикам, которые сейчас захватили вашу страну? — решила узнать Ханна. — Наверное, ненавидите?
— Мне их жалко… — грустно покачала головой актриса. — Их просто оболванили, внушили чужие мысли о равенстве и братстве и они пошли против своих соотечественников. Гражданская война — это самое худшее что может произойти в любой стране. Когда брат идёт на брата а сын на отца, это… это ужасно! Такого просто не должно было быть!
— Неужели вы не хотели бы их наказать? — удивилась Ханна словам Ольги. — Ведь они лишили вас Родины, близких и знакомых?
— Да, раньше я хотела это сделать! — подтвердила женщина. — Но потом подумала и решила что если русский народ сам выбрал себе такую власть то пусть и живёт с ней. Лично у меня нет никакого желания возвращаться туда пока правят коммунисты, но если случится что-то такое что изменит страну то, конечно, я приеду… Снова хочу увидеть Москву, Кремль, собор Василия Блаженного, если его не разрушили большевики. Пройтись по Красной площади, по другим улицам… И Петербург тоже… Его старинные каналы, помнившие Петра Великого и поступь гвардейских полков… — её голос дрогнул а в уголке глаза показалась слезинка. Вытащив из своей сумки платок, актриса осторожно вытерла её и сглотнула. — Извините меня, Ханна.