Проклятие Антэноры. Ассистентка (СИ)
Молчание.
Мужчина отстранился, давая мне возможность подняться. Я встала медленно. Кости вроде все были целы. Откинула с лица рыжеватые волнистые пряди, провела рукой по травмированной щеке и уставилась на собственные пальцы. На них алела кровь.
- Ну п…ц! — констатировала неизбежное и подняла глаза на Грэйвила. Он был зол и растерян одновременно. Зол и растерян! Убойная смесь эмоций, от вида которой у меня прорвались истерические смешки. - Мне же сегодня на работу. Теперь придется прятать лицо под тонной грима.
- Хэлен, какого черта ты делаешь здесь в таком виде? — рявкнул опомнившийся шеф.
- Возвращаюсь с ежедневной утренней пробежки! — я тоже не собиралась ни сбавлять тон, ни сдавать позиций.
- Ежедневной? — он недобро прищурился и сделал шаг ко мне. Попытался взять меня за подбородок, но я вывернулась. — Покажи.
Я все-таки повернулась к нему травмированной щекой, отвела взгляд. Почувствовала, как его рука убрала за ухо упавший на лицо локон, краем глаза уловила слабое свечение, исходящее от длинных, но сильных пальцев мужчины. А потом мою щеку на мгновение будто пронзили множество тонких иголок, сменившиеся мятной прохладой, как после легкой анестезии.
- Вот, — уже спокойным голосом закончил Грэйвил. — Даже следа не останется. Так что ты говорила про утренние пробежки?
- Я обычно рано встаю и бегаю по утрам. Сегодня увеличила нагрузку, думала, вы не приедете, раз уж выходной…
- Значит, по утрам ты бегаешь по городу, переодевшись парнем… Что еще ты от меня скрываешь?
Ага. Так я сразу все и рассказала. Мне стало смешно.
- Во-первых, это женский спортивный костюм, — заявила я, немного шокировав мужчину.
- А во-вторых? — он вопросительно поднял бровь, положив горячие ладони мне на плечи, начал слегка массировать.
- У вас не меньше тайн, чем у меня. Если сразу вытащить на свет все скелеты — станет страшно. А потом скучно.
- Теперь ты решила играть со мной? — мужчина все никак не отпускал меня. Это вызывало противоречивые чувства: с одной стороны, мне хотелось в ужасе бежать куда подальше, другая часть меня нелогично жаждала остановить мгновенье. Но время было неумолимо.
- Уже поздно. Мне пора в дом, а то меня может еще кто-нибудь увидеть в таком виде. — я подняла с плит дорожки свою шапку. — До вечера, мистер Грэйвил.
Я освободилась от хватки его рук и побежала к дому. Последнее слово опять осталось за мной. Но нутром я чувствовала, что мне позволили это последнее слово. Пока что…
* * *После утренней неожиданной встречи с Грэйвилом мой день тихонько катился под откос. И если изначально я встала с той ноги, то судьба решила хотя бы перепутать мне ботинки, чтоб жизнь малиной не казалась.
После завтрака к Альмере заглянула соседка, и я, как примерная компаньонка, час развлекала их в гостиной игрой на пианоле и бестолковыми разговорами, выслушала последние сплетни о самых завидных женихах и невестах. В число первых входили мой «знакомый» Лорд-Член Совета и коллега Колин Маркел, а в число последних почему-то не попала Виола, что очень опечалило миссис Линвор.
Когда же через час я намекнула, что собираюсь за покупками, обе дамочки увязались со мной, поэтому канистру пришлось оставить в комнате, а покупку прекрасного южного коньяка отложить до лучших времен.
Покупать мне нужно было не так уж и много. Черные атласные перчатки я выбрала и купила сразу, а потом полчаса ждала, пока мои «старушки» перемеряют половину содержимого галантерейной лавки, но так и уйдут без покупок. В ювелирном мы зашли случайно, но мой взгляд сразу же был прикован к жемчужному колье: три длинные нити разной длины крупного, идеально ровного белого жемчуга, красивая серебряная застежка в виде изящных листьев и бутонов, больше напоминающая брошь или кулон. Альмера заметила мой выбор.
