Смутное время. Миротворец (СИ)
— Не боишься гражданской войны?
— Малграф, это не гражданская война, это — оккупация с отчуждением государственной территории по решению нескольких смутьянов.
— Если на их стороне выступят граждане Империи, это может плохо кончится.
— Сейчас они говорят о свободе и независимости только потому что у них есть на это возможности и средства, но рано или поздно это закончится и всё. Обычные люди быстро перестанут быть полезным инструментов, а станут лишь источником дохода. Подобное уже было, пусть и при формировании Империи, тогда было достаточно гордых и независимым королевств, налогами сдирающие последнюю шкуру с подданных.
— Люди глупы, Эшарион, ты сам мне об этом говорил.
— Люди не понимают одного: цель власти — это власть. Она никогда не будет в нужных руках, просто потому что, власти нужны лишь рабы, а рабы немы. К тому же не стоит об врождённом эгоизме разумных.
Малграф лишь вздохнул и кивнул на мои слова, а затем повернул голову в сторону восточной части лагеря, я даже встал и нахмурился, а после отошёл немного от палатки и остановил пробегавшего легионера:
— Что за шум?
— Центурионы первого легиона, точнее молодняк, решили сходить и познакомиться с целительницами. — Ответил мне безусый парень в доспехах третьего пограничного легиона. — Причём решили пойти пьяными, вот и нарвались на легионеров седьмого пограничного, которые не желают их видеть со своими целительницами.
— Какие страсти. — Хмыкнул я.
— Там очень непросто. Седьмой пограничный легион базируется неподалёку от графства Прайски, да и сама графиня довольно часто оказывает услуги целителя, многие к ней приезжают. Уважают её на юге и могут глотку вырвать.
— Мне сейчас вырванные глотки не нужны. — Произнёс я и отпустил парня, а после кивнул Малграфу.
Боевой маг неохотно поднялся и направился со мной, а следом вышел Грен Самран, который взял с собой пятерых рыцарей и двинулся следом за мной. Шли мы недолго и уже подходя к месту побоища, я просто не сдерживаясь ударил страхом накрывая всех дерущихся, не увидев никого из представителей командования. Драка замерла и теперь все смотрели на меня, словно увидели воплощение смерти.
— Ну и что здесь происходит? — спросил я, немного усилив свой голос магией и продолжая давить страхом, против которого амулеты ментальной защиты были бесполезны. — Вместо того чтобы готовиться к битве, храбрые воины Империи выясняют кому достанутся… девушки. Целительницы, которые уже послезавтра будут лечить раненных, желая спасти им жизни. Если вам так хотелось подраться, шли бы город и там показывали свою смелость и умение, убив несколько тварей.
Посмотрев на прибывших легатов, я поморщился и процедил сквозь зубы:
— Какой позор.
Развернувшись, я направился обратно, открыв по пути четвёртый свиток, где уже был отчёт тайной стражи и происходящем в лагере, поиску тварей Хаоса и вообще тех, кто желал подорвать обороноспособность армии Империи, которая и так была весьма сомнительной.
* * *Ноа напряжённо ходила вокруг стола в обставленной гостиной и хмурилась. Соня сидя в кресле возле искусственного камина провожала её взглядом отвлекаясь от чтения прошений, доставляемых из Драконье долины и вздыхала, никак больше не комментируя нервозность своей сестры по мужу.
— Что случилось? — спросила Оранэра, войдя в комнату, сразу же обнаружив баронессу.
— Ходит, действует на нервы.
— Эшарион не писал нам писем, вообще.
— Ему только до столицы добираться почти полмесяца, чего ты начинаешь. — Вздохнула младшая княжна устраиваюсь в кресле рядом с северянкой.
— Если тебе так тоскливо, можешь поработать. — Указала Оранэра на сложенные на столе свитки.
— Вот и получи от вас поддержку. — Проворчала Ноа и демонстративно устроившись за столом, взяв первый попавшийся свиток, открыла его и начала читать.
Какое-то время они так и сидели пока не вошли Эйруэн и Люсинэ, которые мысленно между собой общались, а затем резко прервались и посмотрели на молодых девушек. Люсинэ же улыбнулась и вздохнула:
— Да, если вы так и дальше продолжите, всё будет печально.
