Самый лучший апокалипсис 2 (СИ)
— Значит так, Галустян… — разом подобрались спортсмены, поудобней перехватили свои орудия убийства.
— Остыньте! — влез между нами "паладин"-Макар, — не до конфликтов сейчас. Михаил пойдет с нами. Я так решил.
Дым и Мрачный отступили, но дружбе между нами теперь точно не бывать. Окончательно закрепила нашу вражду реплика бильярдиста:
— А я вспомнил тебя, парниша, — подмигнули мне многозначительно. — Ты же звезда интернета. Я тебя вспомнил!
— Так, что тут вас?! Макар, в чем дело?! Почему ещё не в подъезде?! — подскочил с гневными расспросами Василий Александрович, не дал нашей компании завершить ритуал знакомства.
Без имени и фамилии осталась долговязая, бледноватая на вид девчонка лет двадцати-двадцати пяти. С длинными черными волосами, угрюмая и молчаливая, девушка стояла немного особняком, в диалог не вступала и ждала окончания нашего с парнями обмена любезностями. Холодный, внимательный взгляд её карих глаз без остановки курсировал между «святой» троицей, изредка останавливаясь на мне, добровольце Лёхе или держащем на прицеле темноту подъезда испуганном солдате.
— Так, всё! Берите блогера и вперед! Давайте, парни, давайте! — мнимой срочностью прикрывая собственное раздражение ласково попросил-приказал нашему отряду Василий Александрович.
Тут же у подъезда возник пухлый малый с камерой в руках. Весь какой-то зашуганный, в царапинах и с синяком под глазом, так называемый блогер вид имел побитый и растерянный. Особое любопытство вызывала шишка на его лбу. Огромная и в сеточку.
— Что это с ним? — не удержался я от вопроса.
— С журналисткой что-то не поделили, — отмахнулся Василий Александрович. — Бегает тут одна во дворах, всё репортажи свои снимает. Конкурент нашему блогеру. У них от незеррилм задание одинаковое и срок до девяти утра. Бывают же совпадения.
— Мы их еле разняли такая там драка была, — неодобрительно покачал головой Макар.
— А кто победил-то? — заинтересовался я противостоянием.
— А то не видно?! — взлетели брови у говорящего. — Журналистка нашего блогера в землю чуть не затоптала и микрофон свой ему о лоб погнула. Вон, шишка на пол головы!
Я припомнил неугомонную дамочку-репортера. Ну да, эта могла. Дабы как-то поддержать проигравшую сторону, ободряюще улыбнулся побитому пухляшу. Не помогло. Жертва репортерши с глазами испуганного котика вытаращился на меня через объектив своей видеокамеры. Бледный на вид, с трясущимися губами, блогер без остановки снимал меня, молчаливую девушку за моей спиной и норовил чего-то промямлить. Издать хоть какой-нибудь звук у него категорически не получалось, а потому дрожащий репортер лишь беззвучно шевелил губами и тыкал в меня пальцем. Странное поведение.
— Всё, вперед-вперед, — махнул нам Василий Александрович, толкнул ко входу в темноту подъезда. — Галустян идет первый, Алексей за ним, дальше Макар и остальные, — весело подхватил подаренное мне шахматистами прозвище куратор отряда. — А ты чего скривился, Миша? Не нравится что-то?!
Василий Александрович вплотную подошел ко мне, приблизил своё лицо:
— Не нравится что первым поставили? А чего ты хотел, дружок, за спиной парней моих отсидеться?!
Хотелось бы чтобы меня не называли Галустяном и лицо своё подальше убрали. Всё остальное как-нибудь переживу.
— Ты мне тут давай не кривись, — как-то по-своему истолковал мою реакцию мужик, — я что ли должен делать за тебя работу? Ты в армии служил, а? Не слышу? Как от армии косить, дак вы все горазды, а как Родина позвала, дак вас днём с огнем не сыщешь!
Василий Александрович ещё добрых пару минут поднимал свой рейтинг за мой счет. Особенно жадно внимала и поддерживала эту странную отповедь толпа зевак у подъезда. Поглядеть и послушать как «с умом и по делу» отчитывают молодежь, в нашей стране и по сей день первый номер в хит-параде развлечений.
