Голубые Крылья (СИ)

— Вот видите, — сказала я. — То же самое, ничего не изменилось.
— Не торопись, — ответил Гелиас. — Если присмотреться, то три струи не так уж и далеко от камней, а одна даже почти попала, куда лучше, чем при попытке кинуть все четыре, ведь теперь у тебя, по крайней мере, вода не падает обратно в речку.
Он прав, результат действительно оказался лучше, пусть и незначительно. Я уверенно продолжила практику и занималась до самого заката, продолжая манипулировать водой даже тогда, когда мой учитель отправился по собственным делам. Наверное, это была одна из самых долгих моих тренировок, где мне приходилось плескать жидкость до тех пор, пока кто-то из дефиксов не прокричал сверху из-за стены, что я мешаю ему спать своим шумом. Результат, тем не менее, меня удовлетворил — стабильно две струи попадали в булыжники, и еще две крайне близки к цели. Меня переполняла уверенность, что завтра, начав с самого утра, я смогу завершить освоение этого приема и показать Гелиасу, что достигла желаемого успеха.
Достаточно быстро отключившись в травянистой кровати, я, тем не менее, бодро проснулась незадолго до рассвета. Рядом сидела Мия, которая спала к моменту моего возвращения. Она не обращала на меня внимания и просто пристально смотрела в одну точку на стене.
— Доброе утро, что-то случилось? — спросила я у нее.
— Все в порядке, — неуверенно ответила она.
Я нахмурилась.
— Видно же, что не в порядке, зачем меня обманывать?
— Не хочу об этом говорить, — отрезала она. — Иди спокойно занимайся.
— Ладно, как хочешь.
Поднявшись, я направилась к выходу из комнаты и спустилась вниз. Большинство дефиксов еще спали в это время. Что же опять не так с моей подругой? Вероятно, опять плохо из-за безделья, или расстроена тем, что у меня определенные успехи, а она ничем не занимается. Но, может, Мия просто скучает по дому?
Я остановилась.
Эта мысль как-то не сразу пришла мне в голову, и за ней явилось ощущение легкого стыда. Мне хотелось развернуться и поговорить с ней об этом, но после пары шагов в сторону дома, что-то вынудило меня передумать. Обсудим это после моего возвращения, ведь вчера я дала обещание самой себе практиковать прием с рассвета и до прихода Гелиаса.
Временно отложив размышления касательно Мии, я добралась до рва и терпеливо ждала появление просвета из верхушки горы, который символизировал бы начало утра. До этого момента я вытащила из воды маленькую струйку и метала ее в разные стороны по воздуху, придавая различные формы и, иногда, разделяя ее на две части, которыми у меня уже вполне спокойно получалось манипулировать одновременно.
С рассветом мои полноценные тренировки продолжились. Время шло, а мой результат действительно улучшался. Мой наставник, однако, сильно задерживался, что было для него крайне несвойственно. Появился он лишь ближе к полудню.
— День добрый, сегодня я задержался, но, вижу, ты времени зря не теряла.
— Что-то случилось? — спросила я.
— Да так, Ламир заходил… — задумчиво сказал он. — Неважно, в общем.
— Что он хотел? — настойчиво спросила я.
— Тебя это не касается, — строго отрезал он. — Давай лучше перейдем к твоим тренировкам.
Я еще некоторое время подозрительно на него смотрела, но понимала, что если он не сказал сразу, то, скорее всего, не скажет вообще. Мне оставалось лишь продемонстрировать ему мои достижения, в которых я плавно разделила водяной шар на четыре небольших облачка, и практически одновременно поразила стоящие четыре камня.
— Ну как? — спросила я, смотря на наставника.
К моему изумлению, он смотрел вбок, и в его радиус обзора едва попадали половина мишеней. Гелиас явно о чем-то задумался. Пришлось подойти к нему в упор, чтобы заставить очнуться.
— Да-да, отличная работа. Теперь попробуй поразить эти же самые мишени одним движением.
— Что? — не поняла я. — Это как?
— До этого ты поэтапно разделяла водную массу и контролировала полет всех четырех струй. Попробуй теперь притянуть к себе жидкий шар, и, после разделения, одновременно запустить водные потоки так, чтобы они сразу поразили цели без твоего вмешательства в полет.
 
