Второй шанс. Книга первая (СИ)

— Весьма примерный ответ. Я бы даже сказал — образцовый, — с явной насмешкой проговорил Каенар. — Но что-то мне подсказывает, что вы знаете больше.
И в последней фразе прозвучал металл.
Что ж, лгать магам это искусство, и я была весьма искушенным его почитателем.
— Ежели хотите, могу слухами поделиться! — с горячностью воскликнула я.
Едва не подавившись, герцог взглянул на меня так, что хотя я ничего не ела, вполне испытала сходное ощущение.
— Все любопытнее и любопытнее, — сглотнув, недобро произнес Каенар. — Что ж, я весь одно сплошное внимание.
Вдох, глубокий, идеальная ровная спина, безмятежный взгляд, слегка наивная улыбка — я забыла, как быть обычной девушкой, я умела существовать лишь как выдрессированная принцесса. Но это не значит, что я позабыла все те нелепицы, что рассказывали не о Заклинателях — а о магах.
— Говорят, если посмотреть Заклинателю прямо в глаза — сердце может остановиться.
На лице герцога не дрогнул ни один мускул.
— Дальше, — просто приказал он.
Что ж, с удовольствием.
— А иной раз, если Заклинатель того пожелает, сердце может биться сильнее лишь при одной мысли о нем, и сладость разливаться в душе, при каждом прикосновении. Я слышала, что каждая девушка мечтает испытать это неповторимое ощущение.
Черные глаза, казалось, стали еще темнее, взгляд же существенно потяжелел.
— Иногда же, — продолжила я, — Заклинатели опьяняют взглядом, словно самое дорогое игристое вино, жаль лишь что нет подобного ни в одной таверне и ни на одной винокурне, иначе…
Внезапно мне стало жарко. Голова закружилась, но вовсе не так, как кружилась от снадобий Эльтериана, а так, словно я выпила на приеме больше положенных двух глотков вина.
— Дивная попытка, — насмешливо произнес лорд Каенар. — Но, лгунья из вас никудышная.
И ощущение опьянения усилилось в разы!
Единственное, что позволяло мне сохранять решимость в данный, момент было знание о том, что в отличие от принца, герцог Каенар никогда не обвинял бездоказательно. Он мог подозревать, искать доказательства, провоцировать, вот как сейчас, но предъявлять обвинения без доказательств ему не позволяла честь. Ему и магистру Бериону.
А потому, неловко поднявшись с кресла, я произнесла:
— Прошу прощения, господин, мне вдруг стало дурно. Позвольте удалиться.
И полный подозрений маг, пристально глядя на меня, холодно процедил:
— Ступайте, Асьен. Дивной ночи.
* * *
Покинув герцога, я действительно провела дивную ночь, потому как заклинание опьянения все еще оставалось со мной и весьма способствовало засыпанию.
Утром, поднявшись, как привыкла во дворце, то есть еще до рассвета, я сходила на кухню, замесила тесто для булочек, а после, весело переговариваясь с младшим поваренком, отправилась на рынок.
За десять лет в моей памяти рынок оставался одним из самых светлых, интересных и прекрасных мест в Суассоне. Память не подвела — здесь действительно все оставалось таким же, как я помнила.
— Месье Панж! — поприветствовала я мясника, одной из лучших мясных лавок. — Как поживаете?
— О, Сенна, рад видеть! А говорят, тебя маги к себе забрали, месье Бомари накануне в таверне чуть ли не со слезами об этом рассказывал. Да видимо, все не так дурно, как думали.
С мясником мы весело поболтали, пока он отрезал мне нужное мясо, вот только платы не взял никакой, потому как «Маги же». Пытаясь настаивать, я узнала, что все расходы оплачивает в итоге мэрия, и это существенно успокоило мою совесть.
Поваренок, юный Латтер, поспешил по своим делам и поручениям, а я отправилась в лавку пекаря, за мукой для фруктовых печений его величества и десертными специями.
Корзинка в моей руке была легкой, погода отличной, Суассон ярким и солнечным, планы на будущее уж точно радужнее, чем прежде, и я практически улыбалась, сдержанно и скромно, но все же.
