Право на эшафот (СИ)

— Надо. Будем усыплять бдительность. Вино для этого особенно хорошо подходит.
Руку я от кристалла оторвала, отдала уже достаточно и решительно направилась к Раулю. Он сидел в кресле и любовался картиной. На мой взгляд, ничего особенного в ней не было: даже понять, что изображена женщина, можно было не с первого взгляда. 
— Вино скоро принесут. К сожалению, я в выборе не сильна, так что решить, что именно нам нужно, не смогла, оставила на усмотрение местного хранителя.
На удивление Рауль проявил воспитанность и встал, но всё моё восхищение его хорошими манерами закончилось вмиг, стоило ему сказать:
— Катарина, вы такую интересную фразу произнесли, когда были не в себе. «Какого чёрта». Что это значит?
— Вам послышалось, Рауль. — Я уселась в кресло напротив, дав возможность сравнить даму живую, но одетую, с голой, но нарисованной. Уверена, если бы проходило соревнование, я бы выиграла с разгромным счётом. Во всяком случае внимание единственного кавалера полностью принадлежало мне. — Я в точности не помню, что я говорила, но, скорее, что-то типа: «Какого ксуорса». Какого ксуорса вы меня спровоцировали?
Самая лучшая стратегия защиты — нападение, это я ещё из прошлого мира помню. Вот и сейчас Рауль едва заметно смутился, наверняка выбросив чертей из головы хотя бы на время. И через пару дней будет сам сомневаться, что слышал.
— Откуда мне было знать, что у вас такие проблемы с контролем?
Он сел и оказался слишком близко. На таком расстоянии врать куда сложнее, чем если собеседник отделён от тебя приличных размеров столом.
— У меня нет проблем с контролем. 
— Неужели? — он насмешливо приподнял бровь. — Мне так не показалось. Проблемы есть, и вы можете быть опасны для окружающих. Сколько у вас Кругов Силы?
— Шесть с половиной.
— А если честно?
— А сколько у вас?
— Девять, — ответил он, не дрогнув глазом.
— А если честно? — вернула я ему его реплику.
Я улыбнулась, а он недовольно прищурился.
— Какие у вас основания считать, что я вру?
Ответить я не успела, потому что после короткого стука в комнату вошла мрачная горгулья, толкая перед собой столик, на котором стояли бутылка вина, два бокала, пара тарелок, столовые приборы и ваза с фруктами. Фруктами поневоле заинтересовалась и я, потому что среди них оказались мне незнакомый, похожий на огромный персик, с таким же характерным пушком, но зелёный, как киви-переросток. Пока я размышляла, как его правильно есть, Рауль уже сцапал.
— Он один, — намекнула я.
— Я порежу. Прекрасная закуска к вину.
При упоминании вина почему-то вспомнилось, как горгулья предлагала спрятать концы в воду, то есть принца в землю, и я сразу заволновалась. 
— А вы уверены, что вино нормальное после стольких лет? — подозрительно спросила я.
Горгулья оскорбилась.
— Донья, неужели вы думаете, я принесу вам какую-нибудь гадость? В стазисе ничего не портится. 
— Мало ли, — продолжила я. — Может, те маги, что были здесь, оставили сюрприз тем, кто придёт на их место? 
— Не переживайте, Катарина, у меня определитель ядов при себе, — прервал наш спор Рауль. — В этом вине ничего вреднее спирта нет.
— Донья, на всякий случай сообщаю, что вас ищут. Молодой маг с сеньоритой делают уже второй круг вокруг нашего корпуса.
— Мы коротко поговорим и выйдем, — решила я.
Горгулья этим удовлетворилась и процокала на выход, почему-то выразительно махнув крылом на кровать. Ну нет, до такой степени отвлекать Рауля я не собираюсь. Не настолько я политически подкована. Предстоящего разговора я страшилась, но даже вздумай я его начать с кровати, всё равно придётся договариваться словами.
— Итак, что мы имеем. Вы сильный маг, потерявший память и не умеющий контролировать силу, — удостоверившись, что дверь закрылась, резюмировал Рауль. — У нас с вами была обоюдная клятва, но вы свою часть обещания выполнить не можете.
Как и обещал, он уже старательно пластал фрукт на ломтики. Внутри тот оказался тоже тёмно-зелёным, чуть светлеющим к косточке. Косточку Рауль выковырял и зачем-то положил в карман.
 
