Не ври мне (СИ)

Я достала из сумочки телефон и быстро взглянула на имя на экране. И замерла в напряжении. Номер был скрыт; кто-то не хотел, чтобы его отследили, или думал, что я не отвечу, если увижу его имя на дисплее. Я подняла голову и огляделась. Зал был заполнен зрителями и скоро должны погасить свет.
— Кто это, Миранда?
Я отклонила звонок и отключила мобильный.
— Никто.
Тито молчаливо смотрел на меня, а затем сел в кресло рядом с моим и скрестил ноги. Я чувствовала его взгляд на себе, но не это меня расстраивало. Было другое. Тревожное чувство, от которого покалывало затылок, словно кто-то наблюдал за мной, прячась. Вообще-то, не кто-то. Он.
— Моё предложение остаётся в силе, — доверительно сказал Тито.
Он понял. Когда Тито в первый раз спросил меня, нужна ли мне помощь, чтобы избавиться от Доминика, я отказалась. С тех пор мы не говорили об этом, но я покинула оркестр, спряталась в Италии, и вот раздался телефонный звонок, который заметно расстроил меня. Любой мог понять, — что-то не так.
Но проблема заключалась не в Доминике или в Натане.
Именно я не могла оставить в прошлом эту историю.
— Я могу позаботиться о себе, Тито. Тебе не нужно беспокоиться обо мне.
Погас свет. Я села рядом с Тито.
Он наклонился к моему уху и позволил последнему секрету раствориться в полной тишине.
— Время не лечит раны, оно поглощает их, — я обернулась к нему, к его суровому профилю, — есть только один совет, который я могу дать тебе, дитя: перестань убегать и сразись со своими монстрами, пока они не поглотили твоё сердце.
Это было не просто размышление или предупреждение. В голосе Тито звучало сожаление; можно было почувствовать призрак человека, который, должно быть, был очень важен в его прошлом. Тот, кого он потерял, но никогда не забывал.
Я открыла рот, собираясь спросить Тито, но не успела. Послышались ноты фортепиано, заполняя чувство пустоты, которое оставили во мне слова Тито. Я перевела взгляд на сцену, на Стивена, игравшего с такой элегантностью и деликатностью, которым всегда завидовала.
Его руки были волшебными. Каждое произведение звучало словно заклинание, врата к обретению себя и лучшим воспоминаниям в жизни. Тито улыбнулся, возможно, подумав о любви, которую он всё ещё носил в себе, но которую не сумел удержать. Я же поймала себя на том, что отбросила в сторону разум и, наконец, стала думать сердцем.
Что бы ни случилось с Натаном, какой бы путь он ни выбрал, мы не могли так расстаться. Я должна поговорить с ним в последний раз и прояснить ситуацию. Узнать. Мне нужно было услышать от него, что всё кончено, убедить себя в этом и перевернуть страницу раз и навсегда…
При условии, если я действительно смогу это сделать.
* * *
Возвращение в офис, где работали Доминик и Натан, стоило мне огромных усилий. Я знала, где живёт Натан, могла зайти к нему туда или позвонить, чтобы договориться о встрече. Даже если он помирился с Шанталь и они снова вместе, я была уверена, — он не откажет мне в последней встрече. Но я предпочла встретиться с ним там, где всё началось.
Позвонить в домофон я не осмелилась. Терпеливо ждала, пока кто-нибудь выйдет из подъезда, затем вошла внутрь. Я поднималась по лестнице очень медленно. Как только дошла до входа в офис, я снова остановилась. Я была на взводе. Я заставила себя сделать вдох, другой, сотый. Потом я постучала. Толкнула дверь и пошла по коридору к столу Вивьен. Как только она увидела меня, её лицо расплылось в дружелюбной, но неуверенной улыбке.
— Миранда, какой приятный сюрприз!
— Я тоже рада тебя видеть. Прости, что явилась без предварительной записи, но мне нужно поговорить с Натаном.
— С Натаном? — недоверчиво спросила она.
Я проигнорировала болезненное подозрение, которое укусило меня, и решила настоять. Я уже многое сделала; если уйду, не повидавшись с ним, то потеряю всё.
