Почтовая станция (СИ)

Огромные, выше меня, грибы перемежались с такими же огромными ягодами. Запах стоял умопомрачительный. И тут впервые за время моего пребывания привидением я захотела есть. Дико. До тянущей боли в желудке.
Чувства сменялись так быстро, что не успевала понимать их. В конце концов махнула рукой на призрачность грибов и ягод — я хочу есть. Протянула руку тронула ближайший гриб — чувствую. Я могу их трогать и, скорее всего, могу есть. Вот кто-нибудь знает о таком чуде? Вряд ли.
А ведьма?
Да, ведьма знает. Кстати, откуда она о них знает?
От голода кружилась голова, вот уж никогда бы не подумала, что у привидения может кружиться голова, да еще и от голода. Но я это чувствовала. Это реальность. Если мои привидения чувствуют то же самое, то мне их очень-очень жаль.
Я протянула руки к упругим бокам клубники, почувствовала шероховатость ягоды и грубую оболочку семян, как услышала странный звук. Медленно повернула голову вправо и едва сдержала крик.
Нежить.
Полуразложившиеся трупы медленно шли по полю. В пустых глазницах зловеще играл свет луны. Они имели тела, но на мою беду, легко разламывали призрачные грибы и ягоды, наполняли тишину ночи противным скрипом расплющенных растений.
Они меня не видят — это хорошо, но они легко раздавят меня — это плохо.
И привидений накормить надо.
Нежить подошла ближе, я уже слышала их вонь.
Уйти или побежать?
Оба желания были настолько сильны, что я словно вкопанная стояла, даже рукой не могла пошевелить.
Они меня убьют.
Я уже обещание дала.
Мертвяк, идущий прямо на меня, на миг замер и втянул воздух. Словно волна подхватила листок, остальные сделали то же самое.
Привидения же не пахнут, верно?
Пахнут, это я поняла по перестройке ровного ряда нежити, по их ускоряющимся движениям и тянущимся ко мне рукам.
Я побежала. Кричать бесполезно непонятно где я и вряд ли здесь кто-то мне поможет. Только мои ноги и удача.
Удача не хотела быть на моей стороне, я то и дело поскальзывалась на раздавленных шляпках грибов и ягодах, пару раз проехалась на отвалившейся плоти нежити. Пока есть силы я должна бежать, уводить от поляны нежить как можно дальше. И если повезет, то продержаться до рассвета, у меня будет целый день, чтобы придумать, как накормить привидений и при этом избавиться от разбойников.
Только бы продержаться.
Нельзя думать, когда бежишь, правда, это очень вредно для здоровья. Я это поняла, когда в очередной раз поскользнувшись чуть не упала и этого хватило одному из мертвяков, чтобы схватить за край платья. Я закричала. Сначала от страха, а когда кусок платья оторвался от боли.
Как же так, ведь это платье почему мне так больно, будто кусок плоти вырвали?
Я побежала еще быстрее с еще более громким криком, а когда поняла где бегу — заверещала. Мне навстречу бодро спешили новые мертвяки.
Кладбище. Старое. Практически стертое, поглощенное новой жизнью зеленых трав. Жаль только, что новая жизнь не испепелила старую. Это было бы очень кстати. Помня о боли от оторванного платья, я ловко оббегала мертвяков, уводила их от заветной поляны.
Я смогу. Я дочь героев.
"Ничего не дается сверх сил наших", — так говорила мама и отец всегда с ней соглашался.
Выходит, привидения и ведьма, даже мертвяки непросто так, а мне по силам. До сегодняшнего дня я была уверена, что привидения не могу уставать, не могу чувствовать боль. Могут. Устают. Чувствуют.
Мертвяки мне попались неглупые, после двух кругов по еще виднеющемуся кладбищу они стали меня окружать. В лес, который совсем рядом, я не могу их выманить — не идут туда, а сразу теряют ко мне интерес и поворачиваются в сторону призрачных растений. С каждым разом мне все труднее оббегать их, чтобы не задели или не приведи Великая, не поймали. Стать их пищей я не хочу. Это не тот подвиг, о котором всю жизнь мечтала.
