Университет языков (СИ)

— Главное, чтобы хотя бы один из них оказался стоящим, — сказал юноша.
Доминик пристально посмотрел на него.
— Эти оба стоящие. Вопрос в том, захотят ли они с вами заниматься.
— Я же плачу деньги.
— Их деньгами особенно не заинтересуешь, — покачал головой Доминик.
Через несколько минут в кабинет вошёл профессор Сатабиша.
— Простите, что потревожил вас, — обратился к нему советник Ситис. — Здесь у нас молодой человек, который хочет изучать бенеташский язык.
— Меня зовут Игни Ультор, — представился юноша.
— Хидори Сатабиша. Могу я спросить, почему вы решили изучать этот язык?
— Вы позволите мне изучать его вне зависимости от моего ответа?
— Я могу отказать вам, даже если вы ничего не ответите, — просто сказал Хидори.
— Странное у вас тут заведение, — пробормотал Игни.
— Вряд ли в другом найдётся кто-то, способный преподавать этот язык.
— Ну, хорошо, я отвечу вам честно… — глаза юноши стали медленно заполняться ненавистью. — Из-за этой катастрофы погибла половина моей страны, моя семья всё потеряла. Недалеко от нашей границы жила колония бенеташцев. Конечно, после взрыва их всех перебили. Но я уверен, кто-то сумел бежать, кто-то из этого проклятого народа ещё бродит по земле. Я найду их и убью. Но мне нужно знать бенеташский, чтобы объяснить, за что они умрут… чтобы понять, что они будут кричать перед смертью!
— Да, веская причина, чтобы изучать иностранный язык, — тихо произнёс Хидори. — Я поговорю с другим преподавателем, и мы решим, кто будет работать с вами.
— Меня научат бенеташскому? — в карих глазах задрожали красные блики.
— Не волнуйтесь, вы выучите этот язык.
— Спасибо, профессор! — в его голосе послышалось что-то похожее на благодарность.
Хидори печально улыбнулся.
— Да, последний вопрос, — он остановился у двери. — Из какой вы страны?
— Из Тубана! — гордо сказал Игни.
— Вот как… — улыбка исчезла, осталась только печаль.
Он медленно поднялся на четвёртый этаж, прошёл по коридору и постучал в кабинет.
— Добрый вечер, Солус.
— Что-то в вашем голосе подсказывает мне, не такой уж он и добрый, — он отложил большую книгу в потрёпанном переплёте.
— «Легенды города Ариан»? Редкая вещь, сейчас почти не найти, — заметил Хидори.
— Да… — пробормотал он куда-то в сторону. — Я могу вам чем-то помочь?
— К нам пришёл юноша. Он хочет изучать бенеташский язык, чтобы убить оставшихся в живых бенеташцев.
— Это никогда не закончится, — скривился Солус. — И вы разрешили ему учиться здесь?
— Может быть, пребывание в университете изменит его взгляд на жизнь.
— Может быть, — без энтузиазма произнёс он.
— Если хочешь, я буду с ним заниматься.
— Нет, извините. Конечно, я возьму…
— Солус, он из Тубана, — медленно сказал Хидори.
— Из Тубана? — переплетённые пальцы сжались.
— Если ты хочешь…
— Неважно, — быстро произнёс Солус. — Я буду с ним заниматься. Мне надо договориться с заместителем ректора относительно расписания, прошу меня извинить.
Он встал и вышел из кабинета.
***
Ниа машинально записывала слова советника Ситиса и смотрела на Солуса. Сегодня он выглядел бледнее обычного, под глазами появились круги… Что у него случилось? И спросить нельзя…
— И последнее. Вчера к нам пришёл юноша из Тубана, который хочет изучать бенеташский язык в, скажем так, не очень мирных целях. Его преподавателем согласился стать профессор Альгеди. Мы попали в достаточно сложную ситуацию. Как вы знаете, в мае прошлого года к нам прибыл бенеташец, срок его обучения заканчивается только в ноябре. Если они узнают о существовании друг друга, возможны проблемы. Мы постарались развести расписание: бенеташец будет учиться в первую смену, а у тубанца занятия будут после обеда. Сегодня у нас заседание, поэтому занятия начнутся с завтрашнего дня. Прошу всех быть внимательными. Если заметите что-либо подозрительное, сразу сообщите мне или профессору Альгеди. На этом всё.
Ниа поставила точку и снова посмотрела на Солуса. Юноша из Тубана…
«Семья известного алгольского химика Лустуса Альгеди погибла от взрыва бомбы шестнадцать лет назад… бомба, кажется, принадлежала Тубану…»
 
Преподаватели начали расходиться. Солус поднялся и подошёл к ней.
