Замки из песка (СИ)

– Ты в своем уме, Юрий?! – Кричала она так, что по моей спине побежали мурашки. Бабушка была в ярости. – Как ты мог связаться с этой потаскухой?! Да еще и позволить ей забеременеть от тебя… Я не могу в это поверить!
Мои щеки заалели от такого цветастого словесного оборота. В школе нас наказывали за любое бранное слово, устав строго запрещал их употребление в стенах пансиона. Но, чтобы бабушка? Я не верил собственным ушам.
– Как ты не понимаешь?! – Отвечал дядя Юра, но чуть более спокойно. В его голосе слышались мольба и неуверенность, что показалось мне очень странным. Вообще, само его присутствие в доме уже было особенным событием. Я знал, что дедушка запретил ему здесь появляться. Конечно же, мне никто ничего не говорил, и тем более не объяснял причин подобного решения, но я часто слышал, как об этом шептались служащие. Говорили даже о том, что дедушка хочет вычеркнуть дядю Юру из числа своих наследников… – Это мой единственный шанс вернуться домой. Если отец узнает, что у меня есть сын, он не оставит своего внука на улице. Этот мальчишка – мой счастливый билет, мама…
Мальчик? О каком ребенке идет речь?
Я сам не понял, как оказался у дверей гостиной. Любопытство взяло верх над здравым смыслом. В очередной раз, я рисковал быть обнаруженным, но ничего не мог с собой поделать.
– Думаешь, – бабушка нахмурилась, – он согласится? Твой отец не так прост, как ты думаешь. И вообще, – она вскочила на ноги, а я присел на корточки, забившись под стол, – я не хочу, чтобы этот оборванец становился частью нашей семьи. Ты хоть представляешь, какой разразится скандал?! Да нас просто засмеют! Нет! Я против. Увози его. Запрячь куда-нибудь. Я найду деньги, мы сможем оплатить его обучение и проживание, но, чтобы ноги этого мальчишки в моем доме не было…
– Ты издеваешься?! – Дядя закричал так громко, что я подпрыгнул на месте и ударился головой о столешницу. – Тебе совсем на меня плевать, да? Я говорю, что остался совсем без денег. Мне некуда идти. Негде жить. Этот мальчонка – мой единственный шанс. Думаешь, я хочу быть отцом этого беспризорника?! Как бы не так! Только вот другого выхода у меня нет. До совершеннолетия Игоря я – его единственный опекун. Отец должен будет признать внука и отписать ему часть своего имущества, как сделал это с Дмитрием. Я не позволю, чтобы все наше состояние утекло в руки ему одному! Не позволю!
Больше я не смог выносить это и ушел. Сбежал подобно трусу, который не хотел принимать очевидное. Почему я никогда не думал о том, что дядя завидует мне? Для Юрия я никогда не был племянником или сыном его старшего брата. Он видел во мне лишь помеху, преграду на пути к богатствам своего отца. Сначала этим барьером был мой отец, который унаследовал все по праву старшинства. Затем, когда его не стало, я превратился в стену между ним и неограниченному банковскому счету Лебедевых. Все было настолько просто, а я так ничего и не понял. Даже Игоря, своего родного сына, он использовал только ради того, чтобы вернуться в семью. Если бы дедушка не отрекся от него, он бы даже не вспомнил, что у него есть ребенок…
Я так и не признался кузену в услышанном. Мне было стыдно перед ним, я видел, в каком состоянии он был, когда дядя привез его знакомить с семьей. Высокий, но очень худой. Одежда вся старая, измазанная в грязи, выцветшая. Он был похож на огородное пугало, которые я раньше видел только на картинках в учебниках. Позже мне стало известно, что мама Игоря умерла, как и моя. Наверное, это и стало для меня точкой соприкосновения, поэтому, я решил сделать все, чтобы новоиспеченный брат никогда не чувствовал себя ненужным.
Мы стали друзьями. Несмотря на год разницы, дядя договорился, чтобы его определили в мой класс. Кузена даже поселили в мою комнату, чтобы ускорить для него процесс адаптации, сделать его максимально безболезненным. Я стал для него братом и защитником. Сколько раз мы дрались из-за того, что Игорь не умел держать себя в руках и нападал на всех по любому поводу!
Я действительно верил, что обрел в его лице друга и брата. До поры до времени. Пока в один прекрасный день он не сбежал, подобно последнему трусу и предателю. Он исчез именно в тот момент, когда я больше всего нуждался в поддержке. С тех пор мы не общались. Разбежались, как в море корабли. Долгие годы Игорь жил за границей. У него была своя жизнь, которую обеспечили ему дедовское наследство и дивиденды от «Swan’s Architecture». Мне было плевать на него, пока он снова не объявился у меня на пути. За ручку с дорогим папочкой, которого так искусно игнорировал все это время…
 
