Сагертская Военная Академия (СИ)

— Ну, положим, для полноценного повеления это было слабовато, — тут же приосанилась моя лисонька. — Я все-таки с дядей всю жизнь живу и знаю, с чем сравнивать.
— Тем не менее, — я выразительно кивнула на оставшийся за нашими спинами коридор, — тем не менее.
«Будем наблюдать», — одними губами произнесла Нольвен, и я вспомнила, что Дрегарт может видеть и слышать все, что тут происходит. Это если его Вайрин не отвлекает.
Вскрыв заклятья на первой двери — в этот раз куда быстрей, — мы решительно шагнули во второй коридор. Все уже знакомо, а потом — мощные щиты и, самый смех, чары терки на подошву ботинок.
— Сказать кому — не поверят, — хихикнула Нольвен. — Заклинание из кулинарного арсенала!
— У бабушки все в ход идет, — улыбнулась я.
Несмотря на чары, по льду мы шли предельно осторожно. Во-первых, временами он проламывался под ногой и мы оказывались на незачарованном полу, что могло привести к падению. А во-вторых, этот лед мелко-мелко вибрировал. Так что если бы мы решили использовать заклятье липучести, то вновь оказались бы у ног Дрегарта. Чего совершенно не хотелось.
Наконец вспышки вокруг наших щитов прекратились, лед истаял и мы оказались в относительно безопасном участке коридора. Вот только вокруг нас начали кружиться фиолетовые колдовские всполохи. Это определенно сила Дрегарта. Значит, он готовится нас выдернуть? Впереди какая-то феерическая дрянь.
— Идем медленно, — выдохнула Нольвен. — Если он заранее оплетает нас порталом, значит, это должно быть что-то нереально быстрое.
Укрепив щиты, мы двигались вперед со скоростью сомлевшей на жаре улитки. И тут я вспомнила про рассованные по карманам артефакты! Вытащив из кармана низку с мелкими бусинами, я сдернула одну и бросила вперед. В тот же момент сверху рухнула плита! Под которой горестно крякнула моя бусина.
— Это могли быть мы, — выдавила я.
— Понятно, почему боевики такие, — нервно хихикнула Нольвен. — Их по головам бьют.
А плита, рухнувшая на пол, издевательски медленно поднялась. Но, едва мы сделали еще один шаг к ней, вновь молниеносно опустилась.
— Что будем делать? — деловито спросила успокоившаяся лисонька.
Я, подавив малодушное желание сдаться, пожала плечами:
— Надо ее чем-то заклинить. И примерно прикинуть толщину — как быстро бежать и как далеко прыгать.
Фиолетовые всполохи стали ярче, но мы с Нольвен уже не обращали на них внимания. Сделав шаг назад, мы дождались, пока плита поднимется, после чего выставили два своих самых мощных щита.
— Шаг вперед? — спросила я.
— Угу, — сосредоточенно отозвалась Нольвен. — Оценим мощность.
Что ж, мощность хорошая — щиты были раздавлены в мгновение ока.
— Однако, — выдохнула моя лисонька и поежилась, — однако.
— Вы можете сдаться, — раздался голос Дрегарта. — Здесь нужно показать свое портальное искусство.
В его голосе не было издевки или насмешки, но… Я закусила губу и упрямо мотнула головой:
— Не может быть, чтобы у задачи был только один путь решения.
Нольвен удивленно на меня посмотрела, но, как и всегда, поддержала:
— С вашего позволения, капитан, мы все же попытаемся.
Заставив плиту еще опуститься-подняться, мы принялись тестировать на ней различные заклятья. Первым делом я бросила еще одну бусину, чтобы понять, что будет, если мы попробуем проскочить сверху.
— Н-да, — вздохнула Нольвен, — обидно, но ожидаемо.
Сверху прохода не было — бусина со звоном ударилась в какую-то преграду.
— Диагност? — вопросительно посмотрела на меня лисонька.
Но я покачала головой:
— Нет, пока — нет. Попробуем справиться без него.
— Я попыталась проклясть, и мое черное пламя соскочило, — вздохнула Нольвен.
А я вдруг вспомнила, как матушка распекала одну из служанок. Та вынесла постельное белье на улицу, а в тот день был сильный мороз. Сильный, даже по нашим меркам. И потом все белье поломалось, или как-то так… Хм, а что, если?..
Обычная заморозка не подойдет, а вот если…
— Облей плиту водой, — отрывисто бросила я.
Нольвен не задала ни единого вопроса, а просто вскинула ладони, и о преграду разбилась мощная струя воды. В ту же секунду я ударила двойным холодом и, не дожидаясь реакции вплетенных в плиту защитных чар, метнула предпоследнюю бусину. Резкий хлопок, и несокрушимая преграда становится просто горкой обломков. Обломков, которые…
 
