Дневник на итальянском (СИ)

Больно. Противно. Омерзительно.
Я проиграла.
Все мои ладони были в крови. Белая рубашка тоже. Они зловеще смеялись за спиной, но слов я больше не слышала. Глотала слезы и алую жидкость, что безустанно стекала по лицу.
— Вы че творите?! — грубый мужской голос отдернул толпу. Ася недовольно закатила глаза, гневно скривившись, а остальные её подруги поспешно покинули коридор. — Идиотка, ты что творишь, я спрашиваю?
Высокий светловолосый парень, которого я позже узнала, — второй друг Джеймса — Ян, — подскочил ко мне, придерживая за локти. Парень выругался, метая в Асю недовольные взгляды.
— Не лезь не в своё дело, Бейтмен! — огрызнулась она. — Иди куда шёл!
— Закрой рот! — взревел парень, позволяя мне опереться на него. — Он тебя уничтожит. Ты, дура, уже перешла все границы. Оставь девчонку в покое. Ты меня поняла?!
— Ты ничего не скажешь ему! — прошипела, словно змея, она.
— Пошла вон! И, отведи от греха, я ещё раз увижу тебя рядом с ней! Пожалеешь ты!
Ася ушла, громко цокая каблуками, а я всё ещё не смогла восстановить зрение из-за наплывших слёз. В этот момент, судьба решила сыграть со мной плохую шутку. Всё самое неожиданное происходило в самый неподходящий момент, когда я совершенно не соображала, что происходило.
— Ты как? — поддерживая меня, шепотом спрашивал Ян.
— Что здесь происходит! — другой, очень уж знакомый мужской голос, разрезал тишину. — Это ты с ней сделал, урод? — он подскочил к нам, отводя от меня светловолосого парня, и почувствовав на своей талии руки, я подняла взгляд.
— Сэм? — удивлению не было предела. Это был тот самый парень, якобы юрист, и сексуальный красавчик из клуба. Его серый взгляд настойчиво удерживал мой, а тело обмякло на руках парня.
Что происходило в тот момент, я так и не узнала, потому что безжизненно упала на парня. Больше ни крови, ни тошноты я не чувствовала. Свет в глазах словно выключили, а жизнь поставили на паузу. Я потеряла сознание.
  
Глава 33
 
Died In Your Arms — Cutting Crew
Джеймс
Я отдавался по полной в спортзале, выворачивал себя всего на тренировке на футболу, и брался заменять игроков из других классов, проведя на поле целый день. За несколько часов, мне дважды удалось спровоцировать драку, нахамить преподавателям и послать чертовых неудачников на поле. Пока мне грозились директором и исключением, я ехидно фыркал, понимая, что этого не будет. Школе слишком нужны бабки моего отца. Как и каждому, кто терпит меня здесь.
Эмоции набирали обороты. Со встречи с Эрикой, я стал слишком эмоциональным. Перестал контролировать себя, слетел с катушек и превратился не просто в бесчувственного психа, которым являлся все эти годы, а в психа, который одержим чувствами. Нежеланными. Навязанными. Но настоящими.
В раздевалке было душно. Я принял душ, смахнул мокрые волосы со лба, и уже выходя, ответил на звонок от Рэна.
— Ты собираешься появиться сегодня на уроках?
Вместо ответа я рассмеялся в трубку.
— Ты напоминаешь мне заботливую мамашу. Решил восполнить то, чего у меня не было?
— Тащи свою задницу в класс химии. Мегера рвёт и мечет, что у тебя завал с оценками и полно пропусков.
— Пусть засунет свои пропуски…
— Я ей так и сказал. — усмехнулся друг. — Теперь, моего батю ждёт директор.
— Черт! — ещё одной эмоциональной встряски за день, я бы не выдержал.
Стоило мне войти в класс, уже полностью заполненный, и внимательно обращенный внимание на училку, как мой взгляд самовольно стал проходиться по партам в поисках сводной. На урок химии она бежала первой. Дружила с мисс
Эвелейн и по вечерам, сидя в комнате с приоткрытой дверью, зубрила параграфы учебников. В такие моменты, её волосы спадали на лицо, а Эрика не уставала их заправлять за ухо, недовольно вздыхая. Однако, в тот момент е не было, что показалось мне дико странным.
Уром девчонка вылетела из дома, как угорелая, стоило увидеть меня полуголым на кухне, я замечал её в толпе в коридорах, задерживая слишком долго взгляд, и раздражался от того, что она имеет способность влиять на меня и эмоции, которых у меня сроду не было.
 
