Моя страна - прежде всего! (СИ)

— Как? — заинтересовался он. — А ведь верно! Отлично сказано! Тогда была именно такая ситуация, мы просто не имели права отступить! Да, как показали дальнейшие события, наша армия, как обычно, оказалась не готовой к войне но когда было по иному? Похоже, это наша национальная традиция, вступать в войну полуголым… Потом, получая тумаки, мы шустро одеваемся, вооружаемся и берёмся за дело серьёзно!
Оба помолчали. Саша, потому что ждал продолжения. А Алексей, скорее всего, подбирал слова. Наконец, он снова заговорил:
— Жалеешь рабочих и крестьян, да? Ах, какие они бедные и несчастные! Недоедают они, дети их голодные… Деньги им мало платят… — издевательски протянул он и со злостью сплюнул на пол. — Да что ты знаешь о них? Ни хрена ты не знаешь, извини за выражение! Я, хоть и маленький тогда был, а кое-что помню! На нашей улице жил один мастер с завода "Руссо-Балт". Он работал в мастерских на Эртелевом переулке, 10. И слышал как он жене своей говорил о некоторых рабочих которые, едва получив деньги тут же шли в кабак и пили… А потом били своих жён или детей! Отец говорил что сам мастер, Матвей Иванович, раньше тоже был рабочим на другом заводе но прилежно работал, учился, не пил, поэтому и поднялся высоко. А этим лишь бы свою глотку залить поганым пойлом! — снова сплюнул Алексей. — Да и потом, уже повзрослев, я сам не раз видел когда твои "бедные" рабочие, уже как бы советские, шатались пьяными или с похмелья по улицам, выпрашивая на водку… Так что дело тут не в злобных начальниках, которые деньги зажимали, а в самих рабочих! Те, которые нормально работали, могли бы повторить путь мастера Матвея, но зачем? Гораздо же легче и приятнее пить и ругать власть, которая не даёт им, таким особенным и работящим, хорошо жить… Словом, все вокруг виноваты что я такой нищий и голодный! — покачал головой собеседник Саши.
— Потому эти отщепенцы и пошли за большевиками, те же убеждали их что виноваты не они сами а другие, которые могут себе позволить больше. Вот эти алкаши и с радостью поверили. Зачем упорно трудиться если можно взять оружие и пойти грабить тех у кого есть хорошая еда, одежда, дом? Запомни, большинство людей — это скоты, которые просто вынуждены вести себя прилично из-за страха наказания! Как только этот страх исчезает то всё… они сбрасывают с себя тонкий налёт цивилизации и превращаются в зверей. Это и случилось в тот день когда я… — он запнулся и стиснул зубы так что желваки катнулись. — Когда я потерял свою мать и Тихона. Они просто почувствовали безнаказанность. Полиция разбежалась и попряталась, остановить их некому… Да и оружие в руках придаёт уверенность. Замаскировать грабёж, изнасилование и убийство под благородные цели справедливости, что может быть приятнее? Да и совесть, если что, не будет мучить… Хотя, о чём это я? Какая совесть может быть у них?
Он порывисто встал и начал разминать ноги, видимо, отсидел из-за долгого разговора.
— И теперь ты серьёзно думаешь что после ТАКОГО я прощу их? — спросил Алексей презрительным тоном. — Скажу "Извините, товарищи рабочие и крестьяне, я понимаю как вам туго жилось и поэтому прощаю вам смерть моей матери? Никаких обид у меня к вам нет, что уж тут поделаешь, бывает.." Пущу слезу от их горестных историй о семерых детях на лавках, измордованной жене, покосившимся доме и недостатке угля или дров зимой? Войду в их положение, дескать, лес рубят и щепки летят? — продолжал мужик, постепенно повышая голос. — Значит, смерть моей матери, Тихона, арест Маши это всё щепки!!?? — внезапно взревел он ярости. — Необходимые смерти ради высшей цели и общего блага народа!? Да клал я на такие цели если они требуют таких жертв, понятно?!! Пусть, суки, живут в нищете, пусть подыхают от голода, если не могут нормально заработать на хлеб как другие! Чем им мешала жить моя мать, а? Она всегда была добра к простым людям, делала пожертвования, работала в госпитале сестрой милосердия! И что за это получила в благодарность? Попытку изнасилования и смерть от пули в собственном доме?
 
— Я понимаю, таким делам нет прощения. На твоём месте, скорее всего, я чувствовал бы то же самое… — признался Саша.
