Амбивалентность P.S: Я научу тебя любить (СИ)
— Куда ты, Ками? — мама попыталась схватить меня за руку, но я оттолкнула ее от себя.
— Я хочу поговорить с этим гадом, — прорычала и схватилась за голову. В ушах предательски зазвенело. Нужно было все-таки поесть. Я попыталась сесть обратно за стол, но тот вдруг резко прыгнул на меня. Перед глазами возникла темнота.
Глава 18
Я стояла в красивом свадебном платье, которое делало меня похожей на принцессу: облегающий верх с открытыми плечами придавал изящность, корсет сужал и без того тонкую талию, а длинная атласная юбка, состоящая из множества слоев, делала образ воздушным. Я была очень красивой невестой. С моим лицом еще ранним утром поработал визажист, заказанный родителями. Они сделали все для того чтобы их дочь выглядела бесподобно. Только одного они сделать не могли — добавить блеск счастья в глаза.
Внутри меня бушевал вулкан из боли, слез и желания кричать в голос от происходящего. Я не могла переварить информацию о том, что моего Ильяса больше нет. До последнего верила, что любимый успеет вернуться и спасет меня от ада, под названием «брак с Назаром», но уже ничего не изменить. В тот день, когда я очнулась после обморока со мной еще раз поговорил отец и рассказал обо всех плюсах брака с этим убийцей. Объяснил, что у меня нет возможности отказаться.
Но мне уже было все равно.
Моя жизнь оборвалась в тот момент, когда я увидела свидетельство о смерти любимого. Разом рухнуло все, к чему стремилась, чем жила и о чем мечтала. Вместе с Ильясом погибли все желания и смысл в жизни. Через час я стану Камилой Волковой. Не Нигматулиной, как мечтала, а Волковой. Моим мужем будет самый настоящий убийца, от которого можно ожидать чего угодно. Я боялась Назара. Не знала, на что он еще способен. Слишком много слышала про его жестокость и как он поступает в случае неповиновения. Возможно, он убьет меня за то, что сварила неправильно кофе или пересолила суп. В глубине души я мечтала о смерти и готова была её принять от Назара: ведь только умерев, смогу снова быть рядом с любимым.
Я посмотрела на себя в зеркало и грустно улыбнулась: красивая. Мы так хотели с Ильясом пожениться. Я представляла, какой буду красивой невестой, но не могла даже подумать, что родители насильно выдадут отморозка, который меня старше почти на двадцать лет. Но идти против отца — равносильно смерти. Выйти замуж не по любви — тоже.
И в том и в другом случае я мертва. И больше не являлась хозяйкой своей жизни.
Но убивать себя большой грех и Ильяс бы такого не одобрил. Он всегда желал, чтобы я жила. И я выполню его желание. Только какой ценой…
— Ты очень красивая, Камила, — мама поцеловала меня в щеку, смахивая появившиеся на глазах слезинки, — я даже представить не могла, что ты будешь такая красивая.
— Не в красоте счастье, мама, — я покачала головой, — а в том, чтобы выйти замуж за любимого.
— Не начинай, — голос матери стал строгим, — любовь приходит со временем. И со временем уходит. С Назаром ты будешь счастлива. Он даст тебе все, что нужно женщине.
Мама крутила в руках медальончик, подаренный Ильясом. Я не расставалась с ним ни на минуту и на свадьбу собиралась идти тоже в нем. Это единственное, что осталось у меня на память от любимого.
— Что же, мама? — с грустной улыбкой забрала свой кулон у матери и не дожидаясь ответа пошла к выходу. Слышала, что за мной приехала машина.
— Защиту, дурочка. И безопасность! Твой Ильяс никогда бы не дал тебе то, что даст Назар! — крикнула мне в спину мать, но я даже не обернулась.
Внизу ждала черная иномарка с Сергеем, охранником Назара. Сергей — это, наверное, единственный человек из окружения будущего мужа, который меня не раздражал. Он всегда улыбался и был учтив. Мне иногда даже казалось, что он соболезнет моей участи. Вот и сейчас, Сергей вез меня в сторону ЗАГСа и я замечала на себе его сочувственные взгляды. Но было все равно.
