Я рискну (ЛП)

Я переворачиваюсь на спину, поднимаю голову и вижу, как Коул бьет Брайана по лицу.
— Остин? Ты в порядке? — спрашивает Бекки, подбегая ко мне.
— В порядке, — огрызаюсь я, вставая. Она тянется вверх, чтобы выдернуть траву из моих волос, но я стряхиваю ее, поворачиваясь лицом к ребятам.
Задний двор начинает заполняться людьми. Дик и Шейн выбегают через заднюю дверь. Коул наваливается на Брайана и бьет его по лицу. Брайан успевает заблокировать удар, а затем наносит удар в подбородок Коула, сбивая его с ног.
Брайан собирается ударить его, пока он лежит, но Коул поднимает правую ногу и бьет его в живот. Брайан отшатывается назад, а Коул вовремя вскакивает и бьет его по лицу. Изо рта Брайана течет кровь, и тогда Коул снова бьет его. Брайан снова спотыкается. Прежде чем он успевает прийти в себя, Коул снова бьет его. Когда Брайан падает на землю, он уже не встает.
Люди собираются на заднем дворе с телефонами наперевес, записывая драку. Дик и Шейн просто стоят там, глядя на своего друга, но ожидая непонятно чего. Они позволили ему избить Джеффа почти до смерти. Может быть, они не встают у него на пути, пока работа не будет почти закончена.
Я качаю головой, проходя мимо них в сторону дома. Мне пора идти.
Я уже достала телефон из кармана и заказываю Uber, когда рядом со мной появляется Бекки.
— Я иду домой, — говорю я ей. — Хочешь поехать со мной на Uber? — Я знаю, что она так же пьяна, как и я. И она тоже курила.
— Конечно, — говорит она.
Я захожу в дом, но меня оттаскивают назад. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, кто положил на меня руки, и сталкиваюсь лицом к лицу с Коулом. Его грудь вздымается, а лоб покрыт тонким слоем пота. У него порез на верхней губе.
— Куда ты идешь? — требует он.
— Домой. — Я поворачиваюсь, чтобы подставить ему спину, но он снова дергает меня назад. Я поворачиваюсь и пихаю его в спину. Он не двигается.
— Прекрати складывать свои руки на меня, Коул, — кричу я.
— Остин…
— У тебя был шанс. Ты сдал. — Я бросаю ему те же слова обратно. Его челюсть заостряется, но на этот раз, когда я поворачиваюсь, он не пытается остановить меня.
ГЛАВА 10
КОУЛ
Я подъезжаю к дому Брюса Лоуса на машине Остин, которую она оставила в доме моего отца вчера вечером.
Дик подъезжает за мной на своем Range Rover.
— Чувак, ты же знаешь, что она все еще будет злиться на тебя, да?
— Ага.
Он фыркнул.
— И что ты собираешься с этим делать?
— Ничего.
Он бежит трусцой, чтобы догнать меня, когда я поднимаюсь по ступенькам их дома.
— Серьезно? Она нам нужна.
— Она не обязана быть счастлива со мной, чтобы делать то, что я говорю. Она ненавидела меня до этого момента, а мне все равно удалось…
— Шантажировать ее, — закончил он.
Я не отвечаю.
— Не думаешь ли ты, что было бы проще сделать ее покладистой? — спрашивает он, и я поворачиваюсь к нему лицом, когда мы стоим у входной двери. Он проводит рукой по своим взъерошенным волосам. Его голубые глаза налились кровью от выпитого вчера вечером. После ее ухода мы с ним заперлись в игровой комнате и пили до тех пор, пока не проснулись сегодня утром с головной болью.
— Я имею в виду, она уже боится нас. Особенно меня. — Он дарит мне жестокую улыбку. — Но прошлой ночью это была другая ее сторона. Та сторона, с которой ты можешь работать. Страх — хороший мотиватор, но и соблазн тоже. — Он пожимает плечами. — И не то чтобы тебе было трудно трахнуть ее. Она горячая штучка.
Моя челюсть сжимается, и я поворачиваюсь лицом к двери. Этот разговор окончен. Я стучу в дверь, и мне отвечает Селеста в желтом сарафане и с улыбкой на лице.
— Привет, мальчики. Пожалуйста, проходите.
— Селеста. — приветствует ее Дик.
— Где Лилли? — спрашиваю я, желая поскорее убраться отсюда.
Она хмурится.
— Она в медиа-зале с Остин. Они смотрят Золушку.
Мои руки сжимаются в кулаки. Мне не нравится, что Лилли сближается с Остин. Потому что она не собирается оставаться здесь надолго.
