Музыка Имматериума (СИ)

Тем временем Антоний и капитан синих договорили и направились к нам. Синий дополнительно представился, обозвался Титом Секстусом, а вот Антоний не порадовал:
— С заразой Ультрамарины справятся, и быстро, — на что Тит пафосно кивнул. — Но мы тут задержимся до окончания борьбы с орками, — на что Тит пожал плечами. — Орочьи шаманы взбаламутили варп, корабль ультрамаринов попал к нам чудом…
— Не чудом, почтенный Инквизитор, а верой в Императора, — выдал ультрамарин. — И усиленным штатом навигаторов, — признал он. — Обычное судно Имперского Флота вряд ли пробьётся к Алицифере в ближайшие три-четыре декады, — дополнил он.
— Ну да, так что из системы мы будем выбираться с почтенными Астартес, предложившими свою помощь, как понятно после решения вопросов ксеносов, — заключил Антоний.
— Оказать помощь Священной Инквизиции и братьям — честь! — пафосно выдал Тит. — Но выделить вам корабль, до очистки планеты от ксеносов, я не смогу, если дела ваши…
— Не столь критичны, — ответствовал я. — А малых судов вы не имеете? Безусловно, на довольно краткий срок, — сделал уточнение. — Дела наши не критично важны, но важны, а путь до нашего Сегментума долог.
— Сожалею, — аж опустил голову астартес. — Октавий несет изобильную пустотную авиацию, но полноценных кораблей нет. Сопровождение же наше из-за варп-шторма будет не ранее чем через три декады, возможно и позже. Хотя, — задумался он, а мы с Антонием уставились на маринада с надеждой.
Дело не в том, что у нас шило в одном месте, но даже с учётом относительно недалёкого быстрого варп-течения, лететь долго. А у нас дела: у Антония — охотиться на ксеносов, а у меня, помимо ксеноса-аколита типа “обезьянус” (на последнем я мысленно хмыкнув, оценив иронию), формируются вооружённые силы, аколиты и телохранители без присмотра, да и о воплощённой Амбиции узнать интересно. Не говоря о последствиях бомбардировки Комморры, да и что с Йанденом, небезынтересно. А всё это требует личного присутствия, да и Максимус признаться, говорил не о “деле” а о делах, что интересно.
И если ради сохранения в секрете возможностей Кристины сам перелёт я готов рассматривать как этакий аналог отпуска, то ждать ещё месяц, а то и более, не имею никакого желания, факт.
— Да, есть челнок класса “Нефилим”, без генератора поля Геллера, — выдал он. — Изредка его используют библиарии, но, как по мне, слишком опасно.
— Не с тем количеством и силами псайкеров, что у пребывают у нас в отряде, — довольно заключил я.
“Нефилим” был довольно редким судном, предназначавшимся для сильных псайкеров, оберегающих судно своими силами от варпа. Собственно, в своё время я не без интереса присматривался к таковому судну, поскольку даже километр Гнева виделся мне чрезмерным. Однако приписка “требуется псайкер рангом не менее гамма”, меня от полукилометрового судёнышка, с вменяемым экипажем менее тысячи человек, отвратила. Кристина как Кристина появилась значительно позже, так что на судёнышко я повздыхал, да и стал подбирать малые суда с генератором.
Но в целом, Нефилим был вполне неплохим судном, довольно вместительный (тот же лендрайдер Караула вполне в него влезет), а с учётом как Кристины, так и Серых Рыцарей, поголовно псайкеров гамма уровня, путь у нас выйдет довольно безопасным. И чертовски быстрым, учитывая возможности Кристины ориентироваться в потоках имматериума, недоступных простым людям, внутренне обрадовался я.
— В таком случае, Орден Ультрамаринов считает честью предоставить вам судно, почтенные Инквизиторы, — выдал капитан синих.
С этого момента началась всяческая суета: ультрамарины мотались по планете, выискивая орков, а часть корабельной обслуги, для начала, загружала нашу компанию с лендрайдером на Октавий, а после — загрузкой нашей компании на Нефилим, носящий имя “Пронзающий”, что довольно просто объяснялось его “мечеобразным видом”.
Единственным заслуживающим внимания отступлением был мой пиратский набег на часовню Октавия. Дело в том, что там оказался орган, не сказать, чтобы особо выдающийся — мой на Гневе был на порядок лучше, но всё же. Узнал я об этом вопиющем факте ещё на Алицифере, так что попав на Октавий, я поступил в лучших традициях Редуктора. То есть, офицерская часть экипажа выстроилась, имела морды лиц торжественные и суровые, когда из челнока, растолкав астартес и коллегу выскочил Инквизитор Терентий с Кристиной на буксире. Осмотрев присутствующих проницательным (подозреваю, что для окружающих — диким, но уж очень меня всё достало и даже появилась некая “музыкальная ломка”) взором, я выявил явного служителя культа, хапнул его за лапу и потребовал: “веди в часовню!”
 
