Колхозное строительство 5 (СИ)
Пополнение удивительное. Воронин объявился! Он ни с того ни с сего вдруг исчез из «Торпедо», и никто ничего не знает, а тренер не говорит. Типа, после сами узнаете. Сабо тоже из Киева пропал. И что оказалось?
Воронин, Сабо и бывший форвард дрезденского «Динамо» Крайше играют сейчас за дворовую команду на первенстве области. Лидируют, конечно. Ещё бы — ведь в этом Краснотурьинске кроме них ещё и Понедельник, и воспитанник московского «Локомотива» Анатолий Кожемякин, что уже дебютировал за молодёжную сборную. Обнаружились там и двое бывших торпедовцев — Владимир Хомутов и Юрий Хромов. Если к ним добавить ещё и парочку динамовцев: Станислав Воротилин из «Динамо» (Москва) и Нодари Майсурадзе — тоже из «Динамо», но тбилисского, то получается совсем не команда уровня первенства области. К тому же ещё и Свердловской, где даже слово футбол пишут с ошибками.
Матч был страшным. Уже к двадцатой минуте чехи вели 2:0, к тому же игра у сборной СССР просто разваливалась. Кое-как отбились ещё от нескольких мячей — у противника же всё получалось, словно моторчики им в задницы вставили. А вот после перерыва игра преобразилась. Вышедший на замену вместо Виктора Аничкина, которого грубо срезал какой-то Хагара или Гагара, немец Крайше буквально через пару минут сделал эту Гагару птицей нелетающей. Его даже с поля на носилках унесли. Крайше получил жёлтую карточку — судья решил, что эпизод игровой, просто чеху не повезло. Проходит ещё пара минут, и немец получает красную, а с поля под руки выводят нападающего чехов Яна Чапковича. Дальше играли уже десять на десять — и мы и они уже по единственной разрешённой замене сделали. Дальше отличился Сабо, тоже красную карточку заработал. Вынес с переломом ноги полузащитника Ярослава Поллака, того, что первый мяч в ворота СССР забил. Играть остались вообще девять на девять.
Стало ли лучше? Да чёрт его знает! Но одно точно: чехи стали играть очень аккуратно. Поняли, что это в ответ за подкат, из-за которого пришлось покинуть поле Аничкину. А ещё Эдуард почувствовал, что силы-то есть! Идёт уже половина второго тайма, а он даже не запыхался. Прочистил ему нос министр, да и остальные ребята приободрились. Чехи же начали сдавать.
Они сначала отдали почти без боя середину поля, а потом и вовсе отошли к воротам. Да, и правильно — куда им ещё забивать? И так два безответных мяча. При двух забитых чехами на чужом поле СССР теперь устраивала только ничья два-два — ну, или победа. Пока же подойти к воротам не удавалось. Грамотно все подходы перекрыли, да и народу у ворот густо насеяно. Не протолкнёшься.
Лишь под самый конец игры, когда чехи совсем уж выдохлись, они стали играть просто на отбой. Вот один такой мяч и угодил на угловой на восемьдесят четвёртой минуте. Бить пошёл Геннадий Еврюжихин, нападающий из московского «Динамо». Классно закрутил — только выше всех выпрыгнул защитник чехов Станислав Ярабек. Боднул головой, но то ли голова мокрая, то ли недопрыгнул чуть — мяч срезался и пошёл по дуге прямо под ноги Воронину. А Ворона бить не стал. Перед ним двое и вратарь, так он аккуратно пыром катнул мяч Стрельцову, ну а Эдик, тоже почти без замаха, низом, отправил его в пустой правый угол. 2:1. Уже чуть легче.
Чехи опять отдали центр и чуть не стеной встали у своих ворот — хрен прошибёшь. Удар за ударом, и все без толку. Перехватывают.
Якушин кричит, что минута осталась — и Эдик решился. Не отпуская мяч от себя ни на сантиметр, он вошёл в штрафную — сейчас собьют, и будет пенальти. Нет, не сбили. Перестраховались. Правый доверил это левому, а тот понадеялся на правого. И вот в этот маленький просвет и запулил Стрельцов мяч со всей дури. Не повезло: вратарь чехов Александр Венцель мяч отбил. Но есть кто-то там наверху, кто за русскими приглядывал в эту минуту, и мяч прилетел прямо под ударную Численко. Игорёк не подвёл — точнехонько в девяточку всадил. Такие не берутся. Что началось! Все прыгают. Трибуны ревут — они ведь сегодня зелёного цвета. Почти весь стадион заняли наши солдаты. Чехи в начале матчи пытались затянуть свою «Наташу», которая не дождётся русского Иванку, но получили пару раз по мордам и затихли — тем более, что солдатиков кто-то распределил грамотно. Те немногие места, что достались местным, как бы окружены зелёными человечками, сильно про Наташу не покричишь. С какого-нибудь краю да прилетит «гостинец».
