Голубые Крылья (СИ)

Есть, однако, не сильно приятные моменты, ведь я согласилась на возможные эксперименты со мной. Дважды Гелиас брал меня на более высокие этажи своей башни, где пытался изучить мое бессмертие с точки зрения энергетики. Многократно он пробовал воздействовать на меня различными способами, и у него вполне получалось как частично повредить мое тело, так и повлиять на сознание, ограничивая тем самым органы чувств. В этом плане я словно кукла, уязвимая ко всему. Гелиас так же хотел бы попробовать изучить мое духовное тело, но пока я устанавливала с ним лишь слабый контакт, это было невозможно, а его способности по отношению к духу, максимум, позволяли помешать моему процессу черпания. Несмотря на неудачи, мой наставник все равно смог выдвинуть теорию, которая копошилась в его голове еще в тот момент, когда я лежала без сознания. Заключается она в том, что мое духовное тело самостоятельно и без моего влияния восстанавливает физическое тело. Непонятно, каким образом это происходит, но, возможно, за счет некоей особой энергии мне удается поддерживать неполноценное существование даже когда моя оболочка фактически мертва.
И вот, наступил момент, которого я так долго ждала. Из дыры наверху появился первый лучик света, что знаменовало начало нового дня. Аккуратно, стараясь не будить свою подругу, я вышла наружу и направилась ко входу в храм, так как именно там мы с Гелиасом договорились встретится. Несмотря на то, что я пришла первой, ждать пришлось не так уж и долго. Мой наставник в неторопливом стиле дефиксов двигался ко мне.
— Доброе утро, Гелиас.
— И тебе того же, Рэвери. Сегодня важный день для нас обоих, ведь у нас появилась возможность сделать следующий шаг и слегка приоткрыть завесу твоей тайны.
Я кивнула и выпрямилась, выражая готовность. Учитель первый зашел внутрь. Мы поднимались до третьего этажа, того самого, в центре которого присутствовала гигантское углубление. Сбоку находилось небольшое каменное сооружение с множеством отверстий, которое было заполнено землей. Рядом стояла Вессия, которая уже пересаживала в него цветок с белыми и слабо сияющими лепестками.
— Приветствую вас, — она поклонилась нам, а мы ответили тем же. — Все готово, можете начинать.
— Не так быстро, — остановил ее Гелиас. — Для начала моей ученице нужно усвоить еще кое-какую информацию.
Он повернулся ко мне, на моем лице застыло недоуменное выражение. Снова теория? Сейчас, когда вот-вот раскроются мои тайны?
— Помнишь, я упоминал, что помимо основных шести элементов существует еще восемь особых? — спросил он.
— Да, помню такое, — подтвердила я.
— Честно говоря, они крайне редко выпадают кому-либо, даже нам, дефиксам, нечасто везет на них. Тем не менее, у нас они тоже изучаются, причем, индивидуально. Это связано с тем, что эти элементы значительно сложнее, чем основные.
— Об этом я уже догадалась, иначе ты бы давно о них рассказал.
— Есть еще один важный момент, — он стал намного серьезнее, чем когда-либо. — Видишь ли, некоторые из этих особых элементов крайне опасны как в изучении, так и в использовании, вплоть до того, что в процессе обучения от незадачливого ученика даже под строгим контролем может остаться лишь мокрое место.
— И что это значит? — спросила я. — Я ведь все равно смогу их изучать за счет бессмертия.
— Дело в том, что часть из этих элементов, помимо опасности, еще и самой своей сущностью нарушают как наши правила, так и некоторые законы природы. Именно поэтому четыре из восьми особых элементов являются запретными. Мы их не применяем, не изучаем, даже если у кого-то они родные, и даже не произносим их названия. Это табу, и у меня нет прав его нарушать, даже в твоем особом случае. Я знаю, что когда ты запустишь свою энергию внутрь этого пьедестала, может произойти что угодно, но независимо от того, что тебе выпадет, я назову лишь те элементы, которые разрешены в изучении.
— То есть если мне выпадут запрещенные элементы, я об этом даже не узнаю?
