Алый Завет (СИ)

— Даже если тебе покажется, что в подвале открылся портал в Преисподнюю, и оттуда с воем лезут демоны, — продолжал я инструктировать мужчину, — ни в коем случае не заглядывай туда.
Не утруждая себя словами, Кавим низко склонил голову, давая понять, что он меня услышал и понял. А Луана с еще большей тревогой воззрилась на меня.
— Что все это значит, Данмар? — Слегка дрогнувшим голосом попыталась она призвать меня к ответу.
— Только то, о чем мы с вами договаривались, домина, — вернул я своему голосу приторно-ласковый тон. — Вам не грозит ничего серьезного, если будете строго следовать моим указаниям. 
На короткое мгновение, мне почудилось, что женщина растеряла всю свою уверенность, и сейчас убежит прочь. Но нет, она хоть и с колебаниями, но все же дошла со мной до спуска в глухой каменный мешок, где толщина стен превышала длину вытянутой руки взрослого человека.
Немного помявшись в нерешительности, она глубоко выдохнула и сделала первый шаг по скрипучей деревянной лестнице. За ним второй, а после и третий. Совсем скоро ее макушка скрылась в люке, ведущим вниз. Спустившись следом за ней, я закрыл крышку и запер ее на толстенный кованный засов. Скрежет металла снова напустил ужаса на женщину, и она аж подпрыгнула на месте, едва не зацепив головой низкий свод потолка.
— Такие меры предосторожности… они точно необходимы? — Робко поинтересовалась Луана.
Сейчас она совсем не походила на высокомерную и гордую аристократку. Скорее на заплутавшую на незнакомом базаре растерянную простолюдинку, повстречавшуюся с работорговцами.
— Поверьте мне, домина. Без них никак не получится обойтись…
С этими словами я хлопнул ладонями и моментально раскинул во все стороны щупальца Искры. Десятки зачарованных светильников отозвались на энергию моей Анима Игнис и засияли полусотней оттенков синего цвета.
— Как красиво… — прошептала Луана, любуясь фантасмагоричной игрой теней.
— Вы хорошо рисуете, домина? — Подошел я вплотную к своей гостье и мягко тронул за локоть. Она слегка заторможено, но все же перевела на меня взгляд.
— Я… да. В юности я очень любила живопись.
— В таком случае, первое задание не будет для вас непосильным. Вот, возьмите.
Я протянул аристократке толстый блокнот, склеенный из тончайшей кенсийской бумаги, и обернутый в обложку из бархатистой кожи. Затем я повел ее к крохотному столику, на котором чуть ли не во всю столешницу лежала раскрытая готовальня ювелира Гиртама. В ней покоилось больше полутора десятка механических перьев различной толщины. И каждое из них было заправлено чернилами разных цветов, чтобы мать Астры не ограничивала творческий полет своей мысли.
— Э-э-э… и что я должна сделать?
— Нарисуйте свою душу, домина, — попросил я. — Переложите на бумагу максимально подробно и честно то место, в которое погружаетесь во время медитации.
В любой другой ситуации, уверен, моя реплика была бы встречена оскорбленно поджатыми губами и уничтожающе холодным взглядом. Ведь такая просьба являлась очень личной, если не сказать интимной. Но сейчас… сейчас женщина безропотно склонилась над чистым листом и начала творить.
Я не торопил ее, и терпеливо ждал, когда она закончит. Наконец, аристократка, немного смущаясь, вернула мне блокнот и замерла в некотором нетерпении, словно ждала похвалы.
— Впечатляет, домина, — отдал я должное искусности леди Персус. — У вас легкая рука и прекрасное чувство пространства.
И в самом деле, изображенный на бумаге уютный скверик был заботливо разукрашен и разноображен множеством мелких, но важных деталей. Каждый аккуратный кустик отбрасывал тень, каждый камушек покоился в заботливых объятиях пучка чуть примятой травы, а высаженные словно по линеечке деревца, казалось, едва заметно покачивают пышной листвой. Скажу без утайки, смотреть на этот живописный набросок было попросту приятно. Даже и не верилось, что чья-то душа может выглядеть столь гармонично и упорядоченно. Совсем не похоже на мой изуродованный Преисподней лес с черным монументом посередь высохшего болота.
 
— Это и есть средоточие вашей Анима Игнис? — Осведомился я, тыча пальцем в элегантный фонтанчик, венчающий центр композиции.