— Дай Бог чтобы ты не чувствовал то что чувствую я уже много лет! — ответил Алексей, постепенно остывая. Он снова вытащил папиросу и закурил, уже в третий раз. Пальцы его мелко дрожали и мужик сломал одну спичку прежде чем смог зажечь её. — Вся моя жизнь — месть! Вот что меня держит на свете! Именно поэтому я и помогаю другим членам нашей организации. Чтобы вся эта преступная власть, правившая в Москве, окончательно рухнула похоронив под собой всех тех кто её возводил, кто пользовался плодами труда, созданными на крови её граждан. Я хочу чтобы ты помог мне в этом, Александр! — внезапно сказал он и уставился ему прямо в глаза.
Саша сглотнул, удивлённый и растерянный. Выходит, его просто-напросто нагло перевербовывают? Теперь понятно почему его похититель вчера сказал что может даже отпустить его… Ясно дело, если Александр станет их сторонником то зачем его дальше держать? На воле он принесёт им гораздо больше пользы. Особенно, если начнёт давать Берии и Сталину "правильные" советы. Возможно, ему устроят правдоподобный побег, как это делали со своими завербованными агентами особо хитрые гестаповцы. И что теперь ему делать? С одной стороны — можно гордо отказаться. Тогда его ожидают, скорее всего, пытки и смерть. К тому же, одно дело если бы он действительно души не чаял в коммунизме и великом учителе, товарище Сталине… Но ведь нет, Саша вовсе не был таким! Пусть коммунизм и социализм на самом деле дал много хорошего людям но и минусов, на его взгляд, тоже было немало. Будь вместо него ностальгирующий по СССР попаданец, которому ненавистно всё что сейчас есть в Российской Федерации, то выбор был бы очевиден. Александр много читал таких книг, особенно ему запомнилась серия про Илью Лисова. Но это был явно не его случай… Хорошо, а если посмотреть с другой стороны? Допустим, он согласится. Или сделает вид что его убедили. Тогда шанс выжить значительно повысится. Его выпустят и он сможет вернуться обратно. Вот только какой ценой? Очень маловероятно что ему поверят на слово. Скорее всего, будут шантажировать чем-то что заставит его молчать или говорить то что им нужно. Например, заставят убить кого-то… А ведь есть ещё вероятность что Берия может просто не поверить в побег и правильно решить что его перевербовали, потому и не убили. Примерно то же самое было и с приказом Сталина о том что у СССР нет военнопленных, есть только предатели. И тогда получится что вернётся он только для того чтобы снова угодить в камеру, только допрашивать его станут уже гораздо жестче чем раньше… Тяжёлый выбор! Но решать что-то надо… Хотя..
— Мне нужно подумать! — твёрдо сказал он, глядя Алексею прямо в глаза. — Такие вопросы не решаются мгновенно. Я должен всё взвесить и решить.
— Молодец! — довольно усмехнулся тот, снова садясь на ступеньку лестницы. — Я бы точно не поверил, согласись ты прямо сейчас. Это было бы очень подозрительно. Конечно, ты можешь подумать… до завтра! Но советую тебе правильно оценить последствия. В обоих случаях, какое бы ты решение не принял, легко не будет. Это не игра, здесь второго шанса кинуть козыри не получится. Здесь погибают, если ошибаются.
— Я это понимаю… — хмуро кивнул Саша. — Именно поэтому и хочу всё хорошо обдумать.
— Что ж, тогда не буду мешать! — ответил Алексей и, словно что-то вспомнив, полез в карман галифе. — Вот тебе от меня небольшой подарок. Думаю, хлеб и колбаса тебе уже немного надоели? — с этими словами он кинул ему завёрнутый в хрустящую бумагу свёрток с дурманящим вкусом, от которого желудок снова радостно заурчал. — Воды тебе до завтра хватит, ведро вынесу тоже завтра. Всё, я пошёл. Кстати… судя по обстановке в городе, тебя не особо ищут. Никаких усиленных патрулей или чего-то другого. Видимо, посте того как ты рассказал всё коммунистам, больше в тебе нужды нет.
Александр промолчал. Слегка пожав плечами, его собеседник упруго выбрался наружу и захлопнул за собой люк. Послышался скрежет замка, удаляющиеся шаги, и всё стихло. Он снова остался в опостылевшем одиночестве. Но запах еды отвлёк его от размышлений. В темноте не было видно что за подарок оставил ему Алексей но нос и руки безошибочно распознали что это нечто типа пирожка, жирного и тёплого. Сглотнув, Саша осторожно откусил и замычал от удовольствия, чувствуя знакомый вкус картофеля. Не успев сдержаться Александр умял его всего за минуту, запив водой из фляги. Ощущая внутри приятное чувство, он глубоко вздохнул и снова стал перебирать все "за" и "против" обоих вариантов.