Второй шанс. Книга первая (СИ)

Мы покинули императорский дворец, воспользовавшись путем, что мне был неизвестен вовсе. На выходе, Гродари любезно помог мне снять вуаль, перчатки и заколку, после протянул непритязательный серый плащ, который мог бы выглядеть и вовсе скромно, если бы не был сшит из шелка.
— Сойдете за одну из принцесс, — сказал Гродари, выпуская один из отличительно императорского цвета локонов, поверх моей груди.
Что ж, я решила полностью положиться на его опыт в деле маскировки. Однако, не смогла не спросить.
— Скажите, а этот шрам — иллюзия?
Заклинатель, уже шагнувший к выходу, остановился.
Затем, не оборачиваясь, хрипло произнес:
— Нет. Это мой истинный облик. Если мой вид испортит вам аппетит, я захвачу маску, как поступаю всегда, когда сопровождаю принцесс.
— Зачем? — искренне удивилась я. — Я лишь сочла ваш шрам завершающим штрихом маскировки. Идемте.
И не позволяя Гродари взять маску, к которой Заклинатель все же потянулся, я увлекла его за собой, на шумные улицы столицы.
* * *
Небесный город! Яркий, шумный, всегда наполненный ароматом цветущих деревьев, с площадями украшенными кустами разноцветных роз. Несмотря ни на что, я скучала по этому городу.
И теперь носилась по улицам, спеша то к укромной площади Алых роз, то к роскошной площади Белых роз, то к помпезной площади тысячи Розовых роз, но моим самым любимым местом был сад Гортензий. Гродари неторопливо шел позади, умудряясь не отставать, несмотря на то, что я почти бежала, торопясь к самой обожаемой из всех аллей. Белая аллея, персиковая, нежно-фиолетовая, цвета рассветного неба, светло-голубая аллея и наконец Аллея Синих Гортензий — мое самое волшебное место в этом саду.
Я остановилась на входе, вдыхая упоительный аромат и не отрывая взгляда, от воздушно-пышного изобилия цветущих растений. Мне всегда казалось, что я здесь как посреди бушующего синего моря, или среди синих облаков, или… где-то еще.
— Асьен, у меня складывается странное впечатление, словно Небесный Город вам уже был знаком. Но более всего я удивлен, что вы пришли именно сюда — это место не пользуется особой популярностью, мужчинам здесь делать нечего, девушки предпочитают иные оттенки гортензии. И потому, чаще всего я был единственным посетителем Синей Аллеи.
Шагающая вдоль кустов, легко касаясь кончиками пальцев влажных от росы соцветий, я обернулась, улыбнулась Гродари и произнесла уже привычную ложь:
— Мой магический дар, позволял мне определить то, что больше всего любит человек. С магами это касалось лишь еды, с вами… Видимо, с вами я сумела увидеть это место.
И я вновь продолжила путь.
Странно, но на Синей Аллее я всегда была одна. Гродари сказал правду — из всех аллей сада Гортензий, эта была самой редко посещаемой частью парка, девушки действительно предпочитали иные оттенки, мужчины же предпочитали сосновый лес, сад камней, а то и вовсе таверны с горячительным. Но я… я всегда любила Синюю аллею. Именно здесь мне становилось спокойно и как-то легко, словно только отсюда я могла напрямую взывать к милости Небес…
И, о, Небеса, что же мне делать?
Судьба уже изменилась, мне не удалось остаться в стороне от жернов истории, и боюсь, что дальнейшие события не принесут ничего хорошего. Но Суассон останется невредим, принц Эльтериан перестал быть единственным претендентом на престол, а герцог Каенар более никогда не станет союзником соперника в борьбе за власть, и, значит, императорский род не будет уничтожен в кровавой резне, потому что… Я была уверена, что лорд Каенар сумеет их защитить. Теперь, когда он более не доверяет Эльтериану, он не позволит второму принцу начать тайную войну.
— О чем вы задумались, Асьен? — Гродари подошел совершенно неслышно.
— О будущем, — была вынуждена признаться.
— Что ж, а я вынужден размышлять о вас, — тихо сказал Заклинатель.
Резко обернувшись, я вдруг поняла, что мы находимся на Синей Аллее, вокруг никого, шум голосов вдали заглушит любые мои крики, и если Заклинатель пожелает, я обрету вечный покой в месте, которое так люблю.