Народ на сей перформанс взирал с недоумением, как, подозреваю, и на вид скрывающейся в недрах корабля вприпрыжку троицы. Но мне, признаться, было глубоко до колоннады на мнение окружающих.
Соответственно, до часовни я добрался, распугал виновных, причастных и всех, кто под руку подвернулся. Но до органа добрался, счастливо выдохнул, ну и принялся играть. И несколько отключился от окружающей действительности. Поскольку, через три часа, как показал сопроцессор, я прервался и начал воспринимать окружающую реальность. Выражалась она в том, что в часовню набилась встречающая делегация, служители культа, мои спутники, тройка ультрамаринов и еще кто-то там, мне не представленный и не идентифицированный моим могучим интеллектом. Потому что неинтересно. Оглядел я эту компанию, да с видом непричастным заявил:
— Вот, как-то так. Всё, — на этом, символизируя мою безоговорочную правоту, в недрах органа что-то обрушилось.
Впрочем, служитель заверил меня, что “ничего страшного, а лабиальный регистр давно требовал замены. Ну, может быть, я с данным регистром данного инструмента близкого знакомства не водил.
Ну и погрузились мы потихоньку в Пронзающий, на предупреждение старшего навигатора Октавия Кристина с понимающим видом покивала (этот трёхглазик, очевидно, научился плохому у ультрамаринов, причём в ненужную сторону, поскольку “пафосно вещал” этот столь заносчиво, что хотелось подбить ему все три глазика), и изысканно вежливо послала его в варп. Со всем уважением, безусловно.
После же, отстыковавшись, в кают-компании нашего крохотного (всего-то полукилометрового, не без ехидства отметил я) судёнышка затеяли мы совет. Не то, чтобы он был особо нужен, просто я думал разобраться с секторальным руководством сектора. Ну, например, десятина для Алициферы выходила в шестьдесят процентов. Учитывая то, что производство было довольно неплохо механизированно, вроде и не совсем страшно. Вот только миры, в которых “десятина” превышала эту самую десятую часть, были обычно набиты войсками, прикрывались Имперским Флотом и прочее. То есть, в случае с Алициферой, было явное и однозначное злоупотребление секторальными представителями Администратума своей властью. Либо налоги не дери, а продукцию покупай, либо обеспечь, раз уж дерёшь, то, за что эти налоги и дерутся.
Но Антоний меня в этом начинании не поддержал. Не в смысле того, что местные чиновники охренели — нет, в этом плане он мою позицию понял и принял. Просто смысла устраивать инквизиторский рейд и тратить на это время он не видел:
— Терентий, просто направим астропатическое послание властям Сегментума, пусть сами разбираются. Собственно, это их работа, а мы должны им лишь указать. Ну и запросить отчёт об исполнении, — дополнил он. — Если бы вопрос стоял о тяжком преступлении, либо это было в рамках доступности — я бы с вами даже не спорил. Но специально лететь ради превысивших полномочия чиновников, — не договорил он, но всем видом показал, что он думает о таком бездарном времяпрепровождении.
 
— Возможно, вы и правы, Антоний, — протянул я. — Просто как-то привык решать всё сам.
— Прекрасная привычка, но не всегда уместна. А вам, Терентий, думаю, надо начинать от неё отвыкать, — выдал коллега.
— Это с чего бы это? — удивился я.
— Ну как же? В рамках вашего подвига, я думаю, звание Лорда-Инквизитора для вас не за горами. Пусть широкой известности в Ордене атака Комморры, точнее её автор, не получит, но даже допущенных хватит, — веско покивал он.