Что за игру ты ведешь, Игорь?
Откинувшись на спинку пассажирского кресла, прокручивал в голове события прошедших нескольких дней. Конечно же, появление Алисы не было простой случайностью. Я не верил в совпадения уже очень давно. Эта девушка никогда не станет ничего делать просто так, без особого умысла. Ей что-то нужно. Иначе, какой смысл ей так отчаянно пытаться вернуть наши, и без того бессмысленные, построенные на похоти и сексе, отношения?
Да, нам было хорошо в постели. Я не буду этого отрицать, пытаясь оправдать себя или нарядиться прекрасным принцем. Я не монах, у меня были женщины, много женщин. Но все изменилось еще до появления в моей жизни Мери. Однажды, я понял, что не хочу жить как раньше. Мы расстались несколько месяцев назад. Алиса получила от меня приличную компенсацию, как и все мои прошлые любовницы. Больше я ей ничего не должен. По крайней мере, я так считал до той встречи в Сочи…
Молодая женщина вела себя так, будто мы оставались партнерами и по сей день. То, как она разговаривала и смотрела на меня, все эти вдохи и придыхания, «нечаянные» прикосновения рук под столом. Я проходил через это и не раз. Не думаю, что она принимала меня за идиота, готового повестись на ее актерские таланты. Но даже после того, как я отказался обращать на нее внимания, Алиса не остановилась. То, с таким отчаянием и готовностью она добивалась моего расположения, не могло остаться незамеченным. Я до сих пор слышу язвительные подколы Полякова, которому палец в рот не клади в подобных ситуациях. А позже, вечером того же дня все встало на свои места. Я получил ответы на, мучавшие меня, вопросы.
Телефонный звонок застал меня в отеле. Я только вышел из душа и собирался на встречу с Бестужевым. Нам предстояло обсуждение будущего сотрудничества. Мы должны были подписать все необходимые бумаги.
Номер бел скрытый.
– Слушаю, – начал холодно, замерев в центре номера люкс. Мои волосы еще были влажными после душа, по лицу медленно скатилась одинокая капля и упала на обнаженную грудь.
– Дмитрий? – Голос Игоря звучал приглушенно, словно он говорил шепотом, чтобы его не услышали. Я напрягся. В последний раз, когда кузен звонил мне, все закончилось трагедией. Машинально отступил в сторону, подальше от окна. Мало ли?
– Какого черта, Игорь?! Что, мать твою, происходит? – Слова посыпались сами собой. Ярость, накапливаемая долгими днями, проведенными в полном неведении, вырвалась наружу и обрушилась на двоюродного брата сокрушительно лавиной. Честное слово, тогда я был готов убить его собственными руками. – Я требую объяснений! Сейчас же!
Тяжелый вздох отозвался в трубке шуршанием. Игорь заговорил почти сразу же, полностью проигнорировав мою предыдущую реплику.
– Выслушай меня внимательно, – начал он. – Не перебивай. Мой отец подослал к тебе эту девицу. Алиса – часть его плана, своего рода живец, чтобы поймать тебя. Держи ее при себе. Делай все возможное, но она должна думать, что ты на нее клюнул. От этого зависит судьба многих, в том числе и Мери.
 
Упоминание о любимой выбило из моих легких весь воздух. Сжав смартфон изо всех сил, смачно выругался сквозь зубы. Я не понимал. Черт возьми, я ничего не понимал. Как это связано? Какое отношение к делам Юрия имеет моя Мери?
Словно услышав мои мысли, Игорь продолжил:
– Мне нужно, чтобы отец поверил, будто Мери – моя девушка. Так, он не станет копать под нее, не сможет через нее выйти на тебя. Знаю, ты не веришь. Твое право. Но… Я хочу, чтобы ты знал, я сделаю все, чтобы защитить ее. Для этого мне нужна твоя помощь. Второго сентября, во время приема в особняке он не сведет с вас глаз. Один маленький промах, и Мери станет орудием против тебя. Мне нужно, чтобы ты продержался всего четыре дня. Клянусь, шестого числа, во время совета директоров все закончится. Слово даю…