— … но ты парень умный и сам всё понимаешь! Так что давай, лучше не злись на меня, а подумай хорошенько и начинай уже браться за голову! — закончили читать мне наставления.
Василий Александрович эдак по-отцовски, как старший младшего, одобрительно хлопнул меня по плечам. Пропаганду за советскую власть официально посчитали оконченной. Я обвел взглядом толпу, наш странный отряд, «новобранца» Лёху. У всех одухотворенное выражение лица, грудь колесом, во взгляде читается мужество и отвага. Лёха так и вовсе готов выхватить воображаемый меч, поднять святое знамя и бежать штурмовать амбразуры — настолько он пропитался чужими наставлениями.
— Василий Александрович, я первым пойду, всё нормально, — вклинился между мной и «руководством» Макар, встал на мою защиту. — Михаил замыкающим будет, ничего страшного.
Проверив самочувствие перепуганного военного, да заботливо поправив тому съехавшую набекрень каску, Макар спрятал нервничающего армейца себе за спину. Раздав короткие команды Дыму и Мрачному, построил тех в шеренгу, прикрывать военному спину. Оставшейся троице, то есть нам, разрешили идти последними, «чутко следить» и «если что — кричать». В общем, щедро разбрасывая благородство налево и направо, паладин Макар под восторженные возгласы толпы повёл наш нестройный отряд на героический штурм подъезда.
Ну как повел — я остался стоять, наученный предыдущим опытом посещения сомнительных многоэтажек. Наблюдая, как в темноту подъезда без проблем заходят светоносный, армеец и шахматист-дымный, я было усомнился в собственных предположениях, но комок флуоресцентных щупалец, свалившийся на голову идущего следующим бильярдиста, быстро всё расставил на свои места. Псевдоразумный полип, он же «медуза» насколько я помню, в считанные секунды засосал в свои объятия неудачливого охотника за приключениями и чуть было не утянул того под потолок, всего целиком. Наш дружный отряд тут же развалился, и без того перепуганный армеец чудом всех не расстрелял, а толпа народа, с Василием Александровичем во главе, рванула в россыпную.
— Помогай!! Тащи его оттуда! Ну, чего встали?! — первым сориентировался Макар, попытался спасать своего товарища из плена живого киселя.
Полип, я в нём даже не сомневался, без проблем добавил воинствующего паладина к себе в коллекцию. Теперь в живом холодце бултыхалось двое, медленно подготавливаясь к участи быть переваренными заживо. Я глянул на дико орущего армейца. Предыдущий рожок патронов тот спустил в молоко, но следующий обещал быть реализован уже как надо — в кисель, Макара и его товарища. Благо дрожащие руки временно не позволяли ему этого сделать. Понимая, что промедление ни к чему хорошему не приведет, я обломал ветку с ближайшего дерева, ткнул в догорающее колесо УАЗика, намотал вокруг сука̍ горящей резины и поплелся спасать потерпевших.
Медуза, не будь дура, к моему наступлению оказалась готова и сделала ход конём — перед самым моим носом попыталась закрыть металлическую дверь подъезда. Я от подобного фокуса малость прифигел. Настолько простого и логичного решения от псевдоразумного холодца никто не ожидал. Видимо на что-то подобное хитрый кисель и рассчитывал, ибо пока я пребывал в прострации, металлическую дверь практически закрыли. Не хватило какого-то мгновения — я лихорадочно ткнул горящей палкой в спасительную щель. На этом, можно сказать, наше противостояние и закончилось. Светящаяся гадость ещё пыталась сопротивляться, норовила заграбастать меня в свои объятия, опутать щупальцами, шибануть током, но опыт подобных баталий был на моей стороне и донельзя вонючая, горящая резина на палке быстро отправила медузу в мир иной.
— Ну, с-сука!! — первое, что я услышал в свой адрес, стоило спасенному Мрачному малость оклематься. — Он знал, он знал! И специально не пошёл! Всё, падла, кранты тебе!!
Взбешенный бильярдист бросился на меня, норовя проткнуть кием, но барьером на его пути вновь оказался Макар. Вот же благородная душа какая.
— Успокойся я сказал! — всё ещё отплевываясь киселем, удерживал на месте брыкающегося соратника светоносный. — Спасибо ему лучше скажи.
— Да-да, ща скажу! Отпусти меня!!