Пепел дорог (СИ)
Награда за участие в ликвидации:
Опыт: +2314. Характеристики: +3 к Картографии, +5 к Меткости, +2 к Физической броне, +3 к Реакции, +2 к Силе Стикса. Навыки: +20 к Хамелеону (Защита +1).
Одерживайте славные победы дальше! Удачной игры!
Ну вот я и перевалил уровнем развития за полтинник. Прощай «костюм» рубера, здравствуйте латы элитника. Эх, кабы не чертов спек, сейчас о-го-го каким бы монстрищем стал. Впрочем, если б не вколотый друзьями допинг, с гораздо большей вероятностью меня б тупо до смерти зацарапали у стены слепуны. А, если б у низкоуровневых тварюшек не хватило-таки силенок пробиться через мой покоцанный роговой доспех, подоспевшие боты душевно подпалили бы всю нашу веселую компанию и, кроме меня со слепунами, изжарили б, до кучи, и отсиживающихся в норе-убежище ребят… Выходит, зря бочку качу на спек. Реально помог выжить отряду препарат. Хоть и превратил, в итоге, меня в гребаный овощ…
– Ну че встал, придурок! – отвлек меня от размышлений знакомый женский голос. – Да, Жаба, именно к тебе я и обращаюсь… Башку ему приподними, и пасть открой… Да не ссы, не откусит он твои пальцы.
– А че я-то. Скунс у нас знахарь, вот и пускай…
– Разговорчики, млять!.. Сука, не беси меня. Я не Рихтовщик, сюсюкаться не стану. Еще одно слово, и рядом с ним в луже крови лежать будешь!
Мою голову с явной натугой приподняли и взгромоздили на мягкие колени. С «пастью» я решил помочь крестнику, и распахнул рот самостоятельно.
– Зашибись! Мы тут несемся к нему через все поле, боимся не успеть, а он, оказывается, в сознании! – тут же прокомментировала мой жест доброй воли «сердобольная» Слеза.
– Я н… – мои оправдания прервал поток живца, хлынувший в раскрытый рот из приложенной к губам фляжки.
Чуть не захлебнувшись, я стал жадно глотать кисло-горький нектар жизни.
Опустошив одну емкость, Слеза тут же сменила ее другой. И только слив до капли третью фляжку, прекратила меня поить и позволила отдышаться.
– Ну че? Как он? – спросила Слеза явно не у меня.
– Уже лучше, – откликнулся Скунс. – Теперь еще его нужно накормить. Организм сильно истощен, диагностирую множество травм различной степени тяжести, плюс огромная кровопотеря… Вывод: ему катастрофически не хватает материала для восстановления.
– Жаба, слышал?.. Ну и че сидим? Кого ждем? Доставай тушенку из рюкзаков и корми болезного.
– А сколько?
– Все, что есть доставай, – опередив командиршу, ответил Скунс.
– Да там наш недельный запас! Куда столько-то?
– Делай, что док говорят! – шикнула Слеза.
– Не видишь, что ли, какой он здоровенный, – все же снизошел до ответа приятелю Скунс. – Ему банка тушенки, как тебе леденец. За один присест все наши запасы сметет, только банки откупоривать успевай и содержимое в пасть вытряхивать.
– Вообще-то, я все слы… – мое возмущенное шипенье снова наглым образом проигнорировали, и, не позволив договорить, ухнули в рот первую банку тешеного мяса.
Я аж заурчал от удовольствия, глотая эту пищу богов.
За первой тут же последовала вторая, потом третья, четвертая…
Пока я жадно заглатывал порции жирного мяса, десять минут действия спека благополучно истекли. Путающая мысли вата дебафа сгинула из мозга, думки прояснились, и я тут же вспомнил о прилетевших мне за выполненные задания очках свободного развития характеристик. Всего их сейчас у меня скопилось уже аж четырнадцать тысяч. Конечно, по уму, большую часть этих запасов следовало законсервировать в качестве страховки, на случай смерти и последующего перерождения. Но сейчас я остро нуждался в скорейшем восстановлении, а растраченные очки, будучи здоровым, в ближайшие часы я имел железную возможность восстановить дальнейшим исполнением третьего персонального задания. Главное необходимо было выжить, и как можно быстрее вернуть могучему телу былые здоровье и силу. Потому, я решил рискнуть, и все имеющиеся свободные очки мысленным приказом направил на развитие Регенерации.