— Ну, это уже переходит все границы! — со стуком опустив учебник на стол, обычно спокойная и сдержанная, закричала мисс Эвелейн. Она всегда казалась мне такой обделенной вниманием и жалкой, что и грубить женщине как-то желания не было.
— Джеймс, до конца семестра осталось несколько недель! — понизила она тон. — Твои бесконечные пропуски, опоздания, неготовность к уроку и огрызания не нарисуют оценки в пустых клетках!
— Так нарисуйте вы. По-моему, бабки моего отца довольно неплохо перекрывают пустые клетки. — ухмыльнулся я, с нежеланием обернувшись на женщину. Щеки её побагровели, а глаза расширились в удивлении.
— Пошёл вон! — дрожащим указательным пальцем указала она мне на дверь. — Можешь больше вообще не появляться на моих уроках. Это было низко, Тёрнер!
— Как пожелаете, — и этот день больше не мог ничем меня удивить.
Умиротворение длилось недолго. Рёв мотора зарычал под натиском моей стопы на педаль, и чуть не сбив двух симпатичных школьниц, вылетел на трассу. Я заложил маршрут в место, где всегда удавалось выплеснуть энергию и оторваться по полной, но моё предвкушающее зверское состояние прервал звонок отца.
— Какого черта, ты, сопляк, творишь?! — без приветствий заорал басистый голос в трубку. Уж не знал за что папочка станет отсчитывать: за обиженную сводную сестренку, неподобающее Тёрнерам поведение или…да у меня было столько грехов, что перечислить все просто невозможно. — Твоя директор звонил мне уже третий раз за месяц и жалуется. А сегодня, она заявила, что ты нагрубил химичке и у тебя может быть не аттестация!
— Ты удивлен? — безразлично тихо спрашивая, я медленно ехал по узкой дороге, подъезжая к дому.
— Завязывай со своими играми. Шутки кончились. Делай что хочешь, но чтобы до Рождества у меня не было ни одного звонка из твоей школы. И да, кстати, чрез неделю ты идёшь сдавать химию. Нанимай репетиторов, договаривайся с учителем сам, но не дай бог, они ещё раз позвонят!
Отец говорил что-то ещё, но я пропускал всё мимо ушей. Уже на подъезде, в поле зрения попал высокий пацан с темной гривой и жутко знакомой физиономией… Он выходил из нашего дома, а затем, сев в машину, медленно развернувшись, выехал с территории. Что за урод и какого черта он делал…Сестренка хахаля привела!
— ТЫ меня услышал? — донесся до меня голос бати.
— Да, да, окей, разберусь. — без особого желание спорить, я отключился, сосредоточившись на картине, которую я только что увидел. — Так вот чего мы отсутствовали на уроке…
Я ухмыльнулся, но злость выжгла изнутри. Рэн бы назвал это ревность. Но меня раздражал факт, что сводная начала таскать домой мужиков. И злость стала ярче, когда я вспомнил смазливую физиономию, которую видел в клубе. Он едко прижимал к себе сводную, непрошено целуя. Откинув воспоминания, я залетел в дом, поднимаясь на второй этаж.
Её нигде не было.
Со стороны, от своей паранойи и долбаной ревности, я казался бешеным психом, сорвавшемся с цепи. Я влетел в комнату сводной, как обычно, не потрудившись спросить разрешения. И только открыл рот, чтобы снова выбесить, наорать и услышать её писклявый крик, как замер в пороге.
Всё желание налететь на неё с претензиями пропало. Как и все остальные мысли.
Эрика лежала на краю кровати, поджав под себя коленки и отвернувшись к окну, пока её плечи судорожно тряслись от всхлипываний. На столе валялась белая рубашка с кое-где, алыми пятнами крови. Я врос в землю.
— Что произошло? — мой грубый вопрос резанул тишину, и девчонка от испуга подскочила на кровати, развернувшись. — Черт…
На её пухлой губе виднелся глубокий шрам, а над губой запекшаяся кровь. Во что снова влипла эта девчонка? От мысли, что какой-то урод тронул её пальцем…