И вдруг выходящий из лавки мужчина в темном, поравнявшись со мной, тихо произнес:
— Северное сияние.
Мгновенно сделав вид, что старательно пытаюсь отыскать что-то внезапно крайне важное в своей корзинке, я молча слушала дальше.
 
— За вами следят, — произнес Заклинатель. — Ваши работодатели, соседи, приятели и знакомые были допрошены самым жестким способом. Ожидайте провокаций и будьте предельно внимательны сегодня.
И мужчина, чьего лица я так и не разглядела, потому что очень старалась не смотреть, молча ушел, словно бы растворившись в пестром людском потоке. Я же отыграла свою роль до конца, извлекла со дна корзинки блокнот и карандаш, позаимствованный у герцога Каенара, и отправилась в перкарскую.
Белая мука высшего качества, коричневый сахар, патока, абрикосовое, грушевое, розовое и персиковое варенье, ваниль, кардамон, корица, сахарная пудра двух видов, дрожжи и разрыхлитель. Моя корзинка очень быстро перестала вмещать все необходимое, однако, условно говоря «к счастью» подошел приставленный ко мне маг, явно из очень благородного рода и еще более явно не желающий становиться моим носильщиком, но выбора у него не было.
Возвращаясь в гостиницу ставшую прибежищем для самых избранных магов, остальные расселились не в столь фешенебельных местах, я не смотрела по сторонам, и в целом никуда не смотрела, по памяти скрупулезно записывая рецепт булочек с корицей и яблоками, коим некогда поделилась со мной мадам Бомари. Ввиду чрезвычайной увлеченности, я едва не промахнулась мимо входа, и сопровождающий меня маг, придержал за локоть, не позволяя моему лбу завести тесное знакомство со стеной.
— О, благодарю вас!— воскликнула, осознав, что только что могло произойти. — О, если бы не вы, не знаю, что со мной было бы.
Маг, юный студент Императорской Академии, от моей похвалы заметно смутился, но не это не было единственной его реакцией — он слишком быстро отвел взгляд, и я заподозрила наличие у него чувства вины.
Первая провокация?
Быстро взглянув в сторону тенистой беседки близ парадного входа в гостиницу, я увидела его высочество, вальяжно и практически скучающе восседающего за столиком, в окружении своих самых преданных сторонников. Забавно, однако у двух заклятых друзей герцога и принца, окружение было совершенно разным. Принц предпочитал аристократов, столь же порочных, как и он сам. А вот лорд Каенар окружал себя умными, талантливыми, сдержанными и имеющими огромный потенциал магами, не взирая на их происхождение. В конечном итоге это и привело герцога к победе — те, кого он годами держал возле себя, стали его опорой. А Эльтериана в критический момент бросили все.
Однако, до этого момента мне еще следовало дожить.
— Ммм, пустышка-пастушка! — издевательски воскликнул его высочество.
И взгляды всех обратились на меня.
Сердце начало биться чаще. Это Каенар никогда не бросал обвинений без доказательств, но Эльтериан руководствовался совершенно иными правилами — «Если не можешь найти преступника — назначь». Судя по мизансцене, преступником собирались назначить именно меня.
— Подойди! — скучающе приказал принц.
Этот скучающий тон… для меня страшнее его был лишь подчеркнуто спокойный голос герцога Каенара. Потому что за подобным тоном всегда следовала расплата — жестокая, кровавая, унизительная. Небо, я не стану проходить через подобное повторно.
— Ваше высочество, — легкий реверанс, — если вы желаете отведать булочки с корицей к полдню, мне следует поторопиться с их приготовлением. Позвольте…
Взмах рукой и корзинка с продуктами, воспарив из рук сопровождающего меня мага, на всех парусах помчалась к беседке, где опустилась на маленький каменный столик.
Полный ненависти взгляд голубых глаз Эльтериана, жестокая усмешка на красивых губах принца, что стал змеей пригретой на груди, распростертая над корзинкой ладонь и формулы, вспыхивающие в воздухе.
— Какого дьявола?! — возопил один из подпевал принца.
— Да это мышьяк! — добавил второй.
— И вот это тоже яд! — третий.