- Оно великолепно! Лучше, конечно, черный жемчуг, но и это для вас вполне допустимо. — заметила она. — Нужно примерить. Молодой человек! — обратилась она к приказчику. — Подайте для леди это колье!
Колье действительно было великолепно! Нижняя его нить была мне почти до живота. Оно чудесно бы дополняло мое маленькое черное платье. Но цена кусалась! Очень кусалась! С моей немаленькой зарплатой на это колье пришлось бы зарабатывать больше года. Поэтому я, повздыхав, купила только жемчужные серьги, которые изначально шли в комплект к колье.
А вот потом судьба мне улыбнулась. Мои дамы встретили еще знакомых и уже вместе отправились в магазин тканей и кружев, я же, сославшись на недомогание, отправилась домой.
Время утекало, а мне нужно было быть в кабаре в пять. А значит, у Тимала — в четыре. Я быстро собрала в рюкзак «вещи провинциалки», косметику… Немного подумав, туда же поместила пустую пластиковую канистру, решив все же заехать по дороге за коньяком.
В погребке днем было безлюдно, а за стойкой был внушительный мужчина лет сорока, судя по всему — сам хозяин.
- Леди, вам чем-нибудь помочь? — встрепенулся он.
- Да, — я достала канистру. — Будьте добры, мне коньяка с южных островов, полную. — я протянула тару офигевшему мужику.
М-да… Леди в этом мире не бухают. А если бухают, то не покупают крепкое бухло сами.
- У меня просто работа нервная, — пробормотала я, рассчитавшись за спиртное и убрав канистру в рюкзак.
Продавец улыбался губами. А вот глаза его не улыбались. Они вообще друг с другом не дружили: один дергался, другой сверлил меня с похотливым интересом. Он протянул мне красиво перетянутый розовой ленточкой кулек с орешками.
- Как мило! Спасибо! Загляну к вам через недельку! — беспощадно лыбясь, я спрятала орехи в рюкзак. Будет чем от белочки откупиться.
* * *Когда делаешь монотонную механическую работу, в голове всегда крутится масса риторических вопросов, и одолевают философские мысли. Вот и сейчас, еще до открытия кабаре, мой мозг вытаптывали эти экзотические создания.
Поправляя скатерти на столиках, расставляя свежие букеты и маленькие артефактные светильники, я размышляла совсем не о том, как создать уют на вмененной территории, а о той сволочи, чей атрофированный мозг и извращенная фантазия воплотили в жизнь то безобразие, кое сейчас было на мне и именовалось в этом вертепе музыки и развлечений формой персонала. Если на то, что платье официантки было атласным красного цвета, с глубоким декольте и неравномерным подолом (сзади достающим до пят, но спереди едва прикрывающим колени) я, скрепя сердце, могла согласиться, допустим, ярко-розовый передник, верхняя часть которого была в форме сердца, тоже можно было принять… Но ярко-розовые чулки и красные туфли превращали мои ноги в лапы «Дитя заката», а красный чепчик-пилотка с большим пушистым розовым пером окончательно наводил на мысль о том, что управляющий кабаре не так давно переболел менингитом, если решил заказать форму у кутюрье-олигофрена.
Весь вечер мне нужно будет помнить, что нельзя наклонять голову, принимая заказ, иначе можно заехать пером в лицо посетителю! А еще нужно очень аккуратно ходить между столиками. Не для того, чтобы не уронить подносы — с этим у меня проблем не возникнет, все-таки официанткой я раньше работала. Для того, чтобы не смести своим хвостом все с соседних столиков. Потому что на попу крепился объемный кружевной турнюр, из которого торчали три розовых пера!
- Очень возбуждающе! — закатив глаза промолвила администратор, когда выдавала мне эту униформу. Ее наряд от формы простых официанток отличался ярко желтыми чулками и тремя перьями на чепчике. Сразу понятно — кто здесь Мама-Фламинго.
- Эй, новенькая! — донеслось от барной стойки, когда я уже заканчивала оформление столиков. — Тебя как зовут?
- Митти. — С вымышленным именем я не заморачивалась, оно все равно нужно на один вечер. Главное — самой не забыть.
- Помоги мне с бокалами, — позвал симпатичный молодой бармен, как и я, уже облаченный в специфическую форму а-ля Филипп Киркоров.