— Перестань, они просто грустят. — Улыбнулась Эйруэн.
— Ничего, скоро им не будет времени грустить. — Протянула с мягкой улыбкой бывшая княгиня. — Даже про Эшариона думать перестанут. Давно спит?
— Минут двадцать. — Ответила Соня, бросив короткий взгляд на альтку. — Это нормально?
— Нормально, не волнуйся. Инициация у неё скоро. Поэтому так часто и засыпает. — Ответила Люсинэ. — Вы бы кстати не сильно переживали. Гонец сейчас отдыхает, но он принёс новость что Эшарион добрался до столицы.
— Он добрался до Кристофа. — Сухо произнесла Эйруэн, сев в кресло. — Двадцать седьмой Император подвергнут забвению. Анисе и Эдите я пока не говорила.
— Ну хоть одна хорошая новость. — Тихо произнесла Соня и бросила взгляд на спящую княжну. — Аниела скоро вернётся?
— Мы не знаем, но вам придётся хотя бы раз в полмесяца выбираться отсюда, не забывайте, что к вам пребывают подданные, которых вы обязаны выслушать и по необходимости помочь. — Произнесла Эйруэн.
— Я помню. — Ответила Ноа и вздохнула, отложив свиток. — Как вообще Эшарион со всем этим справлялся?
— Молча. — Усмехнулась Эйруэн. — Ладно, давай я тебе помогу, мы сейчас изучаем артаарский язык, иногда тревожа Валерию, которая занимается городом… Будет полезно.
— Спасибо. — Ответила баронесса.
Люсинэ неожиданно для всех перегнулась согнулась в рвотном позыве, но успела зажать рот и тяжело дыша опустилась в кресло и глухо произнесла:
— Кажется я беременна…
Глава 14. Битва за Фарнад
Бернард, сын Освальда VII смотрел на раскинувшийся перед ним бухту Альнияра, столицы Южных островов и мрачно постукивал пальцем по столу, читая свежее донесение из Империи. Вошедшая женщина, посмотрела на свободный халат, в который был одет мужчина императорских кровей и видя застывшее недовольство на его выдубленном солёными ветрами лица, спросила:
— Бернард, есть вести?
— Да, Валена схватил Вацлав, глава тайной стражи. Как и его невесту Лилиану Фантек, твой отец Валдис Дамлет и Йорм Фантек мертвы.
— Это снова Эшарион, почему этот северный ублюдок не оставит нашу семью в покое?
— Алия, успокойся, этот ублюдок самый ненавистный мне племянник, внук достойный своего деда. Он тоже живёт по правилам чести и милосердия, а значит потеряет всё.
— Ты слишком терпелив. Не забывай, что Вален наш сын.
— Сын, которому не место здесь… — посмотрел Бернард на первую жену. — Я отправил его в Империю только чтобы он подготовил всё к нашему возвращению, но не смог сделать даже этого и попал в плен. Что мне думать?
— Ты сам боишься Эшариона.
— Этого ментального монстра, который читает людей как книги ты бы тоже боялась. Я магистр и даже мне не хватило сил чтобы защититься от его ментального удара, а ему было тогда всего пять лет. Пять, Алия, лет. Ты представляешь себе жизнь рядом с тем, кто может заставить убить себя в любое мгновение?
— Он слишком помешан на честности.
— Да и поэтому про его дар менталиста мало кто знает. Он не злоупотребляет своей силой, хотя я бы с его способностями давно был избавился от семейки своего брата… Алчный подонок на больном ублюдке, даже у меня не хватило наглости чтобы трахать малолеток. Может потому что не встаёт? Впрочем, это неважно.
— Когда мы возвращаемся?
— Корабли из Южной гавани должны подойти через пять дней, это последняя часть войска. Скоро, Алия, скоро. Пусть Империя пока растратит свои силы на борьбу с Хаосом, нам же будет проще.
Алия лишь вздохнула и кивнула своего мужу, понимая, что спорить с ним бесполезно, проще убить. Развернувшись, она вышла из его кабинета и отправилась по своим делам, всё-таки будущая императрица должна быть в курсе происходящего, пока её муж занимается своими великими делами.
* * *