— Рауль, это чистой воды жульничество. Я обещала провести вас в Сиятельный корпус — и вы здесь. Со своей стороны я выполнила всё в точности. Если вы намекаете, что можете не выполнить свою часть клятвы, то нет, не получится.
— С вашей стороны речь шла о библиотеке.
— Нет, речь шла о Корпусе, и вы это прекрасно помните, — твёрдо сказала я и взяла ломтик странного фрукта.
На вкус он оказался близок к персику и такой же сочный, небольшая кислинка придавала нотку свежести, которой так не хватало в нашем разговоре. Я даже прижмурилась от удовольствия. Удовольствия хватило ненадолго.
— И всё же я рассчитывал на библиотеку.
— Не знаю, на что вы рассчитывали, но сейчас вы просто пытаетесь получить что-то сверху. Смотрю, вы вполне овладели отличительной особенностью монархов: палец им подашь — норовят руку по локоть оттяпать. Вы, конечно, ещё не монарх, только учитесь, но пасть у вас большая.
— Пасть?
— Приготовленная для желаний. Но на меня рот можете не разевать.
Он усмехнулся, открыл бутылку и разлил по бокалам тёмно-рубиновую жидкость.
— Катарина, давайте тогда заключим договор. Не клятву, нет. Я прикрываю вас в университете, а вы мне выносите книгу из местной библиотеки. Одну-единственную книгу.
— Отсюда книги выносить нельзя, — сразу резко ответила я.
Я не знала, что находится в библиотеке, но чувствовала, что может быть что-то опасное. Для меня, Сиятельных, мира, наконец. Магия — это вам не шуточки. Если от кого-то держат в тайне информацию, то не всегда из вредности.
— Делаете мне с неё копию. Заклинанию научу.
— Подозреваю, что и копию вынести будет нельзя.
Вино я попробовала кончиком языка. Кислятина кислятиной. Промахнулась горгулья с выбором. От такого вина романтических мыслей не бывает. Такое пьют на деловых переговорах. Рауль тоже немного отпил, поморщился, потом наклонился ко мне, взял за руку и сказал столь проникновенным голосом, словно признавался в любви:
— Катарина, мне очень нужна эта книга. Очень. Вы мне поможете? А я помогу вам.
  
Глава 36
 
Единственное, в чём я смогла убедить Рауля, — закончить разговор снаружи. Мол, всё равно ему тут ничего не доступно и угощение так себе. Уверена, что горгулья специально выбрала самое отвратительное вино из запасов, чтобы не приваживать гостя. Иначе получит удовольствие — захочет ещё раз прийти. Хотя Рауль недовольным угощением не выглядел и наверняка не отказался от ещё одной порции фруктов, которые мы с ним съели подчистую.
— Донья, а вы так и собираетесь выходить? — ехидно спросил Рауль, когда мы уже стояли у стены и я протянула руку, чтобы помочь ему пройти сквозь неё.
О чём он говорит, поняла я не сразу, скорчила недоумевающую мину и лишь потом спохватилась и отпила из припасённого флакончика, радуясь своей предусмотрительности.
— Не могу сказать, что так лучше, — отметил он, — но безопаснее однозначно. Выходим?
— Прямо сейчас не стоит, — проскрипела горгулья. — Если вы не хотите испугать своих друзей, вылетев на них из кустов.
Рауль этак задумчиво на неё посмотрел и пробормотал себе под нос, что если какая-то горгулья видит сквозь стены, то и он наверняка сможет.
— Только не надо пробовать сейчас, — прошипела я, испугавшись, что он не просто попробует, но и сможет. — А то Хранитель не впустит меня в следующий раз, или, не дай Двуединый, впустит Диего.
Оговорилась я специально, чтобы Рауль отвлёкся от экспериментаторских идей. 
— Диего?
— Дона Дарока.
— Вы с ним настолько близко знакомы?
— Можно сказать, он помог избежать мне брака с доном Нагейтом.
— Как интересно…
Но сказать, что именно ему интересно, он не успел, потому что горгулья проскрежетала:
— Выходите, пока никого поблизости.
Мне показалось, что она ещё меня подтолкнула в спину, потому что мы вылетели с явным ускорением и я опять чуть не упала. Хорошо, что Рауль успел меня подхватить.