Моя страна - прежде всего! (СИ)

Берлин. Рейхсканцелярия.
27 апреля 1940 года.
Адольф Гитлер.
Дверь кабинета открылась и фюрер увидел невысокого, респектабельно одетого японца с невозмутимым лицом. Иногда Гитлер, видя азиатов, спрашивал себя, сохранят ли они такую же невозмутимость если попадут в руки гестапо? Общение с ними не доставляло ему никакого удовольствия, поскольку он считал китайцев, корейцев и японцев расово неполноценными народами, численность которых, так же как и славян, нужно было резко уменьшить. Даже смотреть на их раскосые глаза было неприятно! Увы, обязанности политика и вождя состоят в том чтобы общаться даже с такими неприятными личностями ради блага Рейха.
— Прошу вас, господин Осима! — встав с кресла, Гитлер приглашающе протянул руку.
Японский посол в Германии коротко поклонился и потом пожал руку фюрера, который едва удержался чтобы не протереть её платком.
— Не хотите воды? — спросил Гитлер, пытаясь быть любезным. Хоть они с Японией и союзники но это не значит что он будет вести себя с азиатом подобострастно.
— Нет, господин Гитлер, спасибо! — отозвался гость, смотря на фюрера ничего не выражающими глазами. Его немецкий был довольно хорош, что позволяло им общаться без переводчика. Это был большой плюс для Гитлера, так как сведения, которые он хотел передать японцу, были сверхценны и абсолютно секретны.
— Наверное, вы удивлены тем что я пригласил вас приехать ко мне под вечер так неожиданно? — поинтересовался Гитлер, усаживаясь обратно в кресло.
Хироси Осима позволил себе лёгкую улыбку, которая тут же пропала, снова уступив место невозмутимой маске.
— Уверен, что для этого были основания, господин Гитлер… Моя работа заключается в том чтобы всегда быть готовым к неожиданностям и быстрым решениям.
— Понимаю… — согласно кивнул головой фюрер. — Дело в том, что я хочу чтобы вы прочитали содержимое этой папки прямо сейчас. После этого, если мы договоримся, я бы настоятельно просил вас немедленно вылететь в Токио и наедине поговорить с вашим императором. То что находится здесь, господин Осима… — он постучал пальцем по чёрной, кожаной папке, лежащей на столе.. — Настолько невероятно и ужасно что не хочется верить. Но, тем не менее, это правда. Если то о чём тут написано — сбудется, то наши с вами страны ждут неисчислимые бедствия и сокрушительный крах всех наших великих идей и планов!
Он подвинул папку к японцу. Тот несколько секунд смотрел на неё и потом перевёл взгляд на Гитлера. Наконец, нагнулся в кресле, открыл папку и начал читать. Фюрер тихо вздохнул, очередной Рубикон перейдён.
Гитлер долго колебался, доводить ли до сведения японцев откровения Гюнтера Шольке. Соображения секретности требовали молчать и всё делать самому. Но было и то что перевешивало такую секретность. Как ни крути, но японцы нужны ему, Германии. А если всё оставить так как было, то Квантунская армия так и простоит всю войну на границах русского Дальнего востока без всякой пользы, а это совершенно неприемлемо! Конечно, своим присутствием она свяжет много советских частей, но их всё равно хватит чтобы сражаться с ними, немцами. Нет, ему нужно чтобы японцы снова напали на русских в подходящий момент и, тем самым, отвлекли несколько советских армий от Восточного фронта.
И для этого им была проведена специальная работа. Для начала подобрали одну из недобитых евреек, усадили её за печатную машинку в кабинете Гитлера и приказали работать. Та печатала целую ночь и утром работа была закончена. Женщине, по личному приказу фюрера, вышибли мозги на окраине города, труп похоронили там же.
Сама папка содержала в себе отредактированную версию Шольке. Особый упор там делался именно на Японии. Обострение отношений с США, введение эмбарго, вскрытие янки японских шифров, нападение на Перл-Харбор, первоначальные успехи и сокрушительное поражение. Американцы, в этой версии, разбомбили половину городов Японии, потери гражданского населения составили несколько миллионов человек. Потом последовало вторжение на Острова, совместно с советскими войсками, до этого раздавившими Квантунскую армию на материке, в том числе, используя химическое оружие. Отчаянное, безнадёжное сопротивление остатков Императорской армии и флота. Массовые убийства и изнасилования со стороны советских и американских солдат. Пытки и повешение большинства генералов и адмиралов Японии, включая самого Тэнно. Жесточайший оккупационный режим в стране и разделение её на несколько частей. Всё это было напечатано сухим, бесстрастным языком, отчего впечатление только усиливалось.