— Да… — от накатившего волнения голос Луанны сделался надтреснутым и тихим, как у глубоко пожилой мадам.
— А эти сколы всегда были на статуе? — Продолжал допытываться я, водя ногтем по наброску.
— Нет, — таким же шепотом ответила аристократка. — Они появились после смерти моего супруга.
— Ну что ж, вроде бы мне все ясно. Давайте попробуем. Присядьте, пожалуйста.
Я вежливо указал леди Персус на добротное деревянное кресло, наглухо приколоченное к полу.
— Помните, что я вам не угрожаю, а потому вам нечего опасаться, — предупредил я, закрывая гостье глаза широкой полоской плотной ткани.
— Меня немного смущают твои действия, Данмар, — чуть ли не жалобно пискнула женщина. — Это действительно все столь необходимо?
— Поверьте, домина, еще как…
Когда я начал привязывать к подлокотникам руки Луаны, она откровенно запаниковала.
— Нет, стой! Я передумала! Сними это с меня! — Дрожащим голосом приказала она.
— Сожалею, моя прекрасная домина, но это невозможно, — невозмутимо ответил я, продолжая свое занятие.
Но мать Астры не прислушалась ко мне, и даже попыталась пнуть, когда я склонился, чтобы зафиксировать ее ноги. Она призвала свою Искру, но не смогла даже дернуться, когда мои когтистые руки сжали ее лодыжки. Да… в демоническом обличии я становился гораздо сильнее, и простой Владеющий не имел никаких шансов со мной справиться.
— Прекрати это!!! — Пронзительно взвизгнула леди Персус. — Что ты себе позволяешь?! Мы об этом не договаривались!
— Бросьте, домина, — мой голос стал заметно ниже, и Луана не могла не отметить этого факта. — Мы с вами договорились обо всем. Просто делайте то, что я скажу, и результат не заставит себя долго ждать.
Перепуганная женщина сжалась в кресле, которое от ее попыток сопротивления даже не скрипнуло. Спустя несколько мгновений она снова попыталась высвободить руки из толстых петель, но добилась лишь того, что узлы глубоко впились ей в кожу.
— Перестаньте, Луана, — пробасил я. — Это кресло выдержит и Магистра, потому что внутри у него армированная конструкция из зачарованного металла. Давайте лучше сосредоточимся на том, для чего вы вообще пришли ко мне.
Еще немного потрепыхавшись и убедившись в полной бесполезности этих порывов, гостья в самом деле чуть успокоилась.
— Не думала я, что все будет проходить вот так… — попробовала она изобразить улыбку. 
— Подождите, домина, мы еще даже не начали, — голос моей демонической ипостаси исказился от наползшей на уста улыбки, и аристократка в очередной раз пугливо съежилась. — Думаю, мы можем приступать. Погрузитесь в себя, Луана, не думайте о том, что происходит вокруг…
Леди Персус честно попыталась сосредоточиться и исполнить то, о чем я ее просил, но волнение и мандраж никак не желали отпускать ее.
— Я не могу! — Воскликнула она после дюжины безрезультатных попыток. — Я ощущаю себя словно на допросном стуле! И эта повязка на глазах не добавляет мне спокойствия!
— Хорошо, попробуем вот так…
Луана могла слышать только шорох моей трущейся чешуи и позвякивание стекла. И когда я поднес к ее губам открытый флакон, она тут же с силой стиснула зубы.
— Что это?! — Обеспокоенно спросила она.
— Просто огненная вода, — признался я, не убирая склянку от лица гостьи. — Она поможет вам расслабиться.
Немного поколебавшись, она все-таки приникла к горлышку и сделала один большой глоток. Правда, тотчас же подавилась и закашлялась, орошая свой недешевый наряд каплями еще более недешевого напитка.
— Кха… кха-кха! Какая дрянь! — Сипло выдохнула она. — Ни за что бы не подумала, что за это люди готовы платить такие деньги!
— Выпейте еще, домина, — настоял я, — вы больше пролили.
На этот раз гостья уже не пыталась столь опрометчиво высосать весь флакон одним махом, а цедила его словно брезгливая лошадь на водопое. Морщилась, фыркала, но продолжала пить. И вскоре небольшая склянка опустела, а по щекам и шее моей подопытной тут же пошли небольшие красные пятна.