 
Едва заметно улыбнувшись, Гродари едва слышно произнес:
— Ваши глаза из красивых превратились в ослепительно-прекрасные, но я рад, что вы не утратили ум, вместе с куда более приятной моему взору, внешностью. Асьен, вы поняли все верно — я должен вас убить, это так. Но… я не смогу этого сделать. Я не знаю, как все сложится в дальнейшем и какое решение вы примете, но отныне яд всегда при мне, и если вы будете вынуждены назвать кронпринцу имя — вы назовете мое и только мое.
— О, Небо, Гродари! — вместо страха, я ощутила возмущение. — Жаль вас разочаровывать, однако единственное имя, которое мне известно — это ваше имя.
Мужчина пристально смотрел на меня. Чудовищный шрам, пересекающий его красивое аристократическое лицо, удивительным образом лишь подчеркивал мужественность утонченных черт и линию подбородка. И не смотря на все сказанные только что слова, я ощутила желание прикоснуться к линиям шрама так же, как только что прикасалась к синим соцветиям гортензии — и то и другое, в моем понимании, было одинаково прекрасно.
— Асьен, не смотрите на меня так… пожалуйста, — вдруг попросил Гродари.
Воспитание взяло верх в тот же миг, и я отвела взгляд. Но затем… О, Небо, я действительно не ведаю, что ждет меня в будущем и возможно, этот краткий миг, все что у меня есть для воплощения любых желаний.
— Гродари, закройте глаза, — попросила я.
Делая шаг, и приближаясь вплотную к стражу.
Я заметила, как дернулось его горло, словно мужчина судорожно сглотнул. Но затем, Заклинатель покорно выполнил просьбу, не возразив никак и ничем.
Затаив дыхание, я осторожно подняла руку и самыми кончиками пальцев прикоснулась к шраму. Когда Гродари закрывал глаза, создавалось впечатление, что росчерк на его лице оставила молния. Словно Небеса нанесли рисунок на кожу, и влажные пальцы будто бы даже покалывало, как от статического электричества.
— Асьен, и вам… не противно? — хриплый сдавленный вопрос.
— Я впервые сталкиваюсь с чем-то подобным, — ответила, продолжая исследовать удивительный оттиск молнии на мужском лице. — Но по поводу того не противно ли мне, вынуждена признать, я нахожу этот шрам чем-то столь же прекрасным, как и синие гортензии. И то и другое, напоминает мне о Небесах…
И опустив ладонь, я отошла.
Волшебство момента отступило, оставляя весьма неприглядную действительность. Действительность, в которой были тысячи неизвестных, и ни какой уверенности в том, что в конечном итоге эта империя не падет в огне…
«Обыскать сад! Ищите девушку в одеждах кронпринца!» — раздалось приказное вдали.
Мгновенно натянув капюшон поглубже, я с отчаянием подумала о том, что не имею никакого желания возвращаться. Совершенно никакого желания. А более всего я не понимала причин, по которым меня столь тщательно разыскивает, судя по бряцанию оружия и топоту шагов, практически армия. Я ведь больше никто! Магии у меня уже нет! Моя внешность сильно пострадала от вмешательства Эльтериана, и оно оказалось необратимо, что сильно опечалило герцога… в смысле кронпринца. Цены мне — ломанный грош. Принц Эльтериан устранен, а зная Каенара, он прекрасно справится и с полнейшим устранением опального высочества. Так зачем ему я?!
— Я выведу вас отсюда, — произнес Гродари, напряженно прислушиваясь к происходящему. — И скрою, если понадобится.
— Понадобится ли? — задумчиво проговорила я. — Возможно, кронпринц беспокоится обо мне лишь потому, что опасается действий со стороны принца Эльтериана?
— Едва ли, — прозвучал не оптимистичный ответ. — Опальный принц был отправлен во Дворец Семи Снегов под охраной моего… генерала, у него не будет шанса ни сбежать, ни связаться с кем-либо.
В таком случае я решительно не понимала, почему из-за меня устроили подобный переполох.
— Полагаю, вопрос можно будет решить без побега, — повинуясь голосу разума, произнесла я. — В любом случае, герцог ныне стал кронпринцем, его свиту должен одобрить сам император, сиротке из Суассона там не место. Таким образом, полагаю, свободу я обрету весьма быстро.