Университет языков (СИ)

— Нельзя, — отвечает мальчик.
— Почему?
— Ты некрасивая.
***
На следующее утро Ливора принесла ей поднос с завтраком и сама налила кофе.
— Спасибо большое, — улыбнулась Ниа.
Ливора могла быть вредной и обидчивой, но, когда Ниа было плохо, она всегда приходила на помощь.
— Не обращай внимания на эту истеричку, хорошо?
— Хорошо. А можно мои дети споют? У них очень красивые голоса.
— Можно.
— А ещё они могут сценку какую-нибудь сделать, — задумчиво пробормотала Ниа.
— Пусть делают, что хотят, — сегодня Ливора была на всё согласна. — А ты что будешь делать?
— Я? Я пока не знаю.
То же она ответила своим ребятам. Элафос, Тэрос и Антос решили спеть одну матарскую песню, а Анемос с помощью младшего брата задумал показать весёлую сценку, иллюстрирующую студенческую жизнь. Ниа очень хотела, чтобы и Рои смогла посмотреть концерт, поэтому после занятий она подошла к заместителю ректора.
— Извините, пожалуйста, что отрываю вас. Я бы хотела попросить, — всегда, когда Ниа просила что-то, она по-детски прижимала руки к груди. — Можно Рои тоже придёт на концерт?
Он наклонился к ней и сказал:
— Профессор Вирго, я хочу, чтобы вы поняли. Вчера я приказал профессору Рубер выйти не из сочувствия к вам, а потому что она нарушила правила. Преподаватель не имеет права оскорблять своего коллегу. Рейчел нарушила правила, и я её выгнал. Теперь их нарушаете вы. В университете имеют право находиться преподаватели, студенты и обслуживающий персонал. Ваша девочка ни первое, ни второе, ни третье.
— Просто она была бы так рада…
— Профессор Вирго, — он выразительно посмотрел ей в глаза.
— Я поняла, — она опустила голову.
— И постарайтесь научиться самой решать свои проблемы, — сказал советник Ситис. — В следующий раз профессора Сатабиша может не оказаться рядом.
— Да, — прошептала Ниа.
— Хорошо, — кивнул он.
Ниа побрела по коридору, чувствуя себя ещё хуже, чем вчера на заседании. Какая же она слабая! Беспомощное серое чучело!
— Эй, ты! — раздался высокий резкий голос.
Ниа подняла глаза и увидела Рейчел.
— Я тут встретила Ситиса, он велел мне извиниться перед тобой. Правила, понимаешь ли. Так вот, извини, что я вчера тебя оскорбила, — холодное ноябрьское солнце сияло в её взгляде. — Желаю удачно выступить. Надеюсь, ты перед концертом накрасишься поярче, чтобы хоть как-то спрятать этот ужас.
Рейчел улыбнулась и пошла вперёд лёгкой, танцующей походкой.
Ниа печально посмотрела ей вслед. И тут она решила, что будет делать на концерте.
***
В пятницу перед праздником пришлось отменить занятие с Рои. Ливора попросила её помочь украсить зал. Потом нужно было забежать на склад и забрать белую мантию. Госпожа Клави даже похудела — столько у неё теперь было дел. А глаза светились предвкушением праздника.
По традиции он предполагал три части: официальную — речь заместителя ректора, концерт и банкет. Всюду царила предпраздничная суматоха. Ниа казалось, что время сломалось и они празднуют Новый год на полтора месяца раньше.
Ливора вечера напролёт репетировала свою песню. Она предложила подруге спеть вместе, но Ниа лишь покачала головой.
— У меня не очень хороший голос, не хочу портить твоё выступление.
— А ты что будешь делать?
— Я… прочитаю стихотворение, — смущённо сказала она.
— Стихотворение и всё? — удивилась девушка.
— Ну, для первого раза, наверное, достаточно.
На самом деле, Ниа не знала, достаточно ли этого, но больше ничего придумать не могла. Это единственное, что она умела, — переводить и читать.
Праздник должен был начаться в три часа дня. В деревню они с Ливорой, конечно, не поехали. Все продукты привезли заранее. Но девушки до последнего бегали, доделывая какие-то мелочи.
— Сколько раз замечала, когда бы ни начинала готовиться, всё равно времени не хватает, — жаловалась Ливора.
