Университет языков (СИ)

— Не расстраивайся, найдём тебе другую палку, — виновато протянула она. Но палка никак не попадалась.
— Давай поиграем в снежки, — она слепила из снега комок и бросила в сугроб.
Хаски полетел за ним.
— Только не бери в рот, он холодный! — закричала Ниаа, но он уже нёсся с тающим шариком обратно.
— А если ты заболеешь?
«Давай ещё!»
— Ещё хочешь? — она слепила новый комок и бросила. Хаски опять принёс его.
«Ещё!»
— Ну, смотри, сейчас я его закину далеко-далеко! — она зажмурилась, отвела назад руку и резко подкинула снежный шарик вверх. Он прочертил в небе кривую линию и ударился в плечо идущего по тропинке человека.
— Не может быть… — беззвучно прошептала Ниа.
Солус отряхнул пальто и, свернув с тропинки, пошёл дальше, не посмотрев на неё.
— Извините, пожалуйста! Я не видела! — закричала Ниа.
Он не обернулся.
И тут к нему побежал Хаски. Животным, как и детям, не объяснить, что папа и мама теперь чужие друг для друга люди.
— Хаски! Хаски, не надо! — Ниа тоже побежала.
— Хаски, перестань, — строго сказал Солус.
Щенок замер и жалобно заскулил.
— Хаски! — Ниа догнала щенка и обняла за шею. — Извините, пожалуйста, — прошептала она, вставая.
Солус впервые посмотрел на неё. Холодный, брезгливый взгляд сверху вниз. Потом повернулся и пошёл дальше.
Ниа опустила голову и села на снег. Чёрное пальто, колготки, сапоги… Она вдруг поняла, какой бессмысленной была эта попытка рассказать ему о Плачущей и Ненавидящей.
Может быть, Рейчел, показывать другим, какая ты есть, действительно глупо, если ты им вообще не нужна.
  
Глава 38. Сказка о планете и дереве
 
Говорят, время лечит. Раньше она верила в это. Но время — всего лишь отрезок, в который может что-то произойти, что-то, способное помочь. А если ничего никогда не произойдёт, время бесполезно. Такое время становится мучением, пыткой. Пропастью, протянувшейся от встречи до встречи. Она живёт только во время этих встреч, а всё остальное… пропасть, мучение, пытка.
Рои подбежала и радостно начала говорить руками. Ниа едва успевала различить жесты.
— Байри!.. Его приняли в школу!.. Он будет учиться играть на скрипке!.. У того человека!
— Замечательно, я не сомневалась, что его примут. Он ведь так красиво играет…
«Неужели, ты уже потеряла способность радоваться за других? Тогда зачем ты вообще нужна?»
— Дядя Мэт нашёл квартиру! Они живут там с бабушкой! Он приглашает нас на Новый год! Ты поедешь?
— Нет, Рои, извини, я не поеду.
— А мне… можно поехать?
— Конечно! Зачем ты спрашиваешь? Ты обязательно должна поехать!
— Но тебе будет грустно одной.
— Я сейчас всегда одна.
Всегда и везде, кроме тех нескольких часов раз в четыре недели.
— Рои, что ты чувствуешь, когда Байри нет рядом?
— Байри всегда рядом… здесь, — девочка коснулась рукой груди.
— Здесь… — повторила жест Ниа и подумала, что Рои, как и Сорора, наверное, знает какой-то особый секрет, неизвестный остальным.
Следующей уговаривать её поехать на Новый год в Албалию пришла, конечно же, Рейчел. Вернее прибежала и крикнула с порога:
— Мы едем на праздники к Мэту!
— Рейчел…
— Ничего не хочу слышать! Я сама не вот прям обожаю Албалию, но выбора у нас нет, так что…
— Я не поеду, Рейчел.
— Ниа, перестань! Я понимаю, что у тебя нет настроения, но постарайся, пожалуйста!
— Дело не в этом, — тихо сказала она. — Я просто не могу уехать.
— Тогда и я не поеду! — взорвалась подруга.
— Нет, ты должна…
— Никому я ничего не должна! — крикнула Рейчел.
— Ты должна отвезти Рои, — терпеливо объяснила Ниа. — Ты сама говорила, что она наш общий ребёнок.
— Шантажистка! Ну, что ты будешь делать здесь одна? — она с беспокойством посмотрела на подругу.
— Найду себе какое-нибудь занятие, вот увидишь. Кстати, давай опять съездим в субботу в Сайф, купим подарки к Новому году.
— Ладно, не удалось вытащить тебя на праздники, вытащу хотя бы на день, — пробурчала Рейчел. — Но я ещё не сдалась!
 