— То есть, после того как я их метну, мне нельзя ими управлять?
— Именно, — кивнул наставник. — Приступай.
Моя практика снова продолжалась до самого вечера, но в этот раз, Гелиас практически никак не комментировал и всячески воздерживался от своих любимых вопросов и аналитики. Вместо этого он в открытую давал советы, а иногда даже целые готовые решения проблем. Что же с ним такое? Его словно кем-то подменили. А может, это тоже какая-то магия? Условное воздействие элемента иллюзий, например, и я сейчас нахожусь не в своей реальности? Чтобы убедиться в этом, я запустила водную струю в учителя. Ожидаемо, ему это не очень понравилось.
— Ты что творишь, совсем крыша поехала? — возмущенно вскрикнул он.
— Да что с тобой не так, Гелиас, ты ведешь себя очень странно…
— Возможно, — ответил он. — Полагаю, нам пора закончить на сегодня, тебе стоит отдохнуть.
— Но еще слишком рано, — я пребывала в недоумении. — Да и сил у меня хватает.
— Нет, на сегодня хватит, нельзя терзать духовное тело так часто, стоит иногда делать более короткие заходы. Это мое последнее слово, и даже не пытайся украдкой практиковаться без меня.
Он поднялся, и, отряхиваясь от воды, пошел в сторону города. Некоторое время я стояла в ступоре. Вот уже почти три недели мы занимаемся без перерывов, а тут он заговорил про отдых? Тут определенно что-то не так. Впрочем, мне все равно хотелось поговорить с Мией, так что, наверное, самое время. Направившись домой, я не обнаружила там подругу. Наверное, опять где-то прогуливается. Я попыталась прилечь на траву, но что-то кольнуло мне в спину. Этим предметом оказался неровный кусок коры, на которой выведены символы, вроде тех, что мне доводилось видеть в храме. Разве что нарисованы они не так аккуратно.
«Жду тебя на выходе за кривым мостом».
С каких пор Мия освоила язык символов? Наверное, она тоже времени зря не теряла и старалась чему-либо учиться, за что ее можно только похвалить. Забрав с собой обрубок, я пошла к пункту назначения. Здесь всего четыре моста: два ровных вели к выходам, и ими я обычно пользовалась если мне нужно было наружу, еще один приводил к храму, и последний, как раз кривой, уходил куда-то вниз. Гелиас упоминал, что там находится очередной путь наружу, а также подземелье-склад, в котором хранились кое-какие припасы. Он также отмечал, что мне лучше туда не ходить и пользоваться другими выходами. Так что же там забыла моя подруга?
Раздираемая любопытством, я медленно пересекала кривоватый каменный мост. Назывался он так из-за того, что в двух местах его края пересекались с валунами, тянущимися изо рва, и вместо того чтобы их убрать, дефиксы просто решили придать этому сооружению необычный волнистый вид. Добравшись до противоположного конца, я медленно спускалась в темноту. Видимость в какой-то момент стала ужасной, и искать путь приходилось наощупь. Если здесь и правда расположен склад, почему бы не повесить на стены светящиеся цветы? Все это казалось мне очень странным.
Стоило мне начать что-то подозревать, как нечто неприятное впилось мне в голову, словно забравшись внутрь. Слух пропал, а тело словно парализовало. Я попыталась закричать, но после легкого хлопка мое сознание провалилось в бездну.
Очнулась я в просторной пещере, которая была залита ярким светом, исходящим из какой-то огромной дыры на другом конце. В глаза сразу бросилась Мия, которая лежала среди множества камней черного цвета, а также четверо дефиксов рядом с ней. Девушка, не шевелилась, и была, судя по всему, без сознания. Моя ситуация, впрочем, не сильно лучше, ибо конечности тоже шевелились с трудом. Кажется, я подверглась воздействию элемента тьмы, потому как ощущения отдаленно напоминали манипуляции Гелиаса с моим телом, когда я впервые бросила ему вызов.
 
— Ламир, она очнулась, — сказал кто-то из толпы.