С Назаром мы встретились возле дворца бракосочетаний. Количество людей, которые пришли поглазеть на свадьбу криминального авторитета смущало. Родители говорили, что «торжество» пройдёт в кругу своих, но многим было интересно увидеть своими глазами невесту, которая решилась на столь отважный шаг, и придумать темы для новых сплетен. Охрана Волкова бдительно следила за тем, чтобы ко мне никто не приближался и закрывали нас с Назаром по пути к ЗАГСу. Телохранители закрыли наши фигуры плотной стеной так, что никто не мог увидеть жениха с невестой.
Я поймала себя на мысли что хочу, чтобы сейчас нашелся тот, кто осмелится убить Назара или же меня. Тогда мне не придется мучиться. Но увы. Я не слышала выстрелов в спину, а Назар шел твердой и уверенной походкой, удерживая меня за локоть. Такого как он даже на том свете видеть не хотят.
В самом ЗАГСе я смотрела на Назара и сжимала зубы до боли в челюсти. Во мне кипели волны злобы и негатива. Я ненавидела и проклинала этого человека. Он даже представить не мог, насколько сильна моя ненависть, граничащая с чувством страха. Хотя, скорее всего, догадывался, сканируя меня своим хищным взглядом.
Я не могла не отметить то, что это чудовище выглядело как всегда потрясающе: гладко выбрит, в дорогом костюме, который ему очень шел. И снова этот аромат с сандалом, который у меня ассоциировался только с Волковым. Мужчина не сводил с меня своих изумрудных глаз, пока регистратор читала стандартную речь про «и в радости и горе». Я же смотрела Назару за спину, мечтая, чтобы все поскорее закончилось.
На свадьбе он особо меня не трогал, не пытался поговорить и такое положение вещей не могло не радовать. Раздражали только крики «горько» после которых приходилось целоваться. Я не отвечала на поцелуи и не проявляла инициативы, и Назар это видел. Уже когда объявили «Танец молодых», он психанул.
— Прекрати себя вести так, будто тебя держат в заложниках, — тихо сказал, кружась со мной в вальсе.
— Почему как будто?
— Ты не заложница. Первичное бывает обманным. Со мной ты будешь счастлива, — процедил теперь уже мой муж.
— У каждого разного понятия о счастье, — я заметила, как Назар стиснул от злобы челюсть. Он не любил, когда ему кто-то перечил.
После танца я смогла ускользнуть в дамскую комнату чтобы умыться. Поспешила умыть лицо холодной водой. Уже стоя перед зеркалом, я с опаской прислушивалась к звукам, доносившимся из коридора, боясь, что мне придется заплатить за свой гонор. Казалось, что сейчас повторится ситуация с рестораном, где за плохое поведение Назар чуть не сровнял меня с зеркалом.
Наплевав на макияж, я умылась и стерла с себя все слои тоналки. Моя кожа и так была красива, а косметика стягивала кожу подобно маске. Когда уже вытиралась салфетками, дверь в туалет открылась и внутрь зашел Глеб. Я удивленно посмотрела по сторонам, испугавшись, что нас могут заметить и зашипела на друга:
— Ты как сюда пробрался? За мной же хвостом телохранитель ходит.
Глеб с Алисой не пошли на «торжество», пояснив, что не собираются наблюдать, как их подругу ведут на убой. Я в глубине души была этому только рада, но сейчас находилась в шоке.
— Хорошая штука, однако. Я поговорить зашел. Больше у нас возможности не будет, тебя теперь круглосуточно псы цепные охраняют, — друг помахал перед собой шокером и убрал его в карман. После этого он покосился на дверь и, убедившись, что к нам никто не идет, подошел ближе.
— Глеб, он убил Ильяса! — я всхлипнула и бросилась к нему на шею.
— Что значит, убил? — парень отстранился от меня, потрясенно заглядывая в глаза. В его взгляде читался искренний шок. Он не знал?
— Я видела свидетельство о смерти и в газете писали, — я начала всхлипывать. Еще немного и у меня начнется истерика.
— Сукин сын, — сплюнул друг и сжал кулаки.
— Он на моих глазах убил человека. Смерть Ильяса не может быть случайностью, — я смотрела себе в ноги и всеми силами пыталась уговорить себя больше не плакать.