— Ниа, у меня есть к вам одна просьба, — произносимые слова казались неживыми.
— Да, конечно! — удивилась она.
— Мой ученик из Бенеташа, по понятным причинам, до сих пор жил один в комнате, но в данной ситуации мне это не представляется наилучшим выходом. Вы не могли бы попросить ваших студентов разрешить ему пожить с ними? Матар не пострадал от катастрофы, так что у них не должно быть причин ненавидеть его.
— Я прямо сейчас с ними поговорю! Они очень добрые, уверена, они не будут против… — она замолчала, заметив, как неприятно ему слишком явное её усердие.
— Благодарю вас. Студента зовут Нубес Суболес.
Ниа кивнула и побежала к своим студентам. Дверь открыл Элафос.
— Ребята, нужна ваша помощь!
— Конечно, дорогая преподавательница, для вас — что угодно! — проговорил из-за его плеча Анемос.
«Научила на свою голову!» — подумала Ниа.
— Есть такой студент Нубес Суболес, вы не могли бы разрешить ему пожить у вас?
— Конечно, — кивнул Тэрос, — Нубес — наш друг.
— Вот как? — обрадовалась Ниа. — Здорово! И ещё… вы… присмотрите за ним… Если его кто-нибудь обидит, помогите ему, хорошо?
— Хорошо, — улыбнулся Антос.
— Вы замечательные, я вас очень люблю!
— Мы вас тоже любим, — ответил с улыбкой Элафос. — Нам сейчас пойти к Нубесу?
— Да, я сообщу ему о переезде, а вы помогите перенести вещи. В какой он комнате?
— В последней.
— Понятно…
Ниа побежала в конец коридора. Юноша сидел в маленькой комнате и писал что-то. Он не услышал стука, и девушка осторожно вошла.
— Здравствуй, Нубес, — сказала она по-албалийски.
Юноша испуганно поднял голову.
— Меня зовут Ниа, я преподаватель ребят из Матара.
— Я знаю, — тихо проговорил он.
— Профессор Альгеди сказал, что тебе лучше пожить вместе с моими студентами.
— Почему?
— А… В университете не хватает помещений… а ты один в комнате.
— Хорошо.
В комнату зашли ребята.
— Привет, Нубес! — улыбнулся Элафос. — Мы пришли помочь собрать вещи.
— У меня не очень много вещей, — смущённо проговорил он.
— Ну, ладно, я пошла. Удачного вам вечера! — сказала Ниа.
— Вам тоже! — замахал рукой Анемос.
Ниа медленно поднималась по лестнице, и с каждой ступенькой в глазах становилось больше печали. Можно зайти к нему, сказать, что всё устроилось. Но он и так знает, иначе не попросил бы её. А ни сочувствие, ни сострадание ему не нужны… Олеум Нафта, а теперь ещё этот студент… И ладно бы был тихий мальчик, как Нубес… Она дошла до четвёртого этажа и повернула налево. Глупость, конечно, но рука уже стучалась в дверь.
— Я поговорила со своими ребятами и Нубесом, они сейчас помогают ему переехать.
— Спасибо, — коротко, чтобы поняла: это конец разговора.
— Почему вы согласились работать с ним?
«Что ты делаешь?»
У него на лице был написан тот же вопрос.
— Не уверен, что это ваше дело, — сказал он, нахмурившись.
«Ну, и хорошо! Пусть лучше злится, чем грустит!»
— Я просто подумала, ведь профессор Сатабиша, наверняка, знает бенеташский язык, он все языки знает…
— Вас это не касается… Вы хотите сказать мне что-то ещё? — в голосе нетерпение — когда же она, наконец, уйдёт?
«Очень хочу, только не знаю, что и как…»
— Спасибо, что тогда заступились за Мэта…
— Это было месяц назад.
— Мы с вами редко видимся…
— Ниа, оставьте меня в покое!
«В покое я бы вас оставила, но рядом с вами давно уже нет покоя…»
— Хорошо, только…
— Ниа!
— Извините, — она быстро вышла из кабинета.
***
Игни лежал на кровати, положив руки под голову. Луна ярко светила в окно. Большая и круглая, она раздражала юношу. Его раздражало это место, эти люди, а сильнее всего раздражало ожидание. Он и так ждал достаточно долго. Почему с ним не начали заниматься прямо сегодня? Почему назначили уроки после обеда? Он хочет поскорее выучить этот чёртов язык! Если бы можно было найти другое место… Но старик прав, в других университетах не преподают бенеташский. Значит, придётся терпеть.