Музыка Имматериума (СИ)

В идеале, активировать маяк надо над дворцом Векта, чтоб авиация наносила удар от него, расширяющимся кругом. Но это слишком высокий риск. Кроме того, мы сейчас на периферии, и возможность припрятать один маяк будет, а вероятность, что его найдут, повышается с приближением к центру. Как и опасность для нас с Кристиной: если на периферии мы сможем даже полюбоваться бомбардировкой, пусть недолго, то из центра надо будет выбираться в варп мгновенно, тотчас после активации маяка.
Впрочем, после обдумывания вариантов решил я — возможность схоронить маяк и отсутствие в округе сильных и организованных садюг перевешивает. Вообще, в идеале, об авторе сего перформанса ушастые и не узнают, если повезёт. Ну а после того, как Вект сдохнет (были такие надежды), остроухим обитателям радиоактивных пустошей станет не до меня.
И, даже если не сдохнет, дел у него и без моей скромной персоны будет тьма. До второго визита на припрятанный маяк, ехидно порадовался я, оглашая свет и ветер призывом.
Тереньтетка явилась буквально в секунду, причём действовала отрадно грамотно и быстро. Не “жгла огнём”, с перерасходами энергии имматериума и иллюминацией на всю Коммору, а явно работала биомантией, устроив то ли инсульт, то ли ещё какую летальную пакость двум похитителем. Третий, правда, помирать от псайкерства отказался, но, судя по жесту, Кристина разрядила в него лазжезл. После чего варп-иммунный обиделся и помер.
И начала ткань на мне разматываться, а девчонка меня всячески проверять и нахлобучивать доспех. Правда, хоть от пакости она меня почистила, остаточные явления в виде немоты и фактической беспомощности тела остались. Впрочем, была моя тушка уже в доспехе, с ним сопряжена, ну а функции движения в нём так и так выполняли приводы и синтетические мышцы.
— Маяки? — полюбопытствовал я через свет и ветер, чтобы не тратить время, и так сопроцессор взял на себя функции прямохождения и движения.
На вопрос Кристина продемонстрировала три контейнера с озвученными маяками. Ну а я стал оглядываться и прикидывать. Итак, стояли мы на какой-то пустоши типа свалки, на тропинке. В окрестностях живых не было, в нас пальцами не тыкали и про слуг трупа-на-троне никто не орал.
А как вокруг, так и прямо по курсу возвышались какие-то лютые, повышенной поганости небоскрёбы. Поганость последних заключалась в дикой архитектуре, бесконечных заострённых, выполненных в виде шипов башенок, покрывающих здания. Где можно и где нельзя, довольно дурацкая и неприятная архитектура. Причём, если нас окружали здания явно разрушающиеся, с обломанными “шипами”, то ближе к центру они становились целыми и ещё более противными. Насколько это вообще можно было увидеть с нашего места.
Огляделся, прикинул, ну и ткнул в одну из гор мусора, на свалке нашего пребывания.
— Маяк помести под мусор. Обрушь эту гору на него, — оттранслировал я Кристине, на что девчонка кивнула и совершила двойной прыжок через варп, оставив контейнер в указанном месте.
— Как вы, Терентий? — поинтересовалась она.
— Сносно, Кристина, — ответил я, любуюсь рушащейся грудой мусора. — Тело, правда, не слушается. Но, думаю, что это шок от препарата.
— Простите, я ещё не умею… — начала было винится тереньтетка, но я её прервал.
— Ты и так сделала более, чем смог кто бы то ни было, ты умница, — отправил я потоки света и ветра с эмоциями одобрения и довольства. — А теперь надо решить, где активировать маяк.
— Тут? — сходу предложила Кристина. — Хотя да, тут ангары и до центра минимум минута, — сама себя одёрнула она.
— Ну да, идеальным было бы вообще активировать маяк во дворце Векта, но у меня желания попадать в его руки даже на секунду нет, — ответил я.
— И правильно, не нужно вам это, — авторитетно выдала подруга. — Я могу портировать маяк, но нужно осмотреться.
— Уверена? — уточнил я, а после кивка продолжил. — И не геройствуй, категорически запрещаю! Чувствуешь что-то не так — тут же ко мне, активируем маяк и уходим в варп.
— По слову вашему, Терентий, — отозвалась явно довольная заботой Кристина и скрылась в варп-переходе.
 
Через секунду появилась, и сделала так не менее десятка раз, заставив меня несколько понервничать. Хотя, учитывая, что сознание у меня было в сопроцессоре, все эти прыжки заняли не более десятка секунд объективного времени.
— Очень большое место, Терентий, — остановилась она после десятого прыжка. — Но центральную башню, самую большую, я нашла. Размещу и активирую маяк там. Вот только, — полыхнула она в свете и ветре некоторой растерянностью, — я что-то почувствовала, но не могу понять что.
— Опасность? Агрессию? Тебя заметили? — сходу уточнил я.
— Наверное — нет, — задумчиво отмыслеэмоционировала Кристина. — Место просто странное, наверное пока…
И замолчала. И замерла. А свет и ветер вокруг нас сплёлся в какой-то странный и чертовски сложный кокон, в радиусе, наверное, полукилометра. И внутри него варп и материум просто замерли. Я мыслить продолжал, но явно не мог двигаться, да и сопроцессор просто ощущалось, как натужно гудел, стараясь ускориться.
Хреново, констатировал я и начал, потихоньку, рвать узор света и ветра колдунства “временной остановки”, в которой мы оказались. Начав, естественно, со своего сопроцессора и башки. Решив что время, в итоге, на этом только выиграю.
Ажурный узор поддавался, но с явным трудом. Структура света и ветра этого колдунства была чертовски прочной и плотной, я с таким не сталкивался ещё ни разу. Вообще, нас уже и убивать должны были, раз уж заметили, но чего-то не убивали. Странно, констатировал я, распутывая и рвя узоры. А в итоге решил попробовать их поглотить, что вышло на удивление просто, по крайней мере, в месте моей локализации.
Нужно отметить, эффект был ближе к поглощению травы имматериума, нежели молельного варпа. Живое демоническое колдунство, несколько обескураженно констатировал я, продолжая поглощать и переваривать эту странность.
И вот, в процессе моего сюрреалистической трапезы, раздались… шаги. А к нам, застывшим в остановленном времени топала по тропинке, на своих двоих, фигура. Явно тщащаяся казаться смешной, но ни хера у неё смешно не выходило. Была эта фигура страшной, недаром клоунов относят к одной из самых ужасающих вещей.
А ещё у ксеносов ни черта нет вкуса, растерянно констатировал я, смотря на красно-рыжий кудрявый ирокез, возвышающийся над оскаленной в вечной улыбке белёной мордой. И ухи острые, старался успокоить себя я.
Успокоить, потому что то, что к нам телепалось, не было эльдар. Это был демонхост или аватар. И сучность, аватаризировавшая этого ушастого, была столь сильна, что воображение света и ветра в ней чувствовалось чуть ли не “плотнее”, чем материум. И да, мог это быть только Цегорах, ушастый шут, последний из эльдарского божественного пантеона, не сожранный четвёртой.
Называли его в книгах “слабейшей из ныне существующих божествественной варп-сущностью”, но ни черта мне он таковым не виделся. Мысли, воля и воображения триллионов на протяжении сотен тысяч лет, сжатые до фактически материального состояния.
И помимо мурашек по сопроцессору, вызывал у меня этот тип желание… его поглотить. Он не был столь мерзким, как проявления четвёрки. Вызывающих тошноту и желание избавиться от пакости, а никак не питаться. А сожрать это может быть небесполезно… и смешно, оценил я обуревающую меня бурю эмоций и желаний.
А пока я боролся с ужасом и бредовыми порывами, Аватар дотопал до нас, остановился перед застывшей в воздухе Кристиной, проигнорировав меня, не бросив не только взгляд, но даже не послав и эманации варпа. Склонил свою украшенную ирокезом башку к одному, а потом к другому плечу, разглядывая Кристину, пожал плечами и отвёл назад свою граблю, явно с нехорошими намерениями.
 
— Она моя!!! — бросил я в сторону остроухого хамла заряженный эмоциями поток света и ветра, по плотности пусть и не дотягивающий до луча хаоса, но достаточный, чтоб откинуть типа на метр.