— Ты узнаешь о том, что они у тебя есть, но не более того. И даже не пытайся убедить меня рассказать о них. Все равно никто здесь тебя им не научит, поняла меня?
 
— Полагаю, выбора у меня нет, — вздохнув, согласилась я. — А что с разрешенными особыми элементами?
— Расскажу вкратце, — начал Гелиас. — Элемент силы позволяет изменять свойства собственного физического тела. Иллюзия способна временно искажать реальность рядом с хозяином, создавая ложные образы для других. Воплощение призывает материальные объекты, которые могут существовать до тех пор, пока их не развеять. Наконец, разум может раскрывать новые возможности твоего сознания и менять твое восприятие действительности.
— Они явно немного интереснее основных, понятно почему их зовут особыми, — прокомментировала я.
— Они особые, потому что их возможности возлагают на тебя большую ответственность, — сказала Вессия. — Мало кто ими владеет, но те, кто могут их использовать, открывают для себя уникальные возможности, что возлагает на них редкие задачи, включая возможность передавать свои знания и способности другим ученикам. Пусть мы, дефиксы, обладаем долгим сроком жизни в четыреста лет, всегда должны быть эвиарты, владеющие хотя бы одним особым элементом.
— Мне подвластен элемент воплощения, — продолжил Гелиас. — При надобности, я могу, например, закрыть все проходы в Бринбург, причем это будет настолько гладко и ровно, что никто никогда не догадается, что в тех местах был какой-то вход.
— Здорово, — не сдержала восхищения я. — Мне уже не терпится узнать, что у меня.
Гелиас, наконец, махнул рукой в сторону самой объемной центральной дыры, размером чуть больше руки. Наконец-то, настал момент истины. Моя ладонь вошла в дыру вплоть до запястья, а глаза медленно закрылись. Я сконцентрировалась, и запустила процесс черпания, взяв немного энергии из духовного тела, после чего создала поток и пропустила его вдоль своей руки, высвободив пальцы. Послышался легкий хлопок, а еле заметные колебания в воздухе тут же впились в землю. Сначала ничего не происходило, и я даже испугалась, что сделала что-то не так, но Вессия и Гелиас сосредоточенно смотрели на растение. Поначалу оно легонько качнулось, но потом, с ним начали происходить странные вещи. Лепестки слегка распухли и под тяжестью слегка пригнулись вниз.
— Вода, — сказал Гелиас. — Что же, вполне ожидаемо.
Сияние белых лепестков ненадолго стало чуть ярче, а после они выпрямились, став более ровными и потеряв изгиб от предыдущего воздействия.
— Свет, — прокомментировала Вессия. — Как прекрасно, это же мой любимый элемент!
Следом, столбик цветка дернулся из стороны в сторону, а стебель слегка нагнулся в сторону.
— Хм, разум, как интересно, — Гелиас явно был доволен. — Так и думал, что у тебя будет особый элемент.
Вессия погладила цветок, ощупывая и выравнивая лепестки.
— У тебя весьма богатый набор, и очень качественный, хочу сказать, — с улыбкой сказала Вессия. — У нас большинство обладателей трех элементов становятся эвиартами.
— Боюсь, до этого мне еще далеко, — ответила я, выдохнув полную грудь воздуха, который сидел в моих легких все это время. — Но я обязательно буду стараться!
Гелиас одобрительно кивнул и похлопал меня по плечу. Впереди нас явно ждет долгое обучение. Подумать только, целых три элемента! Я ожидала, что будет максимум два, да и то основных, а здесь даже один особенный имеется. Вот Мия удивится, когда узнает.
— Гелиас…
Мы обернулись и увидели Вессию, которая с выражением легкого испуга смотрела на цветок. Четыре лепестка из шести полностью потеряли свое свечение, стали жухлыми и приобрели серый цвет. Гелиас серьезно посмотрел в глаза женщине, и она ответила ему тем же, после чего, они быстро кивнули друг другу. Я ожидала, что они как-то это прокомментируют, но мой учитель просто развернул меня своими руками, и, придерживая за спину, повел к выходу. Мне захотелось еще раз взглянуть на цветок, но Вессия мигом закрыла его своим телом и выдернула из земли, поспешив наверх, в зимний сад.