Последним её уговаривал профессор Сатабиша.
— Ниа, почему бы тебе не поехать на Новый год к Мэту? — мягко спросил он.
— Это вам Рейчел рассказала?
— Нет, Мэт прислал длинное письмо. Написал, что пригласил тебя, что ты скорее всего откажешься, и я должен проявить всё своё педагогическое мастерство, чтобы заставить тебя изменить решение.
— Добрый Мэт…
— Ты ведь не хочешь расстраивать его?
— Конечно, не хочу. Но я не могу уехать.
— Ниа…
— Я не могу уехать! — повторила она. — Оставить его одного! Я знаю, что не нужна ему, но я не могу, не могу…
— Хорошо, — он подошёл и обнял девушку. — Не будем больше говорить об этом.
***
В Сайфе Новый год был уже на каждой улице, в каждом окне. Фонарные столбы украшали гирлянды, на главной улице стояла наряженная ёлка. Развернув длинные списки покупок, подруги отправились по магазинам. Скоро первая партия подарков лежала в багажнике джипа.
— Так, теперь для студентов… — Рейчел заглянула в бумажку.
— Что ты подаришь Майе?
— Набор косметики или какую-нибудь побрякушку. Как обычно. Я уже жду не дождусь, когда она выучит эрегийский. Полтора года с ней парюсь! По-моему, родители просто запихнули её подальше, чтобы глаза не видели. А мне теперь следи, чтобы их милая девочка не вернулась домой мамой!
— Рейчел!
— Ой, да ладно! — махнула она рукой. — Почему у меня все студенты — «женского рода»? Я хочу «мужского»! — крикнула она куда-то вверх. — У тебя вот одни мальчики, а ты…
— Мальчикам трудно что-то выбрать, — Ниа перевела разговор на тему подарков. — Но в случае с Вэле я точно знаю, где можно найти то, что нужно!
— И где же?
— В магазине господина Инсоли!
— Судя по твоей интонации, это человек, которого все должны знать, но я почему-то не знаю.
— Я же тебе рассказывала! Забыла? Продавец книг.
— Ну, если я буду запоминать все фамилии, у меня голова лопнет. Ладно, пошли за твоим интеллектуальным подарком, — скорчила смешную рожицу Рейчел.
— Просто Вэле больше всего любит Лабрию!
Господин Инсоли принёс со второго этажа большую книгу с фотографиями Геммы и подарил девушкам наборы старых новогодних открыток.
— Я же говорила, он замечательный!
— Ага, вывоз макулатуры силами покупателей, — усмехнулась Рейчел.
— А мне нравятся эти открытки!
— Ладно-ладно, не обижайся. Магазинчик у него, правда, суперский… Так, мы ведь ещё друг дружке подарки не выбрали. Ты что хочешь?
— Не знаю… — протянула Ниа, — какую-нибудь приятную мелочь.
— Договорились, это будет год бесполезных приятных подарков! Время на покупку — полчаса. Потом встречаемся здесь. Кто не успел, тот дурак! — крикнула Рейчел и побежала.
Ниа вышла на главную улицу и зашла в небольшой магазинчик. Подарок сидел на полке и ехидно улыбался.
— Точно как Рейчел.
Купив его, Ниа медленно побрела по тротуару и вдруг увидела бабушку, продающую вязаные вещи. Обычно все сразу начинали предлагать свой товар, а эта бабушка молчала, только глаза жалобно смотрели из-под платка.
— Можно мне карамельные рукавички? — спросила Ниа.
Бабушка засуетилась, пытаясь разлепить прозрачный пакетик. Замёрзшие пальцы не слушались. Наконец, разлепила, положила туда варежки. Ниа протянула ей бумажную денежку. На лице старушки появился испуг. Она жалобно развела руками, показывая, что у неё нет сдачи.
— Всё в порядке, — тихо сказала Ниа. Взяла варежки и пошла дальше.
— Ниа! — её догнала Рейчел. — Ты что, купила мне рукавички?
— Нет, это для Нубеса.
— Для Нубеса?
— Он поздравил меня с днём рождения, мне хочется поблагодарить его… Ой, смотри, это магазин, где я покупала пряжу, чтобы связать Эридану шарф.
— Тот белый, с чайкой?