До свистка чехословацкая сборная попыталась организовать атаку, но даже и десяти метров не прошла — захлебнулась. Мяч срезался с ноги Штрунца и отлетел к Воронину, а тот и понёсся через практически пустой левый фланг. Удар! Штанга. Спасла, сволочь, чехов. А тут и свисток. Прыжки. Куча мала. Едем на олимпиаду в Мехико. Последний раз ведь в Мельбурне были, ещё в далёком 1956 году — а после два раза пролетали мимо.
Ну, до Мексики ещё и чемпионат Европы был. Ещё до чехов с венграми разобрались, и в Италии их ждал уже полуфинал, и не с кем-нибудь — с Италией, хозяйкой турнира. В тот день шёл проливной дождь. При такой погоде играть было тяжело, так ещё и игрок итальянской сборной Ривера получил травму. Никаких замен на Европе ещё не было, так что пришлось ему доигрывать матч до конца — но хромой футболист был плохим помощником для «скуадры адзурры». По сути, СССР играл с преимуществом в одного футболиста почти весь матч. Важнейшую роль сыграл вратарь итальянцев Дино Дзофф, а ещё за них были трибуны. Толпа болельщиков в Неаполе была особенной, она придавала итальянцам уверенности. На стадионе «Сан-Паоло» собралось около 70 тысяч человек. Каждый раз, когда мяч попадал к советским футболистам, они свистели и орали. Нет, они СВИСТЕЛИ и ОРАЛИ. Хоть уши затыкай! Семьдесят тысяч глоток одновременно.
Почему мы, имея на поле на одного футболиста больше, не смогли забить? Это всё итальянское катеначчо — знаменитая тактическая схема с акцентом на оборонительные действия и тактические фолы. Если переводить дословно, то получится нечто вроде «дверь, которую невозможно пройти». Катеначчо подразумевает высокую организацию всей игры и эффективную защиту. Это позволяет свести на нет возможность прохода через неё игроков соперника. Что ж, сработало.
И в дополнительные два тайма ничего не изменилось. Итальянцы оборонялись. За 120 минут забитых мячей болельщики так и не увидели. Уникальнейший случай: по правилам УЕФА исход игры должен был быть решён с помощью монетки. В первый раз такое правило действовало. В судейскую комнату были приглашены капитаны обеих команд — Шестернёв и Факкетти, три арбитра матча и представитель Европейского союза футбольных ассоциаций (УЕФА) испанец Руйола.
Вначале определяли, какой монетой бросать жребий — итальянской или французской. Выбрали французскую. Дальше события стали развиваться как в трагикомедии. Руйола спрашивает у Шестернёва, какую сторону монеты выберет он — а Альберт всё никак не может выбрать. Руйоле надоело ждать, и он обратился к Факкетти — выбирай, мол, ты. Итальянец рубанул: «Фигура!» Руйола подбросил монету, она упала на пол, и раздался торжествующий крик Факкетти: «Фигура!» Итальянцы вышли в финал чемпионата Европы, а нам предстоял матч, увы, лишь за третье место с англичанами, которые проиграли в другом полуфинале югославам — 0:1.
И тот слили — 0:2. Запал прошёл.
Ну что ж, а теперь Мехико. Поглядим.
Глава 22
Событие сорок девятое
— Ты кто?
— Вор.
— А почему такой маленький?
— Карманный.
Пётр откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Гагарин, сидевший рядом и «развлекавший» его ТТХ маленьких самолётов, зевнул и предложил подремать. И то дело. Почему Юрий Алексеевич решил, что Петру интересно, какие модификации У-2 выпускались, и чем По-2 отличается от У, — Тишков не понял. Ну да не перебивать же первого космонавта. Чуть не сутки с кучей пересадок лететь. Почему десяток минут и не послушать лекцию? Мало ли чего в жизни пригодится.
«Не нравится мне пальмовое масло — пусть коров больше пальмами не кормят.»