— Точно, — кивнула Ниа, вспомнив свой диплом.
 
— Но в этом году ещё ничего. А когда я юбилей организовывала! Думала, что не доживу до самого праздника.
— Ты молодец, — улыбнулась Ниа.
— Спасибо, хоть кто-то это заметил.
— Все заметили. Просто ты… очень строгая, и они боятся тебе сказать, — Ниа снова улыбнулась.
— А ты не боишься? — рассмеялась Ливора.
Ниа очень любила, когда она вот так смеялась.
— Нет, не боюсь.
— Так, нам пора переодеваться, а то будем единственными опоздавшими.
На праздник Ниа решила надеть костюм, сшитый бабушкой Ави, и синие туфли. Разглядывая цветочную ткань, Ниа с улыбкой вспоминала, насколько изменилась её жизнь, после того как она впервые надела его. Но на этот раз меняться было нечему: три года в университете (уже меньше) и домой в Лабрию.
Девушка набросила мантию, и цветы словно накрыло снегом.
В зале было столько людей, что найти свободное место казалось невозможным.
— Ниа, иди сюда! — позвала её Ливора. Правда, сама она скоро убежала.
Ниа, вздохнув, взглянула на пустой стул.
Легко поднявшись на сцену, Ливора подошла к кафедре. Из-под складок белой мантии выглядывало длинное атласное белое платье, перетянутое под грудью золотистым поясом. Бронзовые кудри падали на плечи. Ниа украдкой посмотрела на зрителей. Из-за характера многие недолюбливали Ливору, но сегодня не могли не восхищаться ею.
Девушка сказала несколько приветственных фраз и передала слово заместителю ректора.
Одетый в белое, советник Ситис выглядел моложе своих лет. Он произносил свою речь красиво, с достоинством. В этот миг он казался олицетворением университета. Ниа нашла взглядом профессора Сатабиша. Его плечи были скромно опущены, из уголков раскосых глаз как обычно разбегались морщинки, а на губах играла добрая ясная улыбка.
Рядом сидел профессор Альгеди. Из-под белой мантии выглядывал казавшийся ещё более чёрным костюм. Бледное лицо ничего не выражало.
Речь закончилась, зал наполнился шумом аплодисментов. Потом на сцену взлетела Ливора и объявила начало концерта. Номера в нём располагались демократично: студенты вперемешку с преподавателями. Но право выступить первой принадлежало, конечно, организатору этого вечера.
У Ливоры был высокий тонкий голос. Она пела, и звуки улетали вверх. Песня была на цанийском. Ниа не понимала слов, но от звуков становилось невероятно грустно. Казалось, Ливора ломает что-то внутри себя, чтобы произнести каждый из них. А потом Ниа подумала, что, может быть, у неё внутри уже всё сломано и она просто выпускает это наружу.
Следующим номером был весёлый зажигательный танец, после которого выступали ребята из Матара. Их песня была тёплой и пахла летом. Ниа, немного выучившая матарский, понимала отдельные слова. Но, наверное, в зале был только один человек, который понял всю песню. Когда звуки странного инструмента, напоминающего гитару, затихли, профессор Сатабиша повернулся к Ниа и подмигнул ей. Девушка облегчёно выдохнула.
Прошло ещё несколько номеров. Потом Анемос с Антосом показали свою сценку. Для неё они специально выучили реплики на албалийском. Сценка закончилась, а зал ещё несколько минут не мог перестать смеяться. «Наверное, после этого они станут героями всех студентов», — улыбнулась про себя Ниа.
Потом снова были танцы и песни.
Вдруг к Ниа снова подсела Ливора.
— У Кримины выскочила аллергия на что-то, поэтому она не будет петь, — прошептала она. — Ещё двое простудились, а один умудрился сломать ногу, так что последней выступаешь ты.
— Я? — чуть не в голос сказала Ниа.
— Тихо! — Ливора прижала палец к губам.
— Может, не надо? — жалобно протянула Ниа.
— А я что сделаю? Ну, удачи тебе! Повторяй свой стишок, — она похлопала подругу по спине и убежала.
Ниа сжала в руках полы мантии.
Номера шли за номерами, и вот Ливора объявила: