Я рискну (ЛП)

Я хихикаю.
— Вот почему ты ей так нравишься.
_________________________________
Когда я наконец ухожу с тренировки, уже поздно. Пока я плавал, Остин написала мне, что они собираются поплавать, а потом посмотреть фильм у нее дома. Я планировал присоединиться к ним, но по дороге мне нужно было заехать в дом отца.
Я ставлю машину на стоянку и оставляю ее заведенной на подъездной дорожке, а сам бегу в дом.
— Коул? — слышу я его голос.
Я вздыхаю.
— Да?
— Мой кабинет.
Я иду по длинному коридору, поворачиваю последний раз направо и захожу в его кабинет. Он сидит за своим столом, сложив руки на коричневом дереве.
— Что? — спрашиваю я, не входя.
— Садись, — говорит он, жестом указывая на стул перед своим столом.
— Я постою, — говорю я, упираясь плечом в дверной косяк.
Он тяжело вздыхает, показывая мне свое разочарование.
— Сегодня я видел Остин Лоус.
Мои брови поднимаются при этом.
— Она не упоминала об этом.
Он откинулся в кресле.
— Она красивая. Очень красивая, — я сжимаю руки в кулаки, зная, что он так на нее смотрит. И я ненавижу то, что он использовал то же слово, которое сказал ей парень ее матери.
— Но, конечно, она такая. Ее мать тоже была такой, пока не стала никчемной наркоманкой.
Он вздыхает.
— В любом случае, Брюс вернулся в город, — я хмурюсь. — Он сказал мне, что вы двое встречаетесь.
— Что-то вроде того, — говорю я, не желая, чтобы он знал, что она меня волнует. Он будет использовать ее против меня. Он так и поступает.
Он ухмыляется.
— Он также сказал мне, что ты отрицал, что трахал его жену.
— Это потому, что я этого не делал. Ты просто выдумал себе.
— Ну, он знает, что кто-то есть.
— Без обид, Лиам, но меня не волнует, что его жена делает за его спиной. Мы все знаем, что он не верен.
Его ноздри раздуваются от этого.
— Ты предохраняешься с Остин? — требует он.
Я воздерживаюсь от усмешки. Теперь он хочет поговорить о сексе?
Разве он не знает, что я трахаюсь с девушками с четырнадцати лет? Раньше я всегда пользовался защитой, но с Остин все по-другому.
— Это не твое дело.
Он хлопнул руками по столу и встал.
— Это пока она обманом не заставит тебя обрюхатить ее, как это сделала ее мать с Брюсом. Я не хочу, чтобы по этому дому бегал еще один нежеланный ребенок.
Мой гнев поднимается при этих словах, и я отталкиваюсь от дверного косяка, выпрямляя спину.
— Не волнуйся, отец, если я ее обрюхачу, я позабочусь о своем ребенке. Я уже позаботился о твоем. Зачем еще один?
— Не смей, Коул! — огрызается он.
— Нет, папа. Не смей, блядь, — кричу я.
Его голубые глаза сужаются на меня, прежде чем он медленно опускается обратно на свое место.
— Давай. Обрюхати ее и посмотри, что будет с тобой через пять лет. Твоя карьера пловца закончится. И ребенок от женщины, которая не может держать свои ноги закрытыми для других мужчин.
— Ты ничего о ней не знаешь.
Она вся моя.
— Я знаю достаточно.
— Что тебе рассказал Брюс? — я фыркнул. — Как будто он был рядом с ней.
Он даже не знает, что парень ее матери сделал с ней. Или знает и ему наплевать.
Его глаза встречаются с моими.
— Я знаю, что ты стал одержим шлюхой, и что ты заключил сделку с Брюсом.
Я скрежещу зубами от того, что он называет ее шлюхой. Она не раздвигает ноги ни для кого, кроме меня. И так и останется.
— И как только ты бросишь ее, он пригвоздит тебя к гребаному кресту за то, что ты забрал у него то, что тебе не принадлежало.
Я не удивлен, что Брюс рассказал моему отцу, что я украл его машину. Они все друг другу рассказывают.
— Почему тебя это волнует? Я уеду отсюда после окончания школы, куда бы я ни пошел.
Его губы сжались. Он ненавидит, что у меня есть собственные деньги и что он не может меня контролировать.
— Не начинай сейчас вести себя как отец, Лиам. Ты никогда не делал этого раньше.
Затем я поворачиваюсь и выхожу из его кабинета.
_________________________________
Когда я вхожу в дом Лоусов, свет выключен, а парадное фойе погружено в темноту. Я знаю, что Брюса и Селесты здесь нет. Когда он дома, они либо в загородном клубе, либо на яхте. Он любит развлекать людей в этом городе, а они любят кланяться ему в ноги, словно он чертов святой. Я поднимаюсь по лестнице и открываю дверь в ее комнату, но там пусто, поэтому я иду дальше по коридору в медиа-комнату. На экране идет «Красавица и чудовище», и я подхожу к дивану. Моя грудь сжимается от того, что я вижу.
 
Остин лежит на левом боку спиной к подушкам, ее рука свисает с дивана. Лилли тоже лежит на боку лицом к ней, прижавшись к ней. Они обе в отключке.
Я иду к стопке одеял в углу и беру одно, накрывая их им. Я сажусь, опираясь локтями на колени и положив голову на руки.
Она в моей голове.
Черт, даже мой член всегда твердый из-за нее. Она везде. И поглощает меня.
Ты должен трахнуть Кейтлин.
Я не врал Бекки сегодня. Дело больше не в Кейтлин или Остин. Дело в игре. Вражда между мной и Килланом. Я не собираюсь добровольно отказаться от этой затеи и покинуть банду. Я не могу. У меня больше достоинства, чем это.
Так что ты собираешься делать?
Я вздыхаю, не имея ни малейшего представления.
— Коул?
Я поднимаю глаза и вижу, как Остин моргает. Она вытаскивает руку из-под спящей Лилли и садится, протирая глаза.
— Который час? — шепчет она.
— Почти девять.
Она прикрывает зевок.
— Боже, я и не думала, что так устала.
Я встаю.
— Я собираюсь отвезти Лилли домой.
— Нет, — она сбрасывает одеяло и встает, стараясь не разбудить Лилли. — Пусть она остается здесь.
— Остин…
— С ней все в порядке, Коул. Она уже спит. И я отвезу ее в школу утром в любом случае. Все ее вещи уже здесь, когда я забирала ее раньше. Я просто положу ее в своей комнате. Она может спать со мной.
Я собираюсь возразить, но она берет ее на руки и уносит. Я выключаю фильм и сворачиваю одеяло, прежде чем положить его на место.
Я закрываю дверь и иду по коридору в ее комнату. Я вхожу и вижу, что они оба уже лежат в ее постели, обнявшись и накинув одеяла до шеи.
Мой желудок завязывается узлом. Дерьмо скоро выйдет наружу, но это будет не потому, что я трахнул Кейтлин. Это будет потому, что еще больше секретов настигнут меня, и они взорвутся у меня на глазах.
ОСТИН
Мы с Бекки, как обычно, опаздывая на занятия, идем по тихому коридору. Звонок прозвенел более пятнадцати минут назад. Мы с Лилли забрали ее сегодня утром, и девочки захотели пончиков. Я попыталась сказать им, что у нас нет времени, но Бекки отвернулась от меня и заставила Лилли скандировать «пончики» вместе с ней во всю мощь своих легких.
Бекки засунула в рот последнюю порцию.
— Мы такие голодные, — бормочет она.
Мой телефон звонит, когда мы останавливаемся у наших шкафчиков.
Акула: Где ты?
Я закатываю глаза.
— Как будто он думает, что я не в состоянии собрать Лилли в школу.
Бекки смеется, и кусочки пончика вылетают у нее изо рта. Я хихикаю.
— Ну, ты действительно приводишь ее туда поздно.
— Но она успевает.
Я:В школе. Опаздывала.
Я открываю свой шкафчик и беру учебник для первого урока.
— Черт! — шипит Бекки.
— Что? — спрашиваю я, когда мой телефон снова пикает. На этот раз я игнорирую его. Он увидит меня на втором уроке.
— Кажется, я оставил свой учебник по химии в лаборатории.
Я захлопываю свой шкафчик.
— Давай заберем его. Это по дороге.
Она закидывает рюкзак на плечо, и мы не спеша идем в лабораторию, чтобы забрать ее книгу.
Я открываю дверь, и она входит. Я следую за ней, но останавливаюсь, когда натыкаюсь на ее спину.
— Бекки…
— О, Боже, — женщина визжит.
Я смотрю в дальний угол, где стоит учительский стол, и девочка слезает с него. Мужчина стоит, поправляя галстук.