Моя страна - прежде всего! (СИ)

— Что ж, с лёгким танком мы закончили… Я прав, товарищи? — спросил он, готовясь перейти к следующему вопросу.
— Извините, товарищ Берия, у меня вопрос… — подал голос Ворошилов.
Лаврентий, хоть и остался недоволен, не показал этого и кивнул:
— Слушаю вас, Пётр Климентьевич.
— Я хочу спросить… этот новый лёгкий танк заменит наши бронеавтомобили или же они будут существовать параллельно? — поинтересовался приёмный сын "старосты".
Берия задумался, это был хороший вопрос. С одной стороны, броневики тоже нужны, они хороши для быстрых разведывательных рейдов. Вот только из-за того что машины были колёсными, то проводить эту разведку получалось только в сухую погоду или по нормальным дорогам, которые в стране часто отсутствовали. Стоило пойти дождю или же пустить броневики по бездорожью, их скорость и маневренность падала и они превращались в рычащие, медленно переваливающиеся по ухабам цели для вражеских артиллеристов. И это даже не упоминая их картонную броню. Нет, по мнению Берии, преимущества лёгкого танка перед броневиками очевидны. Пора заменять их в войсках, а всё семейство средних бронеавтомобилей серии "БА" отправить на переделку в качестве бронедрезин. Вот там они будут на своём месте, охраняя железнодорожные пути. Что же касается лёгких броневиков то они будут использоваться как курьерские машины при штабах, заодно охраняя их.
— Окончательно этот вопрос ещё не решён но рассчитывайте на то что скоро все функции и задачи бронеавтомобилей на поле боя возьмёт на себя "Т-50", товарищ Ворошилов… — ответил Лаврентий.
— Я понял, товарищ Берия.
— Теперь я хочу попросить вас открыть четвёртую страницу, товарищи. Там вы видите наш новый средний танк "Т-34", заслуга в создании которого, в основном, лежит на товарищах Кошкине и Павлове… Не будет преувеличением сказать что именно они заложили основу этой замечательной машины! — похвалил Лаврентий.
Оба гостя заметно смутились, особенно когда услышали тихие хлопки от стола Сталина, который, улыбаясь, смотрел на них.
— За хорошо выполненную работу эти товарищи в самом скором времени будут вознаграждены! — сказал Берия, усилив смущение и удовольствие на их лицах.
— Товарищ Берия, да ведь мы же не ради награды работаем! — подал голос Михаил Ильич, пытаясь скрыть довольную улыбку. Доброе слово и кошке приятно, а уж если оно заслуженно.. — Просто не хотим чтобы всякие враги лезли на нашу землю, да, товарищи? — обернулся он к остальным.
— Конечно, Михаил Ильич!
— Дело говоришь!
— Согласен, Миша!
— Я знаю это, товарищи! — кивнул Берия. — Но это поможет вам ещё лучше работать, даст стимул к новым высотам которые, несомненно, тоже покорятся вам.
— Спасибо, Иосиф Виссарионович! — дрогнувшим голосом ответил Кошкин, одновременно, зачем-то вытащив из кармана платок. — И вам спасибо, Лаврентий Павлович! Я клянусь… — он запнулся, но тут же исправился.. — Мы клянёмся оправдать доверие нашего народа и партии! Но это не только наша заслуга… Мне помогали много других людей, товарищ Берия. И особенно, Морозов Александр Александрович вместе с Кучеренко Николаем Алексеевичем. Без них мы бы не смогли создать наше могучее детище..
— Я думаю, товарищи Морозов и Кучеренко тоже достойны быть награждёнными, товарищ Берия… — внезапно послышался приглушенный голос Сталина.
Все тут же повернулись к нему и Лаврентий не растерялся:
— Так точно, товарищ Сталин! Я позабочусь об этом.
Вождь кивнул в знак согласия и снова занялся документами, предоставив возможность Берии дальше вести беседу.
— Как вы видите на рисунке, на танке стоит новая башня, с гораздо более мощным орудием чем в оригинале… Кстати, что вы можете сказать по этому поводу, Михаил Ильич? — спросил Лаврентий, желая проверить начальника КБ из Харькова.
Тот внимательно вглядывался в рисунок, поворачивая его к себе так и этак. Не сдержав любопытства, к нему снова склонились Котин и Ворошилов.
— Хм… Раз такая большая башня, значит… значит там наверняка будет место для ещё одного человека, который понадобится для обслуживания такого крупного орудия… — задумчиво протянул он. — Выходит, экипаж увеличится до пяти… Кстати, а какой калибр у этого орудия? Тут явно не 76 мм..