— Машина Остин на подъездной дорожке, — говорю я и бросаю ей ключи. Я слышу, как они ударяются о кафель, потому что Селеста не была достаточно быстрой, чтобы поймать их, когда я ухожу. А я был слишком большим мудаком, чтобы просто передать их ей.
 
Я поднимаюсь по лестнице, прохожу мимо спальни Остин, дохожу до конца коридора и открываю дверь в медиа-зал.
Единственный свет исходит от большого экрана на стене. Я не вижу их, но слышу голос Лилли.
— Существуют ли сказки?
— Смотря что считать сказкой, — говорит ей Остин.
— Что ты имеешь в виду?
Я обхожу круглый диван и встаю в тени, когда они ложатся на пушистых подушках. Миска с попкорном стоит между ног Остин. Голова Лилли на груди Остин. Они обе смотрят прямо на большой экран.
— Не все девушки — принцессы, нуждающиеся в рыцаре, который их спасет, — говорит ей Остин. — Некоторые спасают себя сами.
— У Белль не было принца. У нее было чудовище.
Остин улыбается.
— Да.
— Но в конце концов, он снова превратился в принца. Мне он больше нравился зверем, — говорит Лилли.
Остин усмехается.
— Мне тоже. Он был гораздо привлекательнее. Она любила его не за внешность. Она была влюблена в то, как он заставлял ее чувствовать себя. Особенной.
— Кто-нибудь когда-нибудь заставлял тебя чувствовать себя особенной? — спрашивает Лилли.
Остин наклоняет голову в сторону.
— Нет.
— Мне жаль, — тихо говорит Лилли.
Остин просто смеется.
— Тебе не нужен мужчина, чтобы ты чувствовала себя особенной, Лилли. Ты и так особенная. Сама по себе. Не забывай об этом.
Лилли тяжело вздыхает, и они оба смотрят прямо на фильм.
— А как насчет «Холодного сердца»? — спрашивает Лилли, не в силах молчать.
— Легко. Там не было истории любви между принцессой и принцем. Только сестринская любовь. И все равно у нее был фантастический конец. Он также доказал, что любовь может быть обманчивой.
— Что значит обманчивой? — Лилли растягивает слово, озвучивая его.
— Это значит, что он лгал ей, чтобы получить то, что хотел.
Она кивает, как будто понимает.
Остин кладет ей в рот кусочек попкорна. И я обнаруживаю, что отступаю из комнаты, чтобы дать им закончить фильм. Слова Дика проносятся в моей голове. Страх — хороший мотиватор, но и соблазн тоже.
_________________________________
Мы с Диком и Селестой стоим на кухне. Они говорят о его сестре, Шелби, когда входит Лилли.
— Где Остин? — спрашиваю я ее.
Она улыбается мне, не уловив моего тона. У меня сегодня такое отношение, что я не могу скрыть, даже если бы захотел.
— Наверху, в ее комнате.
Прежде чем кто-то успевает остановить меня, я снова поднимаюсь по лестнице и, как и в прошлый раз, не останавливаюсь, чтобы постучать. Я врываюсь прямо внутрь. Она сидит на своей кровати, но вскакивает, когда я вхожу.
— Господи, Коул. Ты что, никогда не стучишь?
Я огибаю кровать, и она делает шаг назад. Мы оба стоим и смотрим друг на друга. Мое сердце колотится в груди, а мысли блуждают между мной и ею. И что мы могли бы делать, если бы я не был таким долбанутым. Если бы я не ненавидел ее отца так сильно.
— Что тебе нужно, Коул? — требует она. На ее лице нет косметики. Волосы распущены по плечам. На ней белая футболка и хлопковые шорты. Она выглядит так, будто только что выкатилась из постели, и я ненавижу, что это было не со мной.
— Коул…
Я беру ее лицо в свои руки и прижимаюсь губами к ее губам. Беру то, что я, блядь, хочу, как я всегда делал.
Она отталкивает меня, как я и знал. Теперь, когда она больше не пьяна, все вернулось на круги своя. Вот почему я не принял ее предложение прошлой ночью.
— Что тебе от меня нужно? — кричит она, ее гнев нарастает так же легко, как и мой.
— Разве это не очевидно?
— Нет, — огрызается она.
— Все.
Она поднимает правую руку.
— Ты хочешь, чтобы я истекала кровью ради тебя? Ты хочешь, чтобы я села в тюрьму ради тебя? Ты хочешь, чтобы я, блядь, убивала ради тебя? Господи, Коул.