По мере усталости я становилась прозрачнее. Надеюсь, я не могу совсем исчезнуть. К счастью, этого узнать сегодня мне не суждено: туман почти исчез, а на небе забрезжил рассвет. Нежить недовольно издала утробные звуки, но перестала меня преследовать, а быстренько принялась закапываться.
 
Вот и славненько.
Жаль, что и призрачные растения с каждым мгновением бледнели.
— Пора домой, — я с удовольствием отдалась на волю подхватившего меня потока.
— Ай! — я потерла ушибленный лоб. Поднялась на ноги и погладила ноющую попу. — Очень интересно. Надо быть в желаниях более конкретной.
Конечно же, почтовая станция вряд ли когда-либо станет моим домом, поэтому перенесло меня к дому тетки. В дом войти не могу, да и незачем пугать ту, которая заменила мне мать. Не сдержалась и заглянула в окна: все спали, только тетка привычным жестом повязывала на голову цветастый платок, ей предстоит многое успеть.
Я скучала по ней, по ее стряпне и звонкому, уверенному голосу, а еще больше по нашим вечерним посиделкам и рассказам о родителях. Все много раз слышала, а наслушаться не могла.
Грусть затопила и, будь я в своем теле, обязательно заплакала, но в теле привидения есть свои преимущества. Сырость развести не из чего.
Мысленно прижалась к груди тетки и подумала о пещере привидений. Мир смазался и я оказалась на знакомой поляне перед пещерой, увитой плющом. Идти туда не хотелось из-за разбойников, а надо. Сана вот-вот пригреет лучами землю.
— О! Явилась, — пузатый разбойник ловко вскочил на ноги, преграждая мне путь. Он не скрывал агрессии, возможно, еще вчера я бы испугалась. А так…
Я остановилась, наклонила голову набок. Устала. Казалось бы, привидения не спят, в еде и питье не нуждаются, но память тела требует. Это изматывает. А я еще полночи убегала от нежити. Хочется замереть и не двигаться. А еще подумать, как выполнить условия договора. Ведьма не тот человек, с которым стоит ссориться.
— Дарушка, наконец-то ты вернулась, — герцог нагло оттолкнул пузатого и взял меня под локоть уверенно повел в другой конец пещеры, где сидели купец и родственник смотрителя. — Я места себе не нахожу, боялся, что заблудилась где-то. Рассказывай, где ты была, почему так долго не возвращалась. Признаться, я думал мы опять вместе гулять будем.
— Ишь, — родственник смотрителя хитро усмехнулся. — Губу-то закатай, ваша светлость, девица не покойница, чтобы танцульки с тобой по ночам устраивать. Завтра и след простынет.
— Сегодня, — купец посмотрел грустно на меня посмотрел. — Хозяин сегодня вернется, что ему в тело ее вернуть, так дел на две минуты.
— И то верно.
Услышав такую чудесную новость, я тут же воспрянула духом. Привидением быть хорошо, но в теле лучше. Значит надо как можно скорее придумать, что делать с призрачными растениями и как отправить в объятия Великой разбойников, при этом не убив остальных.
— Да, скоро вы от меня избавитесь и вновь заживете привычной жизнью, — я беззаботно улыбнулась, нельзя дать им понять, что у меня на уме. — Жаль, так и не смогла найти ответ на вашу загадку.
— Значит, обманула старая карга, не ты это, — купец тяжело вздохнул и, потеряв к нам интерес, принялся крутить четки.
— Или она что-то скрывает, — пузатый вновь оказался рядом со мной. Не дернуться стоило неимоверных усилий. — Тебя не было в лесу этой ночью. Куда ты ходила?
— Куда ходила, вам там делать нечего, — я осторожно повернулась так, чтобы никто не мог подойти ко мне со спины. Пещера закрытое пространство. Зря я сюда вернулась, надо было поискать другое место.
— Думаешь, что вернешься в тело и все? Не-е-ет, мы будем выталкивать тебя снова и снова, пока ты не сделаешь то, что мы хотим.
— Если бы вас можно было накормить, то вы бы давно с этим справились и без меня. Нет решения вашей проблемы. Так бывает, — я развела руки в стороны.
— Врешь!
— Милейший, — герцог встал передо мной. — Я требую соблюдать приличия и не запугивать девушку. Не стоит давать повод хозяину леса избавиться от нас.
Разбойник зло ощетинился, но разумный довод принял. Отступил.