 
— Это уж точно, по мне так не меньше 107 мм… — высказал предположение Жозеф Яковлевич, погладив подбородок.
— Ну тут ты уж загнул… — не согласился с ним Ворошилов, нависнув над Кошкиным с другой стороны. — 107 слишком много… тут от 80 до 90 мм примерно… Какой странный калибр, ни к селу ни к огороду..
— Калибр орудия составляет 85 мм, товарищи! — сообщил Берия, поняв что если он не поможет то гадание на кофейной гуще может затянуться, а время Вождя, да и его самого, было дорого. — Это переделанный для танка ствол нашей тяжёлой зенитки "52-К" образца 1939 года.
— Конечно! — с досадой ударил себя по колену Кошкин. — Как я сам не догадался? Очень оригинальное решение! Кстати, товарищ Берия, а кто придумал поставить на средний танк такое орудие? Могли бы мы с ним поговорить? — спросил он с загоревшимися глазами.
— Нет, Михаил Ильич, к сожалению, это невозможно! По крайней мере, пока! — покачал головой Лаврентий. — Так что придётся вам довольствоваться тем что есть. Что ещё можете сказать по машине?
Все трое снова склонились над папкой.
— Ага, это командирская башенка… хорошее решение, улучшится обзор… дополнительные баки позволят увеличить дальность рейда… — пробормотал Пётр Климентьевич.
— С другой стороны, если они воспламенятся то танк превратится в душегубку… — охладил его энтузиазм Котин.
— Согласен, над этим нужно хорошо подумать… Как бы рыбку съесть и… Хм! — поперхнулся Михаил Ильич. — Извините!
Сделав вид что не заметил, Берия снова заговорил:
— Товарищи, вот что вы должны сделать. Сейчас броня "Т-34" составляет 45 мм, к тому же под хорошими углами наклона. На данный момент это нас устраивает но прогресс, особенно на войне, не стоит на месте. Поэтому задание будет такое: довести толщину брони по всей окружности танка до 75 мм.
— Лаврентий Павлович, но масса… и двигатель? — поднял на него глаза Ворошилов.
— Если существующий двигатель не будет справляться с нагрузками, значит сделаете новый, у вас для этого будет время… минимум, до начала нового года. Это ещё не всё, товарищи… Я хочу чтобы вы заранее продумали и не допустили у нового танка "Т-34-85" всяких "детских" болезней. Подвеска, коробка передач, фрикционы… в общем, чтобы после того как машина выйдет из заводского цеха, танкисты могли сесть внутрь и отправиться на фронт не беспокоясь о мелких недоделках. Понимаю, это очень трудно, но вы постарайтесь. Помните, цена ваших ошибок — погубленные жизни наших бойцов! Далее… Как оказалось, новая машина может быть довольно шумной, выдавая себя грохотом траков и гулом двигателя за несколько километров, тем самым на корню похоронив идею скрытности. Поэтому прошу в обязательном порядке "обуть" катки резиной на каждом танке. Если не будет чего-то хватать на заводах, звоните нашему наркому Александру Илларионовичу, он поможет.
Ефремов, внимательно слушавший разговор, кивнул и пометил что-то в своём блокноте.
— Есть мысль поставить на двигатель глушитель, чтобы снизить шум. Если это осуществимо то подумайте об этом, товарищи… — продолжал Берия. — Что ещё? Рассмотрите возможность установки резины также и на сами гусеницы. Я слышал, американцы так делают. Плюс, чтобы усилить сцепление с землёй в зимнее время, разработайте на них дополнительные грунтозацепы. Про оптику, думаю, повторять не надо? В ближайшее время мы начнём закупки в Германии и США, поэтому не экономьте, экипажи наших танков должны будут видеть врага издалека и не через мутный триплекс а так словно в окно посмотрели! Также подумайте про перископные приборы наблюдения вместо командирской башенки. Следующее… Каждый "Т-34", да и вообще, любой танк, должен быть оборудован рацией… Причём, хорошей рацией, которая не будет ломаться от сотрясений при езде и попадании снарядов. Ещё на каждой машине должно быть несколько огнетушителей. Внутренности танка должны быть обиты каким-нибудь подбоем чтобы уберечь людей от осколков брони при попадании снарядов. Ну и наконец, каждый танк должен быть вооружён зенитным крупнокалиберным пулемётом на башне, например, "ДШК".