— Бежим! — крикнула Нольвен и, схватив меня за руку, рванула вперед.
И вовремя, потому что плита восстановилась меньше, чем за полминуты.
— Надо было догадаться, что среди боевиков достаточно разрушителей, — едва переведя дух, выдавила я. — Это, надо понимать, была вторая дверь.
Скастовав заклятье особого взора Риграсса-Вальдо, я с подозрением уставилась на пол. На полностью черный пол с тонкой ниткой чистого безмагического цвета.
— Ты это видишь? — подозрительно спросила я.
— Вижу, — сосредоточенно кивнула Нольвен. — Ну что, кто идет вперед?
— Я, — отозвалась я и тут же возмущенно спросила: — Если ты сама все решила, то зачем спрашиваешь?
А Нольвен, уже наступившая на эту тонкую свободную нить, полуобернулась и пожала плечами:
— Чтобы не молчать. Не люблю ждать, если честно. Начинаю бояться больше, чем оно того стоит.
Как только моя лисонька перенесла на чистый участок пола и вторую ступню, все зачарованные плиты растворились и она оказалась на тонком-тонком шесте над…
— Лучше бы это была пропасть, — с чувством произнесла Нольвен.
Под растворившимися плитами пола пряталась жирная грязь. Жирная пузырящаяся грязь.
— Только не дергайся, я подстрахую тебя левитацией, — тихо произнесла я.
Вот только левитационное заклятье не сработало.
— Брось на меня заклятье истинного спокойствия, — попросила Нольвен. — Я паникую.
— Принято, — отрывисто ответила я.
Короткий пасс, и моя лисонька, расправив плечи, уверенно идет вперед. Шаг за шагом она преодолевает препятствие так, будто ее в принципе не пугает перспектива окунуться в грязь. Она как будто плывет над этим тонким мраморным шестом, и я, если честно, ей завидую. Потому что мне заклятье истинного спокойствия не светит: она попросту не дотянется им до меня с того конца коридора. А если лисонька повернется сейчас, то упадет: даже кристально-ясный разум спасует перед такими кульбитами над грязью.
— Теперь ты. — Нольвен замерла на той стороне. — Хаос, я не добрасываю до тебя заклятье.
— Ожидаемо, — хмыкнула я.
Поставив одну ногу на этот тонюсенький мостик, я зачарованно уставилась на волнующуюся грязь. Клянусь, пузырьков стало больше, как будто эта субстанция обладала собственным разумом и боялась, что сегодня ей жертв не достанется.
Не удержавшись, я бросила вниз диагност. И через несколько секунд получила отклик — это болотная грязь с небольшой толикой магии и крохотной каплей конского навоза. Какая прелесть. Но зато я знаю, что не утону: глубина там примерно мне по грудь.
«Костюм надежно зачарован, — сказала я себе. — Давай, шевели лапками. Здесь искупалось не одно поколение студентов».
Я не плыла над грязью, нет. Меня шатало из стороны в сторону, и я, чтобы восстановить равновесие, махала руками, как бесноватая мельница. Что с каждым мгновением делало ситуацию хуже и хуже. И в итоге, оказавшись на середине этого дурного коридора, я окончательно потеряла равновесие и едва не упала. Успела ухватиться руками и поджать ноги. Хотя, по-моему, сапогом все равно немного черпанула.
Втащив себя на этот издевательски тонкий, округлый мостик, я замерла. Я сидела на этом шесте на коленях, как курочка на жердочке, и совершенно не представляла, что теперь делать. Ну не яйца же нести, право слово!
 
— Я добью до тебя заклятьем истинного спокойствия, — хладнокровно произнесла Нольвен.
— А толку? У меня подошва ботинок в жидкой грязи. Встану и сразу поскользнусь. Хотя, падая, буду спокойна, но…
— Тогда ползи, — прервала подруга мой словесный поток.