 
Гитлер, с любопытством наблюдающий за японским послом, увидел как рука Осимы слегка дрогнула. Больше он ничем не показал своего волнения или потрясения. Аккуратно закрыв папку, японец отодвинул её от себя и закрыл глаза. Посидев так несколько минут, он открыл глаза и посмотрел на Гитлера. Лицо его стало, как будто, более безжизненным. Несмотря на потрясение, которое он испытывал, посол неплохо держался, видимо, не желая чтобы немецкий рейхсканцлер увидел его волнение.
— Господин Гитлер, я хотел бы спросить… Что это такое? — показал он рукой на папку.
— Это то что нас ожидает, господин Осима, если мы не предпримем решительные шаги в будущем. Так получилось, что благодаря случайности, один мой человек сумел заглянуть в будущее. Знаю, вы можете мне не верить, но это правда. Кстати, вы читали роман Герберта Уэллса "Машина времени"? Если нет, то советую, хоть он и социалист… — усмехнулся Гитлер.
— Вы хотите чтобы я… и наш император поверили в это? — спросил японец спокойно.
Лицо фюрера ожесточилось. Подумать только, он ещё должен упрашивать этих азиатов!
— Господин Осима! Вы можете не верить… Более того, когда я узнал об этом, то хотел отправить этого человека в клинику с психическим расстройством. Но перед этим я решил проверить… на всякий случай, то что он рассказал о Германии.. — Гитлер встал с кресла и нервно заходил по кабинету, заново переживая свои эмоции. Остановившись, он подошёл к японцу и сказал:
— Всё подтвердилось! Понимаете, господин Осима, абсолютно всё подтвердилось! Даже самые маленькие детали, которые этот человек никак не мог знать, всё равно оказались правдой! Предатели, о которых я не подозревал, будущие события… Он даже рассказал про то что знал только я сам и никому не рассказывал! Как вы можете это объяснить? Лично я не смог… — вздохнул фюрер.
Помолчав, японский посол спросил:
— Я могу с ним поговорить? С этим человеком?
— Нет, пока не сможете. Я вынужден прятать его от всех, потому что среди предателей оказались даже те кому я доверял абсолютно. И они уже начали интересоваться им… — ответил фюрер.
— Что ж, господин Гитлер, я отвезу эту папку с собой в Токио и доложу об этом нашему императору. Но его реакцию я предсказать не могу! — сказал Осима, беря папку в руки.
— Я понимаю. Но настаиваю чтобы кроме вашего императора об этом никто не узнал, даже ваш министр иностранных дел. Иначе утечка неизбежна.
— Даю вам слово. Но вы должны понимать что мы обязательно проверим всё что сможем. Невозможно сразу поверить в такую информацию, даже переданную нашими уважаемыми союзниками… — дипломатично уколол его японец.
Гитлеру пришлось сделать вид что он не заметил издёвки, ставки были слишком высоки чтобы из-за такой мелочи конфликтовать. Но на миг он позволил себе представить господина Осиму в другом, не слишком комфортабельном месте. Политика — грязная вещь! Но кому-то надо этим заниматься.
— Удачного пути вам, господин Осима! — попрощался с ним фюрер, желая поскорее расстаться с узкоглазым азиатом.
— А вам хорошего вечера, господин Гитлер. Да… — он остановился на пороге и обернулся к фюреру. — Мне интересно, что произошло с Германией и лично вами… в той истории?
Фюрер почувствовал что его захлестнуло раздражение. Этот чёртов азиат над ним издевается?
— С Рейхом случилось то же самое что и с Японией. Русские и союзники вырезали мой народ целыми семьями, пытаясь уничтожить его. После войны Германия была вся в руинах, а немецкие женщины отдавались за гнилую картошку толпам грязных русских и американцев… Берлин был полностью стёрт с лица земли, а я… — он отвернулся к окну. — Мне пришлось застрелиться когда эти варвары подошли к рейхсканцелярии. Так что, теперь у нас с вами, господин Осима, одна судьба. Или мы вместе выживем и победим… Или навечно пропадём и только в учебниках истории победителей будут упоминания о том что когда-то существовали такие великие империи как Германская и Японская..