Через мгновенье перед мысленным взором ожидаемо загорелись строки системного уведомления:
Внимание! Вами использовано 14000 очков свободного распределения характеристик.
Характеристика Регенерация: +14000 (Защита +140).
– Все, это последняя, – доложил Жаба, вываливая мне в рот очередную, бог весть какую по счету, порцию мяса.
– Ну как? Есть сдвиги? – тут же поинтересовалась Слеза.
– О да! И еще какие! – восторженно откликнулся Скунс. – Да сами поглядите, кровь уже не течет, потому что в дырах на теле сформировался тонкий, базовый слой роговой брони. И на уцелевших пластинах трещин стало заметно меньше… Честно говоря, я даже не предполагал, что едой и живцом удастся так форсировать исцеление.
Подтверждая слова знахаря, у меня заработало наконец восприятие, и я смог ощутить тройку друзей, склонившихся нам моим великанским телом. А через секунду самостоятельно разлепился и распахнулся глаз, но выплеснутый ботами напалм к тому времени в пещере уже прогорел, и никаких дивидендов в окружающей чернильной тьме случившееся прозрение мне не принесло.
– Ну-так… Он же сейчас, считай, как рубер. А у тварей жратва – первейшее средство для восстановления, – авторитетно пояснила Слеза.
– Уже, как элитник, – пропыхтел я, отпыхиваясь после форсированного приема пищи.
– С тобой мы позже поговорим, – шикнула подруга, и на мою попытку приподняться на локтях мгновенно отреагировала тычком в здоровую грудную пластину, опрокинувшим меня обратно на спину. – Лежи уже, элитник, твою мать. Все, млять, отвоевался. Теперь у тебя постельный режим.
– Да нельзя…
– Заткнись, дай с доктором поговорить, – перебила включившая наседку подружка и, отвернувшись (я этого, разумеется, не мог видеть, но подсказало чуткое восприятие), спросила Скунса: – Так через сколько, говоришь, на ноги его поставить сможешь?
– Тушенка, к сожалению, кончилась. А без еды, наметившийся прогресс, боюсь, замедлится. Но, учитывая, его отменную регенерацию, думаю в течение ближайшего часа он сможет встать, и…
– Да какой, в жопу, час! – перебил я. – Здесь боты будут с минуты на минуту!
– Какие боты?.. Почему боты?.. – наперебой закудахтали крестники.
– Так вот чей отряд ты в переходе спалил! – без тени паники припечатала выводом Слеза. – Значит, ублюдки продолжают охотиться на нас… Но там, из-за мощного пожара, случился обвал.
– У ублюдков были огнеметы. Напалм в них, при попадании огня, воспламенился. И вышло, что, когда поджег одного, загорелись все.
– Это я и без твоего объяснения поняла, – хмыкнула Слеза. – Я к тому, что ход из центральной пещеры завалило. А по проходам через соседние пещеры они сюда будут целый день пробиваться.
– Боюсь, ты их недооцениваешь, – возразил я. – Ботов больше сотни. У них дроны и огнеметы. И они уже несколько часов штурмуют Зубастую Яму. Так что руку набили. И зная, где нас искать…
– Рихтовщик, хорош парней запугивать. Скунс, вон, того гляди обделается, а ему еще тебя на ноги ставить… Жаба, а ты че уши развесил? Да не трясись, боец, нормально все будет. Видишь, Рихтовщик у нас какой сильный стал. Элитник, млять! Настоящая машина для убийства. Смотри сколько слепунов он в пещере практически в одно рыло перекрошил. Сейчас Скунс его подшаманит, и он всем ботам такую кузькину мать покажет!
– Ппправда?
– Кривда, млять… Вали споровики потрошить, придурок. Нам потом еще в стабе тушенку по новой закупать придется. А чем расплачиваться за нее прикажешь? Казначей, твою мать!
Жаба послушно сбежал потрошить споровые мешки тварей. И слеза тут же насела на второго крестника:
– Ну а ты че застыл, делай уже что-нибудь! Знахарь, млять, недоделанный!
– А че я могу-то? – насупился Скунс. – У меня Дар еще десять минут в откате.
– У нас сироп есть? – спросил я.
– Найдем, – закивал знахарь.