— Вивьен, не хочу ставить тебя в затруднительное положение. Если он не может меня принять утром, я могу зайти и позже, может быть, завтра или когда у него будет для меня время.
 
— Нет, никаких проблем нет, — я заметила, как в её взгляде блеснул огонёк, что-то вроде осознания, заставившее Вивьен склонить голову и свериться с ежедневником, который она держала на столе. — Сейчас у него встреча с клиентом в зале для переговоров, но в скором времени они должны закончить. Следующий приём через полчаса, так что, думаю, для тебя тоже найдётся время.
Я грустно улыбнулась, а сердце забилось в горле.
— Спасибо.
Вивьен встала и обошла стол. — Пойдём со мной.
Я последовала за ней по коридору, который вёл в кабинет Натана. После первого визита сюда я поклялась себе, что никогда не вернусь. Забавно. Сейчас я испытывала те же чувства, что и тогда — тревогу, волнение, страх — только всё было по-другому.
Вивьен открыла дверь и пригласила меня войти.
— Можешь подождать его здесь, если хочешь.
— Ты на самом деле очень любезна.
Она улыбнулась мне, а затем ушла, раскачиваясь на каблуках. И сохраняя молчание по поводу очередной тайны, касающейся Натана.
Неуверенная, на мгновение я замерла. Затем повернулась и прошла в кабинет. Внутри что-то изменилось по сравнению с тем, каким видела кабинет в последний раз; что-то, что я не могла определить. Мебель была переставлена, или, возможно, чего-то не хватало. В любом случае на столе царил порядок, а рядом с монитором компьютера по-прежнему стояла та самая фотография, которая привлекла моё внимание в первый раз. И тут я почувствовала, как какая-то сила притягивает меня к рамке и побуждает взять ту в руки. Однако на этот раз я смотрела на снимок с совершенно другим сознанием, потому что теперь я знала, кто этот ребёнок, который счастливо улыбался мне.
Это был не его ребёнок, и не он.
Это было самое ужасное из его сожалений.
Глава 35
Натан
Встреча с сенатором Конселлом затянулась дольше, чем ожидалось. Я вышел довольно уставшим, как умственно, так и физически. В последнее время я с трудом засыпал по ночам. Слишком много мыслей, слишком много дел и слишком много желаний, которые, как я боялся, никогда не исполнятся.
Я лично проводил клиента до двери, пожал ему руку и вернулся к Вивьен.
— Когда у меня следующая встреча?
Прежде чем ответить, Вивьен проверила свои часы.
— Через двадцать минут.
Я вздохнул, чувствуя усталость даже от того, как она улыбается. С некоторых пор Вивьен всегда была счастлива, потому что встречалась с мужчиной. Наверное, это должно было обрадовать и меня, раз она перестала пытаться меня соблазнить, но почему-то этого не происходило.
Я почувствовал тошноту. И недовольство.
— Всё в порядке, Вивьен?
— Всё хорошо, — подтвердила она улыбаясь.
У меня появилось ощущение, что Вивьен что-то от меня скрывает, но я решил не выяснять и пошёл в сторону кабинета. Я сказал себе, — возможно, усталость заставляет меня подозревать всё и всех, но это было не так, в чём убедился, как только переступил порог. Что-то действительно было не так. В кабинете на моём столе сидела она. Миранда рассматривала фотографию, стоявшую рядом с компьютером, но не так, как когда видела ту в первый раз.
Миранда казалась другой, менее боязливой. Более осведомлённой.
Опасной.
Я закрыл за собой дверь, хлопнув специально. Миранда резко подняла взгляд и пристально посмотрела на меня. И вдруг нас поглотило нечто настолько огромное и ужасающее, что земля чуть не задрожала под нашими ногами.
Даже если не виделись какое-то время и заключённый нами договор теперь был расторгнут, мы всё равно были связаны друг с другом, и, вероятно, останемся такими навсегда. Так всегда случалось, когда ты делился чем-то